Назад в СССР. Информация для советских детей

История и документы. Все дальше и дальше от нас уходит время поистине великого социального эксперимента – попытки создать в патриархальной стране с мелкобуржуазным крестьянским сознанием общественный строй с новым уровнем социальных отношений и высокой культурой. О том, что эта попытка, скорее всего, закончится неудачей, предупреждал еще соратник Ленина А. Богданов в своем фантастическом романе «Красная звезда» (1908 г.), но тогда все написанное им посчитали, конечно же, чистой фантастикой. Но как бы там ни было, а сделано было очень много, и в первую очередь в области развития духовной культуры. Но духовная культура есть по сути дела оборотная медаль образования и информированности граждан. Причем информированности с самого юного возраста, поскольку, как утверждают педагоги и психологи, ребенок до пяти лет узнает о жизни больше, чем за всю свою оставшуюся жизнь.


Задумался я над этим вопросом и опять-таки посчитал, что читателям «ВО» наверняка будет интересно узнать не столько общие сведения и цифры о том, каким образом у нас в стране в прошлом происходило это самое «информирование», сколько познакомиться с «маленькой историей» одного человека, и его субъективным взглядом на то, как в свои детские годы он получал интересующие его сведения. Ведь те, кто помнил ту эпоху, понемногу уходят, и скоро о том, как все тогда было, новые поколения в лучшем случае смогут узнать лишь из книг.

Итак, вспоминая прошлое, могу сказать, что хорошо помню себя с пяти с половиной лет, помню дом в две комнаты с большой печью, сенями и сараями, огромный сад и примерно такие же дома у моих друзей мальчишек по улице Пролетарской в городе Пензе. Причем только с «нашей стороны» улицы. Через дорогу мы никогда не ходили. Там были «чужие».

Потребность получать информацию я испытывал уже тогда. И получал ее из рассказов взрослых, моих ближайших родственников: деда, бабушки и мамы, а также из книг, которые они мне читали. А книги брались из большого книжного шкафа, самого большого на нашей улице. В других домах обходились небольшими полками. В сарае у деда хранились подшивки журнала «Огонек» начала 50-х, которые я помнить не мог. Читать я их тоже не мог, но с удовольствием рассматривал картинки. Особенно те, где были пушки, танки и автоматы.


А потом все чудесным образом изменилось. В 1959 году в Пензе появилось телевидение, и моя мама первой на улице купила телевизор «Рекорд», хотя ее и предупреждали, что «телевизер» притягивает молнию. Сначала передачи начинались в 19.00. Шли местные новости, передача о недостатках «Телевизионный фитиль» и «Почта фитиля», разбиравшая жалобы. Часто показывали концерты, а затем в обязательном порядке демонстрировался кинофильм. И как бы интересно я ни играл, вечером меня обязательно звали домой, а затем и всех остальных ребят, поскольку телевизоры появились и у них в домах, и мы стали наслаждаться отечественным и зарубежным кино ежедневно и сообща. Фильмы показывали самые разные, начиная от «Шербурских зонтиков» и «Моста Ватерлоо» до «Депутата Балтики», «Балтийского неба» и таких раритетов, как «Аэлита», «Два друга, модель и подруга» и «Огней большого города» с Чарли Чаплином. Некоторые фильмы вызывали у меня просто панический ужас. Например, «Безмолвная звезда» по роману Станислава Лема 1959 года и «Звездный мальчик», снятый в 1957 году. Впрочем, про информационную составляющую кинематографа будет отдельный материал. Пока же просто скажу, что кино на нас, мальчишек с улицы Пролетарской, имело огромное влияние.


Было много юмористических передач с незабвенным Аркадием Райкиным, а также Мировым и Новицким, и Штепселем и Тарапунькой. Ради них я смотрел даже концерты, потому что в них нередко они также участвовали. Многие их выступления имели яркую политическую окраску. Например, когда американцы запустили медные иголки в космос, Миров и Новицкий тут же отреагировали на это куплетами такого содержания: «Американские волки в небо бросили иголки. Мы ведь можем полететь и в иголки нитки вдеть!»


Удивительно, но среди нас, тогдашних мальчишек, было как-то не принято спрашивать взрослых… буквально ни о чем. Те были сами по себе, мы сами. Конечно, я любил слушать разговоры взрослых, но спросить о том, о чем они говорят, мне даже в голову не приходило. Вот оно как!


И, конечно, нами не руководили так, как детьми руководят сейчас. «Не бегай, не прыгай – упадешь, не лезь в лужу – испачкаешься!» Только и слышишь сегодня окрики взрослых, гуляющих между домами с детьми. У нас было иначе: одели тебя или ты сам оделся, выпустили на улицу – а там чужие дворы, сараи, пустырь за железной дорогой, стройка, река… бегай, прыгай, ломай руки и ноги, тони в реке – все это были наши, детские проблемы. Хотя, например, если я не являлся домой по шесть-восемь часов кряду, то бабушка ходила меня искать по окрестностям.


