«Вот если бы он умер после пыток, тогда да!»
Заявления, жалобы адвокатов, обращения близких, объединившихся в «Родительскую сеть», в очередной раз пускают по кругу — не стала исключением и проверка, начатая после декабрьской встречи СПЧ с Владимиром Путиным. Обнадеженные его обещанием «поразбираться», родители написали гаранту вновь. Добавив к просьбам годичной давности о беспристрастном расследовании еще одну: провести судебно-медицинскую экспертизу, способную доказать применение электрического тока даже спустя годы. Наличие такой возможности подкреплено заключением аттестованного российского судмедэксперта, выразившего готовность провести необходимые исследования в отношении фигурантов дела «Сети».
Международный совет по реабилитации жертв пыток также подтверждает своим официальным письмом, что по их опыту «диагностические признаки применения пытки электротоком обнаруживаются и спустя много лет после его воздействия».
Они выявляются посредством анализа крови, биопсии, других исследований. Но и видимые следы могут сохраняться довольно долго. Подтверждением тому служат фотографии, присланные недавно Ильей Капустиным (покинувшим Россию свидетелем по делу, также прошедшим через пытки электрошокером). На снимках видны мелкие белесые повреждения кожи — причем их локация соответствует расположению ожогов, заснятых сразу после пыток.
Защита Ильи Шакурского и Дмитрия Пчелинцева ходатайствовала о проведении соответствующей экспертизы в заседаниях Пензенского гарнизонного суда, где обжаловались отказы на возбуждение уголовных дел по их заявлениям о пытках. Но в обоих случаях ходатайства суд отклонил. Как выразился руководитель ВСО СК России по Пензенскому гарнизону подполковник Д.С. Папышев, «экспертиза нам ничего не даст». А его заместитель, майор А.С. Меркушев вообще убежден, что в розетках камер СИЗО «далеко не то напряжение, чтобы можно было испытывать какую-то физическую боль». Его коллеги после судебного заседания кинут адвокатам Пчелинцева не менее циничную фразу: «Если бы он умер после пыток, тогда да! А так — одно балабольство».
Тем, кто пытается сделать все возможное, чтобы факты применения пыток сотрудниками ФСБ оставались недоказанными, такая экспертиза действительно ничего хорошего не сулит. Но сами заключенные антифашисты, которых противная сторона обвиняет во лжи и оговоре силовиков, как раз настаивают на ее проведении.
По сути, эта экспертиза остается для них единственной возможностью доказать, что признательные показания, от которых они затем отказались, были даны после истязаний. Проверки, проведенные петербургским и пензенским ВСО СК России по заявлениям о пытках Виктора Филинкова, Ильи Капустина, Ильи Шакурского, Дмитрия Пчелинцева, содержат вывод, что в действиях сотрудников ФСБ никаких нарушений не было. При этом и в Пензе, и в Петербурге проверяющие опросили лишь силовиков и «обошлись» без опросов адвокатов и членов ОНК, которые видели следы истязаний (а в Петербурге и зафиксировали). Зато, если верить материалам проверки по заявлению Пчелинцева, опросили всех сокамерников, которые дружно отрицали наличие у него телесных повреждений. Хотя у Пчелинцева не могло быть сокамерников — все время он содержится в одиночной камере.
По всем заявившим о пытках фигурантам не были своевременно истребованы записи с видеорегистраторов и видеокамер, а затем последовало заявление, что они были ликвидированы по истечении срока хранения. При этом журналисты НТВ, в апреле приезжавшие в Пензу для съемок фильма «Опасная сеть», получили в свое распоряжение и использовали видеозапись из камеры Пчелинцева, документирующую его попытку покончить с собой. Подполковник Папышев в суде назовет это «имитацией суицида».
Ни в Питере, ни в Пензе не осматривались места возможного преступления, где могли оставаться следы крови. В случае Виктора Филинкова оказались уничтожены улики, которые его адвокат оперативно требовал приобщить, — в частности, окровавленная одежда, в которой Виктор был при задержании сотрудниками ФСБ.
