Дмитрий Кобылкин: Нужно максимально пролить свет на реализацию древесины
До конца года минприроды рассчитывало заключить с Китаем соглашение о лесовосстановлении. Осталось два дня, на какой оно стадии?
Дмитрий Кобылкин: Лесовосстановление - очень серьезная история. Мы с главой Рослесхоза Сергеем Аноприенко уже поставили в ней жирную точку. Сейчас готовим "дорожную карту" и будем у минфина просить на это денежные средства.
Я убежден, что в каждом регионе должен появиться лесоселекционный семенной восстановительный комплекс с закрытой корневой системой. Они могут быть разные по объему, в зависимости от того, сколько леса там в той или иной точке надо восстанавливать. Но то, что в каждом субъекте РФ такой комплекс должен появиться, уже не обсуждается.
Мы не должны привозить в Красноярский край и сажать лес из Перми, потому что там нет посадочного материала. Или, например, везти из центральной полосы саженцы в Сибирь и наоборот. Приживаемость этого леса составляет 10-15%. Статистики по фактическому восстановлению той или иной территории нет.
Мы видим потом на космических снимках, что произошло там, где мы посадили лесопосадочный материал, не адаптированный к конкретной территории. Поэтому в России будет 85 лесосеменоводческих комплексов. Это вопрос решенный. Наши иностранные партнеры, Китай в том числе, подтвердили готовность участвовать в этой работе.
Когда эти центры появятся в каждом регионе?
Дмитрий Кобылкин: Решение утверждено, но это процесс не одного года. Мы планируем его реализовать в том числе с участием компаний, которые сегодня вырубают лес под линии электропередачи, под сейсморазведочные профили, под строительство той или иной инфраструктуры в виде дорог и т.д. Они должны осуществить компенсационные мероприятия по лесовосстановлению.
Каким образом?
Дмитрий Кобылкин: Я предлагаю оформить этот механизм взаимодействия и направить на конкретные задачи. Направляемые компенсационные средства можно вкладывать в ГЧП-проекты по созданию семеноводческо-селекционных комплексов на территории компенсационных мероприятий. Бизнес может в этом участвовать, мы определим, какую долю он возьмет на себя - 30 или 50%, может быть, больше.
Может ли вообще быть запрещен экспорт кругляка?
Дмитрий Кобылкин: Лес - это возобновляемый ресурс. Не рубить лес нельзя. Если мы не будем его рубить, он будет болеть, стареть и пропадать. Он создаст очаги уничтожения других насаждений, в том числе приведет к пожарам, поэтому отказываться от рубок нельзя. Запреты не решат проблему. Надо действовать системно.
Может быть, стоит торговать лесом только на бирже?
Дмитрий Кобылкин: То, что надо выводить лес на биржу и делать из него биржевой товар, очевидно. Я бы вчера еще это сделал. Те регионы, которые через биржу торгуются, кратно увеличили доход, потому что сделки стали прозрачные. Но сразу включаются противники таких, как они говорят, революционных движений. Хотя я не вижу никаких проблем. Наша задача сделать этот рынок максимально прозрачным. Минприроды России уже подготовлен законопроект, который устанавливает порядок приобретения права собственности на древесину с использованием биржевых механизмов. Отрасли нужны меры, которые гарантируют легальность происхождения товара, его качество, объем, актуальную стоимость. В настоящее время завершается межведомственное согласование законопроекта.
Минприроды подготовило проект приказа, исключающего из правил тушения лесных пожаров зон контроля. Значит ли это, что лесные пожары будут тушить везде, невзирая на затраты?
Дмитрий Кобылкин: У нас и раньше была необходимость тушить везде, несмотря ни на что. Но давалось право приостанавливать работы там, где мы не могли никакими средствами огонь достать. Сегодня мы кардинально пересматриваем взаимодействие служб при тушении лесных пожаров высокого класса опасности. Создана межведомственная рабочая группа с МЧС. Варианты повышения эффективности мы предложили и передали в правительство для решения.
В правительство внесен законопроект, обязывающий собственников древесины использовать при перевозке электронный сопроводительный документ с геотегами. Распространится ли на перевозки леса действие системы "Платон"?
