Тиманский кряж. Самарец прошел по тундре и нескольким рекам этой северной территории
В рубрике «Моя большая страна» рассказываем о путешествиях самарцев. Возможно, их впечатления натолкнут кого-то на мысль пройти этими же дорогами. Самарец Андрей Ляпугин путешествует по стране уже много лет. Причем по местам, в которых мало кто бывал. Изучение дальних далей совмещает со своей любимой рыбалкой, поэтому маршруты у него в основном водные. Вода, камни, тайга, тундра Тиманский кряж — это где? Для Андрея такой вопрос не стоит. Вместе с товарищами по увлечению за месяц он прошел в тех краях 120 км пешком и 730 км на лодке по воде. Так что изучил местность в подробностях, да при самых разных погодных условиях. Этот каменный кряж тянется параллельно Приполярному и Полярному Уралу, западнее его, по территории Республики Коми и северу Архангельской области. Место малоизвестное и дальнее. Наивысшая точка — 323 м над уровнем моря. По сравнению с соседней горной системой — Приполярным Уралом с главной вершиной в 1895 м — Тиманский кряж вроде бы мелочь, а как выяснилось, имеет свое особое лицо. Многочисленные реки и озера среди тайги и тундры. Огромное количество ископаемых останков древнего моря под ногами. Причудливые каменные изваяния — буквально без счету базальтовых статуй, останцев, да еще с вкраплениями агатовых яиц и прочей геологической красоты. — Все это труднодоступно, — рассказывает Андрей. — 200 км вниз по Печоре. Потом больше недели вверх по рекам, в нее впадающим. Пять дней по одной, день по другой, день по третьей. И дальше пешком, в сторону рек, бегущих к Баренцеву морю. Три исходили там, они впадают в четвертую, а та уже в заливы. По прямой до Баренцева, а значит, до вод Северного Ледовитого океана мы не дошли меньше 40 километров. Вот такое получилось путешествие. Я один из Самары, двое из Усинска. Где мы были, туда даже из местных мало кто ходил. Природа нетронутая, зверь непуганый. Страницы из дневника Андрей вел записи. Вот страницы из его дневника. Вроде лето, а по ночам заморозки регулярно. Утром растительность стоит окоченевшая, и надоедливые насекомые пропадают на время. Один раз даже при теплой погоде минут пять на нас несло совершенно ледяным воздухом. Густой пар повалил изо рта. Заполярье. Начались мели. Днище задевает, то и дело у нас таскания лодки против течения. Если кто-то думает, что наш большой водный километраж — сплошь лафа под мотором, он очень сильно ошибается. В принципе, тащить лодку на бечеве несложно, трудно идти по воде, преодолевая ее сопротивление. Вот знаменитый водопад, в котором река сжимается береговыми камнями в метровую струю. Небольшой, зато свой, живописный, по-северному строгий. Под ногами — море всевозможных отпечатков древних ракушек. Полный музей какого-нибудь триасового периода насобирать можно за час. И тут же, рядом, наловили щук на пять-шесть кило весом. Такую местную рыбу мы стали называть щукозаврами. На следующее утро пошли дальше, вверх по течению. Нас ждет каньон. Его дно в некоторых местах — сплошная скала, монолит. Идешь как по городу, залитому каменным асфальтом. И тут начали появляться агаты и крупные кристаллы кварца. Полудрагоценности буквально разбросаны под ногами. Весь месяц нас кормила река. И тундра. Рыба, ягоды, взятые с собой хлеб и сухари. Стоя на краю водопада, ловили вплотную к нему крупных окуней. Когда приманка попала в затон под водоскатом, взяла щука килограммов на пять. Ловили ровно столько, сколько надо было для пропитания. Лишнюю рыбу бережно отпускали. Одна ретивая щука шмякнулась о скалы, не дождавшись, когда ее отпустят, так мы ее полчаса полоскали, но заставили ожить, уйти своим ходом. Идем на веслах. А когда река совсем обмелела, двинулись через тундру. Шли просто напрямик. По сопкам. По зарослям карликовой березки. По болотцам, которые постоянно пытались нас умаслить морошкой. Наелся этой ягоды больше, чем за все предыдущие путешествия. Ворота Тимана. Позади реки, впадающие в Печору. Впереди — текущие в Северный Ледовитый. Тут-то и начались разнообразные каменные фигуры выветривания, коими эта местность славится. Буквально базальтовые города — изваяния самых разных конфигураций. Так живописно они разрушаются, вымываются водами и снегами тысячи и тысячи лет. Спасибо труднодоступности, благодаря ей все это пока сохраняется первозданным. Хорошо погуляли, больше 20 кэмэ по тундре и скалам за день сделали. Идти пешком вдоль рек — это отдельная история. Почти везде рядом можно найти оленью тропку. Вот уж кому отдельное спасибо, так животным. Оленьи тропки очень выручают. Эти верховья совсем мало хожены. Народ забирается в здешние края по другому притоку. Конец пешке и гребле против течения! Ура, течение теперь за нас! А на берегу стоит красавец-олень. Он удивлен больше меня. До него метров 20-30. Стоит, пыхтит и спокойно кормится. Потом все же прячется за деревья. Пыхтит уже из-за них. Но не уходит, поглядывает на нас, совершенно непуганный. Вода в реке после дождей прибыла, и мы лишь подгребали веслами. Но и рыбы стало меньше, она пошла мельче. Там, где при подъеме против течения ловили щукозавров, тоже тишина. Выходим в цивилизацию. Лодок и рыбаков все больше. Стоят фермы. Строятся новые. Магазин. В одном здании с ним пекарня, свежий, еще теплый хлеб. Хочется наброситься на него прямо в магазине и закусать, закусать! Мы ведь давно уже на сухарях сидим. Вышли на реку Печору. Бесконечные песчаные плесы. И финиш нашего путешествия. Вывод: места очень интересные. И рыба любая, и реки красивые, и камни живописные, и безлюдье на многие-многие десятки километров. Такой он, Тиманский кряж. Фотографии предоставлены спикерами