Проверяющие охотно ссылаются на заключения приписанных к СИЗО медиков — им достаточно констатировать отсутствие следов пыток посредством «телесного осмотра» поверх одежды. Но подтверждающее наличие десятков ожогов от электрошокера заключение Государственного центра судебно-медицинских экспертиз по свидетелю Капустину попросту игнорируется.
Ожоги на теле Капустина спишут на «укусы клопов», а следы побоев на лице Пчелинцева — на «расчесывание прыщей».
По словам самого Пчелинцева, проверяющий Меркушев пришел к нему вместе с ведущим дело «Сети» следователем Токаревым, который «проинструктировал», что именно следует говорить. Меркушев, говорящий о себе «я человек добропорядочный, честный», в судебных заседаниях сначала будет настаивать, что Токарева вообще не было в СИЗО-1 в тот день. После предъявления фактов, подтверждающих его визит, скажет — да, приходил, но у Пчелинцева не был.
Господин Меркушев вообще настаивает на том, что в СИЗО даже мышь не проскочит, не зарегистрировавшись в журнале учета посещений. В материалах проведенной им проверки приводится справка всех посещений Пчелинцева и его перемещений из камеры. Согласно этой справке, Дмитрий не покидал камеры даже 14 февраля прошлого года — не иначе как прибегли к телепортации, чтобы провести два его допроса в здании УФСБ, один из которых был заснят на видео, рассматривавшееся в суде. Та же фантасмагория с допросами 1 и 9 ноября и 1 декабря 2017 года и 8 февраля 2018-го. В материалах проверки сканы протоколов этих допросов соседствуют с данными о том, что в эти дни Пчелинцева из камеры не выводили.
Но все это не помешало констатировать, что про пытки Пчелинцев все сочинил, и отказать в возбуждении уголовного дела в отношении сотрудников ФСБ «за отсутствием события преступления». По жалобе адвоката Пчелинцева руководитель ВСО СК России по Пензенскому гарнизону Папышев меньше чем за сутки изучил материалы проверки (280 листов) и подтвердил «законность и обоснованность» вынесенного Меркушевым отказа.
Попытки обжаловать такие отказы в судах не имели успеха ни по пензенским, ни по питерским фигурантам. Теперь свою оценку даст Европейский суд по правам человека — им уже зарегистрирована жалоба на пытки Виктора Филинкова и принята жалоба Ильи Капустина. Готовятся обращения в ЕСПЧ и от Ильи Шакурского и Дмитрия Пчелинцева. Как поясняет адвокат Анатолий Вахтеров, если ЕСПЧ признает незаконным постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, указав на неполноту проверки, вся доказательная база по делу «Сети» может быть признана недопустимым доказательством. И тогда дело придется отправлять на новое рассмотрение, что станет «процессуальной оплеухой в адрес нашего государства».
По сентябрьскому заявлению о пытках Армана Сагынбаева проверка до сих пор не начата — задержали его в Петербурге, а затем переправили в Пензу, и якобы остается неясным, с какого управления ФСБ спрашивать.
Повторное обращение «Родительской сети» к президенту послали по тому же кругу, что и первое. Сначала направили только в то ведомство, на которое жаловались, — ФСБ. После огласки в СМИ переправили также в Генпрокуратуру, Главную военную прокуратуру, Следственный комитет и ФСИН России. Затем спустили на региональный уровень. А оттуда отписались, что проверки уже были, вынесены отказы в возбуждении уголовных дел, суды подтвердили их обоснованность и законность.
Спецслужбы отвечают обществу, возмущенному пытками в деле «Сети», демонстративным продолжением применения тех же методов: о пытках заявили аспирант мехмата МГУ Аазат Мифтахов и задержанные в один день с ним Илья Губский и Даниил Галкин. На этот раз к электрошокеру добавили новый инструмент дознания — электрический шуруповерт.
Татьяна Лиханова
«Новая в Петербурге»