Как в «извечно пьющей России» крестьяне объявили войну водке: Трезвеннические бунты 19 века
Как появились алкогольные нормы
В далеком 1552-м первые кабаки на Руси появились с нелегкой руки Ивана Грозного, взявшего «культурный» пример с Казанского ханства. Но если в ханских заведениях ели и пили, то в русских предлагался исключительно алкоголь. Государство быстро смекнуло, какую выгоду можно было получать с такого явления, начав борьбу с негосударственной торговлей горячительными напитками. Очень скоро продажа водки и вина превратилась в едва ли не главный источник поступлений в государственную казну. Объемов населения Российской империи хватало на то, чтоб путем спаивания извлекать из процесса огромные финансовые выгоды. В этой связи и появилось правительственное решение: каждый крестьянин-мужчина приписывался к тому или иному кабаку и обязывался в течение года потратить там установленную сумму.
Много употреблять хотели далеко не все крестьяне. Но невыполненный годовой план пития оборачивался тем, что владельцы кабаков принудительно собирали с почитателей трезвости недостающую сумму. Очень быстро меркантильно насаждаемая государством алкотрадиция переросла в серьезную для страны проблему. Вслед за простолюдинами пьянство поразило армию и даже монастыри. Случалось, что солдаты пропивали в кабаках оружие и даже обмундирование. Обеспокоенные происходящим сановники писали царям челобитные, но власть особых мер борьбы предпринимать не собиралась. Вскоре винному пороку поддались боярские отпрыски, предпочитавшие кутежи власти и наукам. Так и тянулось столетиями: кто-то выпивал по праздникам, а кто-то пил и спивался поколениями. Но государство только богатело, а вместе с ним и уполномоченные наполнять казну да собственные карманы кабатчики.
Бойкот питейных заведений и борьба за трезвость
В 18 веке качество кабацкой водки в условиях отсутствия конкуренции оставляло желать лучшего, а пьянство продолжало оставаться крестьянской повинностью. Традиции поддерживались общей модой: нежелание участвовать в попойках по религиозным праздникам рассматривалось как сектантство. В распоряжении откупщиков лицензий в случаях неповиновения имелись урядник и другие лица от администрации. А порой хозяин кабака одновременно выступал и владельцем крестьян. Произвол кабатчиков при попустительстве властей и стал поводом к народному бунту. В 1858-м во многих российских регионах развернулось так называемое движение за трезвость. Крестьяне стали собираться на сходы, договариваясь не посещать кабаки и не покупать алкоголь. А к нарушителям мирского запрета принимались оговоренные меры воздействия. Бунтари из соседних деревень объединялись между собой в более крупные общества трезвости, охватившие в считанные месяцы тысячи людей.
Движение активно проявилось в 17 губерниях, трёх малорусских регионах, по всей Белоруссии и Литве. Все большую популярность завоевывал среди крестьян трезвый образ жизни, что позже подхватили и представители более высокого ранга. На исходе 1858-го в Саратовской губернии антиалкогольный бойкот объявили около 5 тысяч человек. В мае 1859 года в Пензенской губернии собравшаяся на ярмарке толпа стала угрожать погромами питейных домов, но полиция успела отреагировать, схватив заводил. Противодействие не лишило крестьян решительности, и в последующие недели борцы за трезвость разнесли 50 питейных домов по региону, попутно избивая силовиков и чиновников. Аналогичные события прокатились и по другим крупным уездам империи.
Последствия трезвеннических бунтов и кто за этим стоял
Пытаясь анализировать ситуацию, чиновники усмотрели в происходящем внешние происки. Шеф жандармерии Долгоруков докладывал императору, что, к примеру, в Ковенской губернии за деятельностью общества трезвости стоит католическая церковь и папа Пий IX. Дело в том, что в части охваченных бунтами регионов (Виленская, Гродненская, Ковенская губернии) более половины населения представляли католики – «агенты Ватикана». Трезвеннические бунты в 32 губерниях Российской империи при участии десятков тысяч крестьян уничтожили 260 кабаков. Несмотря на жестокое подавление, мятежники все же достигли определенных результатов. В 1860-м Александр II решил заменить откупную систему реализации госалкоголя на акцизную. Но даже с отменой откупов реальные изменения не последовали. Число кабаков продолжало расти, увеличившись при новой системе в 6 раз. А активность почитателей трезвости по-прежнему рассматривалась, как подрывающая вековые устои российской государственности. На этой волне идеи трезвости активно эксплуатировались революционными организациями социалистического толка. Другими словами, «оппозиция» грамотно нащупала в обществе конфликт, используя волну крестьянского недовольства против действующей власти.
На исходе 19 века власть согласилась с пагубными масштабами алкоголизации населения. Пьянство неизбежно влекло за собой снижение производительности, безработицу, проституцию, преступления. В этой связи государство прекратило препятствовать обществам трезвости, не демонстрируя при этом и открытой поддержки. Зависимость казенных доходов от продаж водки по-прежнему выглядела спасительной. На деятельность трезвенников скорее закрывали глаза, якобы, не замечая их вечеров лекций и общественных чаепитий. Лишь в 1913-м последний российский император Николай II направил приглашение делегации трезвенников и лично принял их в Царском Селе.
Источник: https://kulturologia.ru/blogs/021222/54896/