Его звали в Европу, но клуб сказал: «Не будь эгоистом» – и не отпустил. Огненные истории от надежды сборной России

Григорий Мотовилов почти не играет в «Локомотиве», но приезжает в сборную и приносит пользу. На «Матч ТВ» – большое интервью с баскетболистом, который в 21 год попал из суперлиги на чемпионат мира и наиграл на контракт в Единой лиге ВТБ.

Защитник сборной России и «Локомотива-Кубань» Григорий Мотовилов рассказывает в интервью «Матч ТВ»:

• Как в 21 год из второй по счету лиги российского баскетбола попасть на чемпионат мира и даже выйти там на площадку
• Почему он, почти не получая практики в «Локо», все равно ни о чем не жалел и ждал нового вызова в национальную команду
• Как он выдал главную фразу ЧМ-2019, но мама его пристыдила
• Каково это — жить в гостинице с дыркой в полу вместо туалета, а меньше чем через год играть против олимпийского чемпиона Луиса Сколы на ЧМ-2019
• Как в детстве ходил на игры в УСК ЦСКА с попкорном, а потом сам вышел на этот паркет в матче против сильнейшего клуба России
• Множество невероятных историй о приключениях в суперлиге

— ЧМ-2019 разделил вашу жизнь на до и после. Как она изменилась?

— Кроме того, что я перешел в «Локомотив», в другую лигу? Изменилась, но не то чтобы сильно. Чемпионат мира стал трамплином для выхода на новый уровень. И дал больше уверенности в своих силах.

— Еще до старта чемпионата мира вы прославились фразой «Если ты не ссышь, то ты не ссышь на любом уровне». Как она родилась?

— Вообще-то меня подставили, но вышло хорошо. На тренировке в Новогорске этот журналист подошел последним, когда я уже поговорил с остальными. Спрашивает: «Ссышь?» — Говорю: «Нет». — «Но это все-таки чемпионат мира, совсем другой уровень». Вот тогда я ему и ответил той самой фразой. Получается, подловил меня, я просто ответил ему его же словами. Но вообще я действительно так считаю — может, потому что у меня родители спортсмены и с детства это заложили. Либо ты выходишь, показываешь свой максимум и не боишься ответственности, либо не выходи вообще.

— В итоге родилась лучшая цитата ЧМ-2019. Подкаст «Панда Джеймс», в котором она прозвучала, потом слушали?

— Это было прикольно, согласен. Друзья сказали, что очень круто. А то обычно все эти интервью похожи друг на друга: игроки меняются — а вопросы и ответы те же. Только потом эту реплику послушала моя мама — она же следит за моими движениями, старается быть в теме.

— Пристыдила?

— Сказала: «Ну зачем ты так? Надо быть скромнее. Не этому я тебя учила».

— Сборная России часто проводит домашние матчи в Перми, а там есть район — Мотовилиха. Уж не связано ли это с вашей фамилией?

— Может быть! Отец у меня родом из Екатеринбурга, рассказывал, что есть какая-то связь. То ли княжеский, то ли купеческий род дал название району — хотя не знаю, может, папа и придумал всё, чтобы красивая история была.

— Но история про вашу спортивную семью — точно непридуманная. Это повлияло на ваш выбор карьеры?

— Наоборот, родители хотели, чтобы я учился. Папа был кандидатом в олимпийскую сборную СССР по конькобежному спорту, мама занималась легкой атлетикой. Две старшие сестры осваивали фигурное катание (старшая — Анна Мотовилова — претендовала сборную России в танцах на льду. — «Матч ТВ»), но потом решили пойти учиться. Мама хотела, чтобы и я в умственном плане развивался, но спортивные гены взяли свое. Многие виды спорта я пробовал по чуть-чуть — а баскетболом как-то проникся.

— С доверием тренера в «Локомотиве» у вас беда. Не жалеете, что согласились на повышение? Играли бы сейчас спокойно во Владивостоке по 25–30 минут.

