Священномученик Аркадий (Гаряев)
Звон церковных колоколов во время венчания привлек внимание въехавших в село красногвардейцев, и они направили свой путь к храму. Подъехав к нему вплотную, они спешились и вошли в него.
Венчание было завершено. Красногвардейцы тут же в храме предъявили отцу Аркадию обвинение в контрреволюции. Затем вывели его наружу и довели до оврага, где приказали ему вырыть себе могилу…
Священномученик Аркадий родился 16 января 1878 года в Верхне-Туринском заводе Екатеринбургского уезда Пермской губернии в семье священника Николая Алексеевича Гаряева и его супруги Марии Ивановны. Первоначальное образование Аркадий получил в Камышловском духовном училище, по окончании которого поступил в 1895 году в Пермскую духовную семинарию. Но уже в следующем году он был вынужден оставить семинарию по слабости здоровья, мешавшего ему еще в училище успешно проходить курс.
13 мая 1897 года Аркадий был назначен псаломщиком в Покровский храм в селе Покровском Екатеринбургского уезда, а 14 марта 1898 года переведен в Троицкий храм Каменского завода Камышловского уезда. 10 апреля 1905 года псаломщик Аркадий был рукоположен во диакона к этой церкви, через год его дополнительным послушанием стало преподавание Закона Божия в земском училище в деревне Ново-Заводской.
В 1907 году диакон Аркадий был рукоположен во священника к Петропавловскому храму в Петропавловском заводе Верхотурского уезда.
Отец Аркадий писал о месте своего служения: «Село Петропавловское находится при слиянии двух горных рек — Ваграна (притока Сосьвы) и Колонги. Со всех сторон село это окружено горами и мало еще тронутыми хвойными лесами. В ясную погоду отсюда видны во всей своей дикой красоте высокие точки Северного Урала — Денежкин камень, Золотой, Кумба и целые гряды других…
Храм в селе Петропавловском выстроен тщанием верхотурского купца и заводчика Максима Походяшина. Храм большой, каменный, двухэтажный, начат постройкой в 1767 году. Бедный по причине малочисленности прихода, разбросанного при этом на сотни верст, храм этот богат своей стариной. Утварь его, живопись, иконостасы пережили почти полтора столетия; особенно привлекает внимание посетителей живопись в верхнем храме, принадлежащая кисти, как говорят, какого-то в то время известного мастера. К сожалению, эта живопись малорелигиозна, а потому и странна для настоящего времени, когда уже известный образ православной церковной живописи получил свою определенную форму… Иконостасы редкого в церквях стиля рококо».
Прослужив здесь два года, отец Аркадий 21 декабря 1909 года был назначен священником Казанско-Богородицкой походной церкви, иначе говоря, миссионером, с жалованием от местного комитета Православного миссионерского общества, построившего этот походный храм. 18 января 1910 года он вступил в должность и 25 января совершил первое богослужение в походном храме, установленном в деревне Денежкино на реке Сосьве, по случаю праздника в честь находящейся здесь в часовне чтимой иконы Богоматери «Утоли моя печали».
«Деревня эта, — писал отец Аркадий, — принадлежит к приходу церкви села Петропавловского… Большая часть населения этого прихода на реке Лозьве лишь недавно считалась еще в ведении комитета, и здесь с целью православной миссии в деревнях Лаче и Митяево имелись миссионерские школы, оказавшие громадную услугу для просвещения инородческого вогульского населения, ныне уже обрусевшего и переведенного правительством на положение государственных крестьян, хотя в отдаленных деревнях этот край и сохраняет еще свой природный язык, а также, к сожалению, и многие суеверия, остатки прежнего язычества.
В день своего первого служения в походной церкви, 25 января, мною была исполнена первая треба по должности походного священника — это повенчание брака ясачного вогулаЯсачными вогулы (сегодня нам привычнее другое название этого народа — манси) называются потому, что платят подать, или ясак, живут оседло по селениям в домах, устроенных по образу русских изб. — Ред.. Со 2-го по 7 февраля предпринята была и совершена мною поездка до села Никито-Ивдельского для свидания с местным священником. Эта поездка дала мне много ценных для будущего дела познаний относительно образа жизни, обычаев и нравов инородцев, а также их религиозных верований… Во всех поездках и трудах сопутствовал мне псаломщик походной церкви. Всего нами совершено за четыре месяца на санях, верхом, в лодках и другим образом до пешего хождения включительно 1853 версты…»
Дело внутренней миссии в России, где были университеты и духовные академии, множество полезных государственных учреждений и достаточные по тому времени армия и флот, оказалось столь сложным, а иногда и непосильным для одиноких миссионеров, как будто речь шла о проповеди в другой стране. Нужно было иметь большую веру и крепкое здоровье, чтобы, проходя по малодоступным для человека местам, вести евангельские беседы среди людей, живших в разбросанных на огромные расстояния деревнях. Спустя год отец Аркадий в своем отчете комитету Православного миссионерского общества писал: «Подводя в этом отчете итог годовой своей деятельности по должности походного священника, я должен открыто сознаться, что в числе массы ошибок, как новичок дела, я все же кое-что успел сделать для того, чтобы на следующий год прохождения службы он был для меня менее тернист, и хочется верить, что при поддержке комитета я не остановлюсь на полпути, не опущу рук в бессилии, а, напротив, выше, смелее над головой своей понесу среди ночи невежества светильник, имя которому учение Христово…».
Еще через год, окончательно осознав непосильность для себя миссионерского дела, требовавшего не только желания и ревности к исполнению своего служения, но и крепкого здоровья, отец Аркадий подал прошение начальству о переводе его на другое место, и 3 октября 1912 года был назначен в Никитскую церковь в селе Никито-Ивдельском Верхотурского уезда и законоучителем Никито-Ивдельского двухклассного училища. 27 февраля 1914 года он был переведен в Никольский храм в селе Боровском Камышловского уезда, ставший его последним местом служения.
В октябре 1917 года к власти в России пришли большевики, и в стране началась Гражданская война, достигшая на Урале своего разгара и крайнего ожесточения летом 1918 года.
14 июля 1918 года отец Аркадий совершал в храме венчание. Обводя венчающихся вокруг аналоя, он вдохновенно пел, прославляя святых мучеников: «Святии мученицы, добре страдальчествовавшие и венчавшиеся, молитеся ко Господу помиловатися душам нашим…»
Как мы уже упоминали, звон колоколов услышали въехавшие в село красногвардейцы, которые сразу направились к священнику в церковь, отвели его к оврагу и заставили отца Аркадия вырыть себе могилу. Когда могила была готова, священнику велели лечь в нее лицом вниз, после чего он был заколот шестью штыками.
Жители села просили разрешить им взять тело священника, чтобы похоронить его по-христиански. Но красногвардейцы распорядились по-своему — они сбросили его в яму, в которой хоронили падший от болезней скот.
Взять тело священника жители смогли лишь после ухода красногвардейцев. 24 июля состоялось отпевание отца Аркадия, он был погребен в склепе за алтарем Никольского храма.