Телевизор был, наверное, очень важным источником информации довольно долго. Но постепенно к нему стали добавляться и другие. Например, радио. Впрочем, радио я слушал и до появления в доме телеприемника, но не очень хорошо помню, что там передавали. А вот потом, став старше, я слушал его часами, тем более, что детские передачи шли обычно утром по воскресеньям, когда телевизор еще не работал.

И надо сказать, что передачи были просто отличные – их бы и взрослым сейчас слушать! «Клуб знаменитых капитанов» («В шорохе мышином, в скрипе половиц, медленно и чинно сходим со страниц. Шелестят кафтаны, чей-то меч звенит, все мы капитаны, каждый знаменит!»). Именно она познакомила меня с капитаном Немо, капитаном корвета «Коршун», Диком Сэндом, Тартареном из Тараскона (когда я узнал, что книга есть у меня в домашней библиотеке, то прямо-таки возликовал, но прочитал ее уже лет в 14!). А еще были такие передачи о литературе, как «В стране литературных героев» и «Почтовый дилижанс». А забавная передача «КОАПП» — «Комитет авторских прав природы»? Или «Радионяня», учившая правильно писать и сокращать дроби. «А я не помню, хоть убей, сокращения дробей!» Не очень педагогично, но врезалось в память навсегда! Сколько она дала мне полезной информации, даже и не скажешь. Кстати, о полете Гагарина я услышал именно по радио, сидя дома по причине слякотной весны и плохой погоды. 


Кстати, возвращаясь к познавательным передачам на ТВ, хочу заметить, что они в 60-е года прошлого века шли практически постоянно. На Центральном канале – передача «Сто затей двух друзей», а на ленинградском (но он тоже шел у нас в Пензе) – передача «Операция «Сириус-2». Очень необычно задуманная, кстати. Главную роль в ней играли два робота – Трикс (он снимался в кинофильме «Планета бурь») и Меха, якобы заброшенные к нам на Землю с обитаемой планеты вблизи звезды Сириус. Они знакомились с нашей Землей и знакомили с ней тех, кто смотрел эту передачу. Естественно, без «плохих американцев» в ней тоже не обошлось. Так, Трикс, совершая полет над Тихим океаном, встретился в небе с боевым самолетом ВВС США, который выпустил в него «множество мелких остроконечных предметов, способных причинить вред его механизмам». Трикс собрал их с помощью своего защитного магнитного поля и отправил обратно, после чего «преследовавший его летательный аппарат резко пошел на снижение». Естественно, что дети, участники передачи, при этом дружно закричали «ура».


У нас в Пензе таких передач не было, но мы смотрели Валентина Зорина и нашего местного политолога Грановского, который в формате «говорящая голова» минут по двадцать раз в неделю рассказывал о международном положении. Так что о том, что происходит в мире взрослых, в общем-то, можно было их и не спрашивать! Очень пугали передачи штаба гражданской обороны. Но зато я точно знал, что надо делать в случае взрыва атомной бомбы и что сено, на которое попали ядовитые химические вещества, сжигается, а если радиоактивные, то закапывается.



Надо ли говорить, что ТВ-передачи «Клуб кинопутешествий», выходивший с 1960 года, и «Ребятам о зверятах» были в числе моих любимый передач? А с 1966 года к ним добавился еще и театр миниатюр «Кабачок 13 стульев», который выходил ровно в 20.00.


Книги мне дома читали. Читали интересно, много, так, что учиться читать самому мне не хотелось. Меня буквально силой записали в школьную библиотеку в мае 1963 года уже после того, как дома мама прочитала мне и «Поход викингов» Жана Оливье, и «Три мушкетера» А. Дюма, и «Голову профессора Доуэля» А. Беляева. Причина столь странного выбора книг для чтения ребенку-первокласснику, видимо, была связана с наличием всего этого на полках нашего книжного шкафа, где детских книг просто не было. А маме было не до того, чтобы ходить за книгами в детскую библиотеку, и она читала то, что было интересно и ей. В детстве я очень часто болел, спать не мог и лежал с высокой температурой. Ну, она мне и читала… «Остров погибших кораблей», «Человек-амфибия» и даже романы Герберта Уэллса «Человек-невидимка», «Война миров» и «Когда спящий проснется». Совсем это были не детские книги, но… они давали много пищи для ума. Хорошо помню, как лежал с температурой, слушал про ужасы марсиан или смерть несчастного Гриффина и стучал зубами от страха, а все думали, что у меня озноб. В результате русские народные сказки я прочитал по окончании четвертого класса и очень удивлялся, что, оказывается, есть и такие интересные книги.