Дмитрий Кобылкин: Нужно максимально пролить свет на реализацию древесины, будь то экспортная или внутренняя организация. У нас есть "дорожная карта", которая включает в себя и ГЛОНАСС, и чипирование, и контроль перевозок. Все, казалось бы, очень сложно, но если все будут выполнять те функции, которые на них возложены - и губернаторы, и правоохранительные органы, - черных лесорубов не останется. У нас нет пустых территорий, вся земля относится к какому-либо региону, в котором существуют полноценные институты власти. Надо просто делать свою работу. Вопрос распространения действия системы "Платон" на перевозку древесины в настоящее время еще прорабатывается совместно с Минтрансом России.
Бизнес смотрит в чащу
Вопрос об использовании посадочного материала с закрытой корневой системой возник в регионах для повышения продуктивности, качества и устойчивости лесов. В 2019 году в законодательство были введены обязательные требования по использованию посадочного материала с закрытой корневой системой (ЗКС) с 2021 года.
Количество выращенного посадочного материала с ЗКС ежегодно увеличивается. Так, в 2011 году было выращено 11 млн штук, а в 2018 году - уже 62 млн, рассказали "РГ" в Рослесхозе. При этом саженцы используются в полном объеме.
Ежегодно около 80% мероприятий по лесовосстановлению выполняет лесной бизнес. Есть успешные примеры создания арендаторами лесных тепличных комплексов по выращиванию сеянцев с ЗКС в Псковской области, в Республике Коми и т.д.
"Минприроды совместно с Федеральным агентством лесного хозяйства прорабатывают подходы по строительству тепличных комплексов для выращивания посадочного материала с ЗКС за счет средств инвесторов. Для формирования портфеля новых инвестиционных проектов, реализуемых по инициативе РФ, с участием Внешэкономбанка и Российского фонда прямых инвестиций подготовлен проект "Строительство тепличного комплекса по выращиванию сеянцев с закрытой корневой системой". Он содержит информацию об экономической эффективности и рыночных предпосылках строительства лесных селекционно-семеноводческих центров, - сообщили в ведомстве. - Заинтересованность в их строительстве уже высказал бизнес Иркутской, Ленинградской, Свердловской областей, Красноярского края".
Лес как актив
В 2019 году впервые после принятия Лесного кодекса широко обсуждался вопрос введения частной собственности на лес. Сейчас леса могут быть только переданы в аренду на ограниченный срок - максимум 49 лет.
Минпромторг выступает за введение частной собственности. По мнению министра промышленности и торговли Дениса Мантурова, это нужно в первую очередь для того, чтобы "обеспечить залоговую составляющую для получения льготных кредитов на строительство комбинатов, а для государства - определенные гарантии того, что собственник будет заботиться о том участке, который приобрел". Если на участке произошел пожар, то это ущерб в первую очередь для собственника, поэтому он будет точно контролировать свой участок, следить, чтобы он был в надлежащем порядке, полагают в министерстве.
По мнению главы Рослесхоза Сергея Аноприенко, введение частной собственности на лес может быть сопряжено с большими рисками злоупотреблений, нарушений и неправомерного отчуждения земель лесного фонда. "Сохранение природы в частных лесах во всем мире, даже там, где оно практикуется, непростая задача. Вопрос может быть поднят на обсуждение, но только после глубокой проработки всех возможных угроз, с учетом мнений экологов, экспертов, - рассказал он "РГ". - Сейчас эффективность решения существующих проблем отрасли путем передачи лесов в частную собственность неочевидна. При этом в нашей стране в настоящее время существует институт аренды лесных участков на 49 лет при возможности продления договора еще на 49 лет, что фактически приближается к правовому статусу частной собственности".
Однако, как показывает практика, банки не очень охотно принимают в залог арендные лесные участки, отмечает статс-секретарь - заместитель министра промышленности и торговли Виктор Евтухов, а отрасль нуждается в серьезных вложениях.
"Да и истории, когда на местном уровне власти начинают банально "кошмарить бизнес", угрожая разрывом аренды, до сих пор случаются. Лесопромышленники готовы к введению частной собственности на лес. Но для россиян привычное дело сходить в лес за грибами, ягодами, да и просто прогуляться. Очевидно, никто не хочет, чтобы вдруг все леса огородили заборами с табличками "Частная собственность. Проход запрещен". То есть нужно продумать, как оставить частные леса доступными для граждан. По этому вопросу пока какого-то четкого вывода у нас нет".