Слова не столь отдалённые
Все мы вышли не только из гоголевской «Шинели», но и из советских лагерей. Это доказывают слова и выражения, которые мы слышим каждый день: «тусовка», «вкалывать», «балдеть», «отдуваться». Все они — порождение ГУЛАГа. Журналист Леонид Городин, 15 лет проживший в заключении и ссылке, после освобождения начал собирать примеры лагерной лексики. Его лингвистическая работа оформилась в «Словарь русских арготизмов», в 2021 г. изданный Музеем истории ГУЛАГа и Фондом памяти.
Хождение по срокам
Леонид Моисеевич Городин родился в 1907 г. в Малине (совр. Житомирская область, Украина). В отрочестве учился у сапожника и кузнеца, затем — у токаря на заводе, был секретарём комсомольской организации. В 1926 г. вступил в ВКП (б), два года спустя был арестован как троцкист — Городин распространял листовки с «Завещанием Ленина». Интересно, что в распространении того же документа обвиняли Варлама Шаламова.
Городина отправили в трёхлетнюю ссылку — сначала в Сызрань, потом в Пензу, — но не прошло и года, как ему позволили не только вернуться в Киев, но и возобновить токарную работу, а также восстановиться в партии. В начале 1930-х гг. Городин редактировал заводскую газету, а затем работал в харьковском «Пролетарии».
В 1936 г. Городина снова обвинили в сотрудничестве с троцкистами. Приговор — 5 лет исправительно-трудовых лагерей. Городин должен был освободиться в 1941 г., но началась Великая Отечественная война, и политических заключённых перестали выпускать «до особого распоряжения», по факту — до окончания войны.
«За хорошие показатели в работе» Городина освободили ещё до Победы — в конце 1944 г. Но в 1950 г. его арестовали вновь и приговорили к ссылке в Красноярский край. Городин был окончательно освобождён только в 1954 г. по амнистии, последовавшей за смертью Сталина. После XX съезда КПСС Городина реабилитировали.
Словари и «музей для друзей»
В 1960-е гг. Городин работал над сборником «Одноэтапники». Авторское жанровое определение книги — «невыдуманные рассказы». Сборник был опубликован целиком только в 2018 г., автор (Городин умер в 1995 г.) увидел напечатанными лишь отдельные рассказы — он полагал, что «то ли уровень не тот, то ли время не приспело».
Во время работы над «Одноэтапниками» Городин задумал ещё один труд — совсем другого характера. В рассказах встречались лагерные жаргонизмы, которые автор решил пояснить обывателю. Так появился небольшой словарь из 130 слов, впоследствии разросшийся до сотен страниц. Городин работал над «Словарём русских арготизмов» около 20 лет.
Затем Городин, стремясь, по его собственному выражению, «облегчить получение любой справки», начал работать над ещё одним словарём — на сей раз арготических синонимов. Этот уникальный словарь распространялся только в самиздате.
Ещё один большой проект Городина — передвижная выставка лагерных экспонатов, «музей для друзей». Городин писал о семи тематических экспозициях. Одна из них была посвящена питанию, другая — блатной этике, третья — арестантским остротам
От автозака до ясака
Городин был прав: неподготовленному читателю без пояснений непросто разобраться в его рассказах. Один из самых маленьких, «Деликатность», занимает не более половины страницы, но нуждается по меньшей мере в трёх лексикологических комментариях. «Дошёл бедолага. Привязали ему к большому пальцу правой ноги бирку, одели в деревянный бушлат и закопали». Открываем словарь Городина: «дойти» — ослабеть, обессилить окончательно, умереть; «бедолага» — арестованный, осуждённый; «деревянный бушлат [с медными пуговицами]" — гроб. Хоть о значении некоторых арготизмов можно догадаться самостоятельно, словарь Городина исключает практически любую двусмысленность.
«Словарь русских арготизмов» упрощает понимание не только рассказов самого Городина, но и лагерных произведений других авторов. Например, в «Крутом маршруте» Евгении Гинзбург встречаем: «Ох и дураки же эти контрики! Лежи знай припухай, кантуйся!». «Контрик» — политический заключённый, «припухать» — отдыхать, отлёживаться на нарах, притаиться; «кантоваться» — ничего не делать, притворяться.
Другой пример. Читаем в книге Евгении Фёдоровой «На островах ГУЛАГа»: «Паровоза перед ними не было, и никаких людей при вагонах тоже не было. Но мы грузили в них брёвна и баланы». «Балан», согласно Городину, происходит от слова «баланс» — ассортимент дерева в виде круглых, очищенных от коры брёвен.
В рассказе Шаламова «Заклинатель змей» видим выражение «тискать ро́маны». По Городину: «тискать» — рассказывать что‑нибудь интересное, чаще всего «романы», до которых блатные большие любители; «ро́ман» — захватывающий рассказ, в особенности детектив или эпизод из великосветской жизни с изменами и убийствами.
Арготизмы среди нас
Всё же «тискать романы» и «припухать на нарах» — это специфические лагерные выражения, но многие лексемы, подобранные Городиным, удивляют своей обыденностью. Не кажется очевидным, что слова и фразы «понтоваться», «по блату», «в ажуре», «качать права» и др. пришли в нашу повседневную речь из мест лишения свободы.
Однако это легко объяснить. В 1930—1956 гг. через лагеря, колонии и тюрьмы в СССР прошли около 20 млн человек. Те из них, кому удалось вернуться на волю, продолжали использовать арготизмы. Так и без того не столь отдалённые лагерные слова стали ближе всем носителям русского языка.
До 10 мая 2021 г. в Музее истории ГУЛАГа в Москве проходит выставка «Язык [не]свободы». В основу экспозиции лёг «Словарь русских арготизмов» Городина. Организаторы выставки предлагают поразмыслить, как ГУЛАГ изменил русский язык и как лагерный жаргон до сих пор влияет на нашу жизнь.