С 1964 года еще одним источником информации для меня стали журналы. В школе опять-таки с нас требовали выписывать детские издания – «Веселые картинки», «Мурзилку», но мне они казались слишком детскими, поскольку дома дедушка выписывал журнал «Вокруг света» и много мне из него читал, ну и картинки там тоже были очень интересные. Но раз надо, значит, надо. И тут мне мама выписала целую кучу журналов: «Юный техник», «Юный натуралист», «Пионер» и «Костер», так что ни о какой «Мурзилке» тут и речи уже не было. Более того, мне отдали все эти же журналы моего старшего двоюродного брата за 50-е годы, так что я не столько уроки учил, вернее, учил кое-как, сколько запоем, по годам, читал эти журналы и… сравнивал с тем, что писали в 60-е. Так что тяга к анализу прочитанного и систематизации материала у меня проявилась уже тогда. Ну и к технике тоже, потому что, как только в 1964 году вышла книга А.С. Яковлева «Рассказы авиаконструктора», мне тут же ее купили, и я заставил ее мне читать, хотя к этому времени давно умел читать сам. Но любил, чтобы «знаковые» книжки мне по-прежнему читали вслух.


Все эти издания были очень информативными. В журналах «Костер» и «Пионер» (не помню, в каких именно) я прочитал замечательные повести В. Крапивина «Та сторона, где ветер», «Люди с фрегата «Африка» и «Оруженосец Кашка», фантастическую повесть «Гости с Миона», фэнтези Астрид Линдгрен «Мио, мой Мио» и Памелы Треверс «Мери Поппинс». Именно в журнале «Костер» были описания (на предпоследней странице обложки) моделей куттера и полинезийского катамарана – словом, чего только в этих журналах не было! 


В 1966 году начал выходить журнал «Моделист-конструктор», и его я ходил покупать в киоск в конце нашей улицы. Однако там же я обнаружил и еще один журнал, завоевавший мое сердце – польский журнал для советских детей «Горизонты техники для детей». Удивительно, но тогда понимали, как важно подружить именно детей наших стран, лишить их предубеждений взрослых, и делалось это очень умело, по крайней мере, со стороны поляков-издателей этого журнала. В беллетризованной форме в нем сообщалось о достижениях науки и техники, причем не только польской, но и других стран, включая СССР и дореволюционную Россию. 


Печатались очень интересные художественные рассказы по истории науки и техники. Из него можно было узнать о простейших физических и химических опытах, о том, как сделать те или иные самоделки, а еще в нем давались адреса польских ребят, которые хотели переписываться со сверстниками в СССР. И, да, мы переписывались, хотя эта наша переписка довольно быстро обрывалась. Мы просто не знали, о чем мы можем друг другу писать, да и денег на подарки у нас было мало.


В том же году нас всем классом приняли в пионеры, после чего нужно было выписать «Пионерскую правду», но я выписал ее годом раньше и не пожалел. Потому, что именно в 1965 году там публиковалась отличная фантастическая повесть «Ночной орел» А. Ломма, а затем приключенческая повесть «Голубой лангуст» (продолжение повести «Остров великанов») А. Негго. Кстати, оба последних произведения были экранизированы. Сначала сняли четырехсерийный телефильм «Тени старого замка» по «Острову великанов», а потом цветной «Пассажир с «Экватора». То есть было просто море удовольствия – сначала читать, потом смотреть! А вот первые три страницы всяких лозунгов и призывов типа: «Пионер — всем ребятам пример» я обычно никогда не читал.


Помню, как в печатном издании книги «Клуб знаменитых капитанов» нашел рисунок револьвера — драгунского «кольта». Не знал тогда, что он драгунский. Но это был настоящий праздник. Тут же принялся его делать и сделал. С поворачивающимся барабаном из куска ручки от лопаты!

С 1968 года с «Пионерской правдой» я простился, как и с журналами «Пионер» и «Костер», так как стал членом ВЛКСМ, но зато стал выписывать «Технику — молодежи» и читать «За рубежом», чтобы делать в классе политинформацию. От «Юного натуралиста» тоже пришлось отказаться. Понял, что зверьки и растения — это не мое.

Дети, при их желании, конечно, и желании и возможностях их родителей, могли получать практически неограниченный объем информации, допускавшейся для распространения в обществе того времени. На нашей улице, однако, везло так немногим. Многие родители из рабочих семей жалели денег на подписку. Впрочем, кто хотел, мог эти же журналы брать в библиотеках. Так что позитивной информации нам в целом хватало, кроме разве что изображений пистолетов и револьверов вкупе с иным киношно-телевизионным оружием. Получали мы и «антиобщественную информацию», но какую и каким образом, расскажу в следующий раз.

Продолжение следует…