— Жалеть глупо. Какие-то обстоятельства сложились не так, как ожидал. У нас уже третий главный тренер за сезон (начинал в «Локомотиве» Боб Доневальд, потом был Лука Банки, сейчас — Евгений Пашутин. — «Матч ТВ»). Ты идешь к одному тренеру, который говорит, что рассчитывает на тебя и собирается развивать, а потом его увольняют. Не все можно предугадать, но ты будешь дураком, если откажешься от возможности подняться уровнем выше. Играть и тренироваться с теми, кто выступал в НБА. В Единой лиге — другие скорости, другой уровень мышления. Это новый шанс для роста, которого не увидишь, не сделав этот шаг. Так что не жалею. А то, как складывается сейчас, — не столь важно. Я продолжаю работать над собой, в «Локомотиве» для этого большие возможности. В клубе есть тренеры по индивидуальной подготовке, которые заинтересованы в том, чтобы ты каждый день становился лучше. Например, если тренировка команды вечером, то утром можно приехать позаниматься индивидуально.

— Было что-то в «Локо» с точки зрения организации, что удивило вас по сравнению с суперлигой? Чтобы вы пришли и сказали: «Ух ты»?

— Конечно! После подписания контракта я сразу полетел на сбор в Турцию. Неделю там потренировался, а потом начал осваиваться в Краснодаре. В любом клубе обычная практика: новых игроков, пока они не нашли себе жилье в городе, заселяют в отель. И условия в Краснодаре, мягко говоря, отличались от тех, которые у меня были год назад в «Спартаке-Приморье». Гостиница во Владивостоке была такая, что жить невозможно! Что-то протекает все время, какие-то люди из Китая или Южной Кореи приезжают, у них в 6 утра уже день. Долбят к тебе в дверь — а потом: «Ой, извини, ошибся». Туалет — дырка в полу. В места, где плитка отвалилась, просто доски прибиты. Такое ощущение, что поселили специально в такое место, чтобы побыстрее съехал. Ну так мне одного дня и хватило — тут же нашел квартиру. Хотя с этим во Владивостоке тоже беда: всё дорого, предложений мало, на просмотр квартиры приезжает одновременно 4-5 человек, а хозяин и выбирает: «Ты мне понравился больше, будешь у меня жить». Со мной еще было просто, а семейным игрокам тяжелее. Для детей нужны особые условия — не каждая квартира подойдет.

— А на ЧМ-2019 чему больше всего удивлялись? Вчера приезжали играть в Ревду в суперлиге, а сегодня выходите против олимпийских чемпионов-2004.

— Другой уровень жесткости. Не испытывал такой силы сопротивления никогда, а тут — бац! — жестко встречают. И ты такой сначала: «Ого!» — а потом постепенно привыкаешь. Подстраиваешься под этот уровень контакта и сам становишься агрессивнее.

— Да ладно! На уровне сборных уровень контакта больше, чем в суперлиге?

— Не, ну это разные вещи. В суперлиге играют «в кость», как на улице. Локтем встретить или еще как-то исподтишка. А на чемпионате мира — просто качественный физический контакт без грубости.

— До суперлиги в вашей карьере были «Зенит» и его предшественник люберецкий «Триумф». Чем они запомнились?

— В Европе проводился лагерь Jordan Brand для молодых талантов. Каждый год скауты НБА отбирали 30—40 лучших игроков со всего континента — и собирали всех вместе. От России туда попадали один-два человека в возрасте до 16 лет — но тут меня позвали, хотя я был на год младше остальных. Хорошо там себя показал — и понимал, что уж на следующий год, по своему возрасту, тем более должен проходить в число кандидатов. Действительно, пришло приглашение, я обрадовался. Там очень круто! Дают много экипировки, проводят разные семинары, разборы видео, работают американские тренеры. Чувствуется уровень, особенно когда ты подросток. Проникаешься настолько этой энергетикой, что двухразовых тренировок по два с половиной — три часа в день просто не замечаешь. Ты постоянно заряжен и не устаешь.

И вот я должен был ехать в этот лагерь второй год подряд. Но в «Триумфе» сказали: «Слушай, не будь эгоистом. Здорово, конечно, что тебя позвали, но у нас тут важный тур ДЮБЛ. Так что езжай в Самару».

— И вы поехали в Самару вместо…?

— Уже не помню, где был лагерь, то ли в Италии, то ли в Барселоне. Но там точно было теплее, чем в Самаре. Приезжаем в разбитую советскую спортшколу, на улице -20, а в зале не топят. Разминаться пришлось в перчатках. Так моя история с европейским лагерем и закончилась.

— Обидно?

— Я совсем молодой был, что мог возразить клубу? Есть контракт, нужно делать, что говорят. А так-то, думаю, в своем возрасте смог бы попасть в десятку лучших игроков, которых затем отправляли в США — играть с десятью лучшими по итогам такого же лагеря среди американцев. Вот такая маленькая мечта, коротая не сбылась. Даже просто посмотреть Америку в 15-16 лет, сравнить школьный баскетбол там и у нас было бы круто. А если бы еще и получилось проявить себя на таком уровне… В Штатах это очень ценится.

