"Хабиб не вернется ради денег. Но может быть тысяча других причин". Тактаров об уходе Нурмагомедова и бое с Гейджи

Тема отставки Хабиба Нурмагомедова — главная на сегодня, и об этом событии очень хотелось поговорить с Олегом Тактаровым, ведь он внимательнее многих следил за спортивной судьбой Хабиба и нередко проходил где-то по ее краю. Высказывания Тактарова о Нурмагомедове, бывает, воспринимаются фанатами дагестанского бойца довольно болезненно. Но в этом интервью все будет очень по-доброму. — История Хабиба вчера не закончилась, она перешла на другой уровень, — начал Тактаров. — Я вчера увидел совершенно другого Хабиба. Не того, которого видел в Пензе несколько лет назад. Теперь это был человек с историей, который выступает за идею, а не ради денег. Есть одна вещь, которая мне не нравится в ММА — это толпа хрюкающих, гавкающих щенят, которые пишут гадости в интернете. Вчера Хабиб возвысился над всем этим и перешел на другую ступеньку от тех, с кем он раньше загонял Лобова в гостинице и облаивал журналистов в Пензе. Вчера это был другой человек — человек, который перенес утрату, который переоценил все, что произошло. И наверняка он подумал и решил для себя, почему это все с ним случилось. А еще он сделал максимально важное — не стал добивать Гейджи, а сделал удушающий, и в этом тоже есть великий смысл. Он показал всем, что он своему коллеге, бойцу, которого он уважает, не сделал ничего, что бы могло навредить его дальнейшей карьере. Вы же слышали, что говорил Гейджи: «Я дерусь ради денег». Вот такая бездуховность. Все, что сделал вчера Хабиб — вовремя карьеру завершил и красиво, гуманно «закончил» Гейджи — это были две важные, жирные точки, которые он поставил. — Думаете, решение уйти — окончательное?— Вернуться он еще, конечно, может и найдет к этому тысячу причин. Через пару лет он может перейти на категорию выше, потому что самая тяжелая борьба для него — это борьба с весогонкой. Видно, что Хабиб лучше всех на голову в своей категории, но ему тяжело там выступать из-за сгонки. Да, он овладел какими-то методиками, но каждый раз заново это переживать — неимоверно тяжело и непонятно, как это может отразиться на здоровье. — Не кажется, что Хабиб слишком хорош прямо сейчас и уходить — не лучшая идея? — Вы знаете, если бы Федор ушел на пике, это была бы лучшая идея. Даже если бы я ушел на пике — это была бы лучшая идея. Но иногда финансы поют романсы. И из-за денег ты делаешь то, что не любишь. Это неправильно. Это не тот бизнес, который можно делать из-за денег, к этому должна лежать душа. Потому что каждый раз ты выходишь умирать. На работу — ты же не выходишь умирать. Ты едешь туда, сидишь в офисе. А здесь — каждый раз этот суперстресс. Мало того, что весогонка, а еще и страх — быть убитым. — Раньше вы говорили: Хабиб как уйдет, так и вернется с пенсии. Сейчас продолжаете так думать?— Из-за денег он не вернется, я уверен. Может быть, если он внутри себя останется мальчишкой-спортсменом, который будет слышать постоянно о Макгрегоре, который будет говорить, что он чемпион в двух весовых категориях, а Хабиб — в одной; может, это заставит его вернуться — и в другой дивизион, скорее всего. — Хабиб может вернуться ради боя с Жоржем Сен-Пьером?— Это бой за деньги. Сен-Пьер — последний человек, который для Хабиба является легендой. То есть, я для него перестал быть кем-то, возможно, в 2008 году, когда он увидел меня вживую. Я не его поколения человек, я поколения практически его отца. Связи с Хабибом особо нет. А вот Сен-Пьер — это тот, кто его реально мотивировал. Мне кажется, это все как-то неправильно… Выиграть Сен-Пьера болевым? Да, наверное, интересно. Но бить его, своего вдохновителя, по голове — ну не знаю… Хотя если будет какая-то высокая цель — построить мечеть, на которую денег нет, например, — то такое вполне можно себе представить. Но в плане удовлетворения спортивных амбиций его может смотивировать только выигрыш в категории выше. — Абдулманап Нурмагомедов говорил, что хочет боя Хабиб — Сен-Пьер. Разве это не мотивация?