В Пермском ТЮЗе сказки про Ежика откроют тайны созерцания
В эти дни в пермском ТЮЗе идут премьерные показы спектакля "Сказки про ежика в тумане" по инсценировке Ильи Губина и Михаила Скоморохова на основе произведений Сергея Козлова. Спектакль позиционируется как представление для детей и взрослых.
Имя Сергея Козлова хорошо известно многим. Несколько поколений россиян выросло на мультфильмах «Ежик в тумане» и «Как Львенок и Черепаха пели песню», созданных по его сказкам. Понятно включение этого имени в репертуар ТЮЗа. Оно привлекательно для зрителей. Но одновременно и опасно для театра. Необходимо предложить такую версию его сказок, которая была бы по-своему неповторима и привлекательна.
В программке к спектаклю жанр определяется как «простая история». Сюжет, на первый взгляд, действительно прост. Используя материал более десяти сказок, авторы создали сценический текст, в котором рассказывается о том, как Ежик и Медвежонок рыбачили, сумерничали, гуляли по осеннему лесу, сидели у костерка, вели разговоры на разные темы... Но совсем не прост итог этих по внешним признакам бытовых действий. Он ошеломительно волшебный. На удочку, оказывается, можно поймать луну и солнце, в обыкновенных ветках увидеть неописуемую красоту, можно, наконец, самому стать новогодней елкой, чтобы подарить друзьям праздник; задуматься о том, почему весной можно вдруг увидеть на месте пня зеленого льва? Что означает слово «ошалелый»? И как быть, если друга рядом совсем нет?
Сказки Козлова совсем не простые, а сложные истории, в которых есть лиризм и психологизм, юмор и философский подтекст. В них мало привычного реализма и привычного драматического действия. Главное в них - игра ума, процесс познания мира, его тайн и красоты. Знатоки жанра философских сказок даже утверждают, что персонажи С. Козлова, названные с уменьшительными суффиксами - Медвежонок, Ежик, на самом деле и не образы детства, а специальный хитрый ход автора. Он таким образом хочет приобщить читателя к миру таких героев (ими могут быть и взрослые), которые лишены стереотипов, языковых клише, которые с помощью веселой игры способны думать и осваивать мир.
Постановочная группа и исполнители «Сказок про Ежика в тумане» поставили перед собой ряд весьма сложных задач, и одна из них - сделать процесс осмысления некоторых общих вопросов жизни и смерти увлекательным и заразительным. Многое из задуманного получилось. С помощью сценографии И. Ярутис и видеоарта Н. Наумовой лес, в котором обитают персонажи спектакля, обрел черты волшебного пространства. Здесь растут островерхие огромного размера темные пики, которые напоминают кому-то из зрителей иголки ежика, кому-то - травинки, среди которых бродит Ежик, кому-то осенний лес. На экране завораживает вид планеты, с ее меняющимся ландшафтом в виде зеленых, желтых и красноватых пятен, наблюдаемых с высоты птичьего полета в разное время года. Колесные шины, обшитые полосками материи в серовато-желтой расцветке, напоминают о болотных кочках, пожухлой траве. Та же «земляная» фактура и расцветка в костюме Ежика как персонажа, символизирующего часть природного мира. Остроумно решена проблема обозначения подземных домиков Ежика и Зайца, которые на наших глазах то исчезают в них, то появляются пред нашим взором. Красочно и фантазийно выглядят гнезда Вороны и Белки, а также все костюмы, которые придумала художник И. Ярутис для сказочных персонажей. На сцене мало тумана, но зато есть явно ощущаемая атмосфера доброй волшебной сказки. Ее создают хореограф Татьяна Безменова, художник по свету Евгений Ганзбург, а также звучание маленького струнного оркестра, музыка О. Тихомировой. Сочиненные ею на стихи С. Козлова задушевные песни венчают каждый значимый эпизод
Что касается психологизма, юмора и философского подтекста, то здесь в спектакле тоже можно найти свои удивительные моменты, которые режиссерски очень выразительно придуманы. Один из них: постановщик Михаил Скоморохов предложил главным героям говорить тихим голосом. Так говорят о сокровенном. И это заставляет зрителя притихнуть, сосредоточиться и вникнуть в то, о чем говорят. Далее, у каждого из персонажей четко очерчены характеры. Заяц - здравомыслящий прагматик, Медвежонок - охочий до знаний способный ученик, Ежик - созерцатель с мечтательной самоуглубленностью. Удались пластические образы персонажей. Запоминаются семенящая походка Ежика, в этой роли заняты Евгений Замахаев и Александр Красиков; широкие размашистые движения Медвежонка: исполнители Дмитрий Гордеев и Степан Сопко; разнообразные взмахи рук-крыльев Вороны: актрисы Татьяны Гладнева и Татьяны Пешкова, мягкая плавность движений Белочки:актрисы Надежда Кайсина и Евгения Шишенина. Сохраняет общий стиль роли Зайца Александр Королев. И просто поражает бешеным темпоритмом существования Заяц Павла Ознобишина, энергичный, с острым восприятием новизны, от чего каждый раз по-разному и очень смешно подрагивают длинные уши этого персонажа.