— Из тех, кто был с вами в одном лагере, кто-то заиграл на высоком уровне?

— Святослав Михайлюк, например. Сейчас в стартовой пятерке «Детройта» выходит.

— Не посещают коварные мысли, что вы могли быть на его месте? Если бы не Люберцы.

— Скажу так: я не исключаю, что еще буду на его месте. Надо стремиться к максимуму. А что случилось — то случилось. Никогда не надо жалеть.

— До появления в сборной России вы попадали в федеральные новости только один раз — когда в игре с ЦСКА сломали Аарону Джексону три лицевых кости. В игре бывает всякое, но тут важно другое: в 17 лет вы играли против сильнейшего клуба страны на его площадке. Вспоминаете сейчас?

— Это вообще одна из моих первых игр в Единой лиге (вторая. — «Матч ТВ»). Было круто выйти на ту же площадку, на которой много раз был зрителем. В 10 лет занимался в спортшколе ЦСКА, а потом шел на матчи — ел попкорн и смотрел, как играют Холден и Лэнгдон. А тут — мне 17, и я уже сам на этот паркет выхожу. Конечно, эмоции невероятные.

— Почетным президентом «Триумфа» был Лев Лещенко. Пересекались с ним?

— В Люберцах — нет, я тогда только за молодежку играл. Но многие сотрудники того «Триумфа» сейчас продолжают работать в «Зените», и хорошие отношения остались. Когда «Зенит» играл в «Финале четырех» Единой лиги и занял третье место, Лещенко зашел в раздевалку и спел «День Победы». Русские игроки и тренеры подпевали, а иностранцы сидели и не понимали, что происходит. Он просто в хорошем настроении был! Спел все три куплета. Третье место — конечно, не первое, но мы все равно радовались.

— Вернемся на год назад. Вы во Владивостоке, недавно уехали из того отеля с клопами и дыркой в туалетном полу. И вот смотрите трансляцию из Перми: сборная России побеждает финнов и выходит на чемпионат мира. Вы же точно не думали тогда, что команда отбирается на турнир, в котором будете участвовать. И как прошел этот год для вас?

— Когда смотришь матчи сборной — всегда хочешь там быть. Помню себя еще в молодежной команде России — ты ездишь на сборы, на игры и все равно держишь в подсознании, что следующий шаг — национальная сборная. Надеешься, что когда-нибудь себя проявишь — и тебя заметят. Конечно, в момент игры с финнами не задумывался о ЧМ. Просто радовался за ребят. А в конце сезона получил приглашение в студенческую сборную, которая готовилась к Универсиаде в Неаполе. Решил съездить на сбор, чтобы лето скучным не было. Отыграл в Неаполе какие-то матчи, был в хорошей форме, собрался отдохнуть перед сезоном, а тут мне говорят: «Тебя вызывают в сборную, в просмотровый лагерь».

На моей позиции многие были травмированы (на ЧМ-2019 не попали Алексей Швед, Дмитрий Хвостов, Дмитрий Кулагин и Иван Ухов. — «Матч ТВ»), а я только что с турнира, в хорошей форме, «горячий». Приехал в Новогорск готовым, показал себя. Базаревич подошел и сказал: «Ждем тебя на сборе основного состава». Вот тогда я и понял, что это реально круто.

— Но попасть на основной сбор и попасть в заявку на чемпионат мира — не одно и то же.

— Конечно, никто мне не обещал, что сыграю в Китае. Ты просто приезжаешь на сбор и делаешь, что умеешь. Для меня было круто даже просто приехать в сборную и побыть в этой атмосфере. Прочувствовать систему Базаревича. До этого смотрел на национальную команду только по телевизору и отмечал, что команда играет в быстрый баскетбол, который мне нравится, без тягомотины. Для начала нужно было просто познакомиться со всем этим и показать лучшую версию себя. Не надо ничего придумывать — просто делай, что умеешь.

— Что привезли с чемпионата мира? Из сувениров и воспоминаний.