— Ну откуда мы знаем, хотел он или нет. Говорил — да. Но он отец: как такое не скажешь? Это бой, где твой сын не получит по голове, и бой, который безопасен и принесёт много денег. Конечно, это лучше, чем с Мейвезером или Пакьяо по башке получать и дураком оставаться. А Сен-Пьер если когда и представлял опасность для Хабиба, то лет 10 назад. — Хабиба отправляют на пенсию чуть ли не как лучшего в истории. Это справедливо?— История нам расскажет. История так быстро меняется: полгода-год, и тебя забывают. В Америке звезды держатся полгода, если брать кино. Я продержался 20 лет. И за это время пережил падения, когда был пик Федора. Но все равно продержался. А потом мне добавили популярности все эти «интриги, скандалы и расследования». Это помогало — начал зарабатывать не только кино, но и в спорте. — В числе самых легендарных, вроде Федора, Хабиб будет упоминаться?— На уровне Федора — однозначно. А по поводу того же Сен-Пьера: ты спроси бабушек на улице, знают ли они — кто это. Максимум помнят Мохаммеда Али, кто-то вспомнит Тайсона. Для своей республики он точно останется легендой и для нее он сделал больше, чем кто бы то ни было. — Вы часто вспоминаете вашу встречу с Хабибом в Пензе, которая состоялась за несколько лет до его славы. Знай вы тогда, что знаете сейчас, что посоветовали бы Хабибу сделать по-другому?— Он все сделал, как я ему сказал. Наши отношения споткнулись об две вещи. Первая: то, что я ему посоветовал, он сделал с помощью моего земляка Лобова. И по этому поводу я достаточно категорично высказывался. И вторая — горлопаны, которых я себе тогда накликал своими высказываниями. Меня это завело, мне было неприятно. Вторая Мировая Война же почему началась? Гитлер — это был Лукашенко, которого начали гнобить Англия с Францией. Гнобили, гнобили и догнобились. Может, не трогали бы его… Если кого-то гнобить, то потом многие вещи делаются на эмоциях, а потом идет по накатанной. Неприятно, когда люди, которые не знали, что было в Дагестане, начинают тебе говорить: «Вот, ты поехал в Дагестан, ты там пил, ты там ел, а потом всех обложил». Но они же не знают, что там было. Я тоже про это говорить не хочу. Это наша с Хабибом личная история. Не надо в нее лезть, не надо об этом говорить. Наверное, если человек не пропускает ни одного моего прямого эфира, то у него есть ко мне уважение. Мне не нравится то, что происходит в нашем спорте последнее время, и Хабиб своим красивым поведением и своим уходом успокоит своих «ультрас». Может, они наконец увидят хорошую сторону Хабиба и начнут подражать ей. — Хабиб завершил карьеру, а вы сказали, что больше не будете комментировать новости из мира ММА. Удачный момент подвести черту под вашими взаимоотношениями, которые иногда со стороны кажутся не самыми простыми.— У нас было все в порядке всегда. И мне не надо, чтобы он выступил и рассказал: «Я Олега Николаевича — а, точнее, его друзей, — обидел, когда они были в гостях. Но я ради благих намерений это хотел или потому что мне показалось что-то не то». Мне не надо, чтобы общество это узнало, и я ходил, торжествовал. Главное — своим поведением он показывает, что ему неудобно за это, и он даже не может об этом говорить. Скачать приложение Sport24 для iOS Скачать приложение Sport24 для Android