Сразу скажем, что в этом спектакле неожиданно открылся комедийный талант Павла Ознобишина, которого мы раньше знали как актера лирико-драматических ролей. На премьере 21 декабря его дуэт с Дмитрием Гордеевым (в роли Медвежонка) неоднократно взрывался аплодисментами и хохотом в зрительном зале. Публика радостно отреагировала на придуманный ТЮЗом способ посумерничать: в противовес серьезному Ежику Медвежонок и Заяц встретили сумерки с хороводной песней, умудряясь, сидя подтанцовывать. С мягким юмором выстроена и сыграна сцена осознания Зайцем и Медвежонком значимости обыкновенных веток, которые, если собраны с особой целью, могут превратиться в красивый зимний букет. Эффектно поставлена и исполнена сцена «нагрева» «трубным» дыханием Медвежонка заячьей норы, из которой Заяц вдруг выскакивает, сопрев от возникшей жары. С улыбкой наблюдаем мы сцену, в которой Ежик и Межвежонок поочередно словно летят на плечах друг друга, наблюдая красоту осенних сумерек, и сцену, где они думают, как лучше оттенить своим движением тишину.
Отдельно хочется сказать о Дмитрии Гордееве. В его актерской палитре комические краски, как мы знаем, накапливались по мере появления новых и разных ролей (вспомним его Сильву в «Старшем брате» или госпожу Манилову в «Мертвых душах»). В этом спектакле мы увидели актера, который достаточно уверенно владеет способностью смешно преувеличить некоторые черты характера и особенности поведения своего персонажа.
Пожалуй, самая сложная задача у исполнителей роли Ежика. Евгений Замахаев подчеркивает в Ежике его умение вдруг увидеть красоту, добро, догадаться об истинном. Ежик Александра Красикова менее трепетен, он старше своих друзей и больше знает. Пережив голодную неделю в волчьей яме, его Ежик выглядит настолько уставшим, что всерьез опасаешься за его жизнь.
Оба актерских состава тепло проводят сцену лечения Ежика бульоном после его спасения из волчьей норы. Проникновенно ведут диалог в сцене вопрошания Ежиком Медвежонка по поводу возможной ситуации «А если меня совсем нет»...
Для сохранности раздумчивой интонации Ежика и спектакля в целом, как выяснилось, особенно важен смешанный состав зрителей: родители с детьми. Мне удалось побывать на спектакле дважды. На первом премьерном показе с подготовленной театральной публикой спектакль прошел на одном дыхании. Все были счастливы. На другой день, когда в зале сидели, в основном, школьники, пришедшие в театр так называемым культпоходом, их внимание к происходящему на сцене протекало волнообразно:приливами и отливами. И от этого было грустно. Остается только рекомендовать учителям проводить с учениками перед массовым посещением театра соответствующие разъяснительные беседы. Спектакль стоит того.
Фото автора и из архива театра.