— Сувениры — кружечки с китайской символикой. А воспоминания в основном баскетбольные. Когда путешествуешь, ты готовишься заранее, выбираешь, что стоит посмотреть. А тут я не был сфокусирован на осмотре достопримечательностей. Тем более мы и не играли в самых крупных городах — Шанхае, Пекине. А Ухань до того, как прославился коронавирусом, был широким массам неизвестен. Запомнилась атмосфера, как в каждом городе все команды жили вместе — и в каждом отеле были выделенные зоны для отдыха игроков, можно было прийти поиграть в пинг-понг или на приставке. Аргентинцы приходили со своими калабасами, потягивали мате через трубочку. Латиноамериканцы вообще веселый народ. До этого на Универсиаде они тоже запомнились: приходят куда угодно, включают свою музыку и просто кайфуют от жизни.

— Универсиада в плане тусовок круче ЧМ?

— Чемпионат мира — все-таки очень серьезный турнир, туда приезжают главные звезды своих стран, играющие в НБА или на ведущих ролях в Евролиге. Уровень ответственности, да и сама организация турнира не нацелены на веселье. А на Универсиаде пересекаются профессионалы и простые студенты, для которых баскетбол — это хобби. Когда ехал в Неаполь, по рассказам представлял, что студенты из всех видов спорта будут жить вместе, что все общаются друг с другом, а не только баскетболисты между собой. Но в итоге у нас получился именно второй вариант.

— Что случилось?

— Почти все участники жили на круизных лайнерах, пришвартованных в неаполитанском порту. И вот там наверняка с тусовками был порядок. А нас поселили где-то на отшибе — в придорожном отеле километрах в 50 от города. Просто баскетбольный турнир проходил на двух аренах в разных городах — Неаполе и Авеллино. А отель находился посередине.

— Как во Владивостоке?

— Нет, тут условия были хорошие. Но на фига хорошая гостиница, если можно жить на берегу моря? В гостиницах мы и так постоянно живем на выездах. Жаль, я-то как раз думал, что будем жить все вместе. Это же гораздо интереснее и необычнее, когда все виды спорта рядом. Еще и на лайнере.

— Но после нескольких лет в суперлиге вас уже ничем не удивить?

— Да, в суперлиге много интересных городов. В ту же Ревду съездить дорогого стоит, или в Сургут… Мне кажется, там мороз вообще всегда. В лиге ВТБ все-таки нет таких экзотических выездов. А тут можно приехать из весны, где уже листочки на деревьях распускаются, в Сургут — и увидеть на улицах 30-сантиметровый слой снега и льда.

Была история в Ярославле. Приехали играть с местным «Буревестником», а на тренировку перед матчем нам выдают 12 мячей — все разной формы.

— Это как?

— Я потом слышал, что молодых пацанов из «Буревестника» отправляли эти мячи на морозе специально отбивать молотками.

— Нет, ну серьезно! Молотками?

— Сам не видел, чтобы прямо молотками били, но то, что мячи были дубовые и другой формы — это факт. И вот ты тренируешься этими «железными» мячами, потом на игру приходишь — а там нормальные мягкие мячи. И тогда ты вообще ничего не понимаешь.

— Вас посещали мысли, что можно застрять в этой параллельной реальности навсегда? Многие ведь остаются в суперлиге — в какой-то момент понимают, что это их уровень.

— Нет — я все-таки молодой игрок, мне нужно было тренироваться и ждать шанса. Но из суперлиги действительно сложно попасть в лигу ВТБ. Нужно провести очень, очень хороший сезон, чтобы тебя заметили. А время идет быстро, и возможности можно упустить. Но как только ты смирился, что это твой уровень и ты выше не можешь играть — что-то в голове меняется. Я часто слышу от старших игроков, что такое бывает. Люди просто смиряются и играют за какие-то деньги — небольшие, но достаточные, чтобы семью прокормить. Уже без искры в глазах — просто как в офис на работу ходят. Я всегда надеялся, что это не мой случай. Конечно, мог тоже задержаться в суперлиге — все бывает. Но если есть рвение и желание — ты уедешь. Главное — верить в себя и не бояться.

Больше баскетбола на «Матч ТВ»:

• ЦСКА выиграл в Краснодаре и продолжает погоню за «Химками». Главное о матче недели
• Коронавирус добрался до баскетбола. Уже пострадали УНИКС и Теодосич, ЦСКА пока держится
• «Все, что случилось со мной в сборной – увлекательное путешествие». История Джоэла Боломбоя
• Шутка от Шака, «Лунная соната» и новый плачущий Джордан. Месяц без Коби Брайанта