Чайники не для «чайников». В Эрмитаже открылась выставка особого китайского фарфора
0
55
В Арапском зале Эрмитажа заработала обширная выставка «Керамика Исина в собраниях Петербурга и Москвы». На ней можно увидеть различные образцы посуды, изготовленной в одном из центров китайской фарфоровой промышленности, Исине, в долгий период с середины XVII века и до второй половины века двадцатого.
фото: Илья Снопченко / ИА «Диалог»
В Китае существует множество заводов, выпускающих фарфоровые изделия (особенно − в сравнении с Россией, где таких предприятий осталось совсем немного). Центры отрасли, многие из которых имеют многовековую историю, возникали вокруг месторождений глин, из которых и изготавливается керамика. Исин в провинции Цзянсу, что на востоке КНР, рядом с Шанхаем − один из таких. Но и керамика может служить разным задачам; охватить их все в рамках одной временной выставки − невозможно, да и не нужно. Нынешняя экспозиция фокусируется в основном на предметах, связанных с завариванием и употреблением чая. Всего экспонатов более девяноста ‒ это чайники, чашки, чайницы, сосуды, флаконы, вазы и другие. Вместе и по отдельности они демонстрируют разнообразие форм и техник декора, применявшихся на протяжении нескольких столетий в Китае.
«Выставка сама по себе ставит задачей ретроспективно продемонстрировать исинские чайники, показать те возможности, которые исинские глины предоставляют для орнаментации и для изготовления изделий. Мы обычно не показываем эти вещи, хотя информация о них частично и издана. Что касается других музеев, то, например, в Кунсткамере какие-то вещи были выставлены на постоянной экспозиции, но они не изучались как следует − не переводились надписи, датировки, вот это всё это не делалось. И многие предметы впервые вводятся в научный обиход. Надо сказать, что в России никто не собирал их систематически. Вещи попадали из самых различных коллекций, поэтому нас ждут многие открытия, ведь из любого этнографического собрания к нам может попасть исинское изделие», − рассказала Татьяна Арапова, ведущий научный сотрудник Отдела Востока Государственного Эрмитажа и один из кураторов выставки.
фото: Илья Снопченко / ИА «Диалог»
Действительно, нынешняя выставка − не только представление эрмитажных предметов. Часть её составляют экспонаты Государственного музея Востока, Музея антропологии и этнографии имени Петра Великого (Кунсткамеры), Государственного музея-заповедника «Петергоф», музея-заповедника «Павловск»; Государственного музея истории религии. Некоторые вещи, предоставленные ГМЗ «Петергоф», кстати, связаны с именем Петра Великого − изначально они происходят из коллекции императора. Многие вещи имеют необычные, но вполне функциональные элементы: скажем, очень красивый сосуд в форме персика для полоскания кисти, взятый из набора для стола учёного (в который входили и чайные принадлежности). О значении этой вещи достаточно сложно догадаться, если только не подскажут сами музейщики.
«Эта рельефная персиковая косточка − не просто для красоты, но и для того, чтобы лучше от ворсинок кисти очищалась тушь. Но самое интересное в том, что, как вы видите, многие вещи декорированы такими рельефными косточками, либо плодами. Само собой, цель здесь символическая, потому что это обилие косточек и злаков намекает на богатый урожай − поэтому, если это подарить кому-то, либо использовать в чайной церемонии, это как бы насытит ваш приём чая какими-то благими материями. Китайцы очень любят такой символизм», − пояснила Лидия Поточкина, старший научный сотрудник Отдела Востока.
фото: Илья Снопченко / ИА «Диалог»
Кроме того, несколько вещей − из коллекции Марии Захаровой, востоковеда и официального представителя МИД России.
«Я от души поражена тем, как сформировалась и как реализовалась эта выставка. Задумка была у вас очень интересная − продемонстрировать общественности не просто один из жанров китайского искусства, сформировавшийся в древности, однако имеющий уже и современные традиции, но и искусствоведческую традицию, которая годами, десятилетиями − а в данном случае предметы говорят, что и столетиями − уделяла внимание этому виду китайского искусства. Представленные сегодня предметы − высочайшего класса: я позволю себе сейчас это сказать как человек, который много лет прожил в Китае и изучал Китай. Не только потому, что есть действительно прожившие не одно столетие предметы, а ещё и потому, что они очень широко показывают возможности этого жанра, его традиции, разные глины, разные жанры исполнения, разные техники», − сказала Мария Захарова.
фото: Илья Снопченко / ИА «Диалог»
Она добавила, что некоторые предметы, которые ныне входят в её коллекцию и представлены на выставке, приобрели ещё её родители, когда в 80-е годы были в командировках. Многие вещи удалось купить в магазинах и антикварных лавках за вполне доступную цену, как бытовые, пусть и старые, и лишь потом они стали трактоваться как произведения искусства. Это лишний раз показывает связь времён и художественных традиций, которая в Китае не прерывалась никогда, несмотря на потрясения − войны, перевороты и политические кампании типа «Культурной революции».
Так почему же особенно ценятся именно исинские чайники, хотя в Китае есть, как мы уже упоминали, множество центров производства фарфора, в том числе более знаменитые − скажем, Цзиндэчжэнь? Этот секрет кураторы выставки тоже раскрыли.
«Дело в том, каким образом формуется чайник: в силу особого состава глины после обработки чай получается особенным. У керамики есть такая особенность − она водопроницаема. Обычно это нивелируется глазурью, чтобы не было просачиваемости. Но здесь, заметьте, с внешней стороны нет никакой глазури. Снаружи изделия подвергали лощению, чтобы затирать поры, но внутри они не затёрты. И получается, что когда вы наливаете в чайник отвар, то стеночки изнутри пропитываются эфирными маслами чая. Поэтому в каждом чайнике использовали только один сорт. Их никогда не мыли, потому что чем дольше вы завариваете в нём чай, тем насыщеннее, ароматнее становится напиток. А лет через 10-20 можно залить просто кипяток, и у вас будет чайный напиток!» − рассказала Лидия Поточкина.
Выставка будет открыта до 31 мая нынешнего года; её можно посетить по входному билету в Главный музейный комплекс. Арапский зал, напомним, находится на втором этаже Зимнего дворца, в его западной части, и носит номер 155.
Илья Снопченко / ИА «Диалог»
фото: Илья Снопченко / ИА «Диалог»
В Китае существует множество заводов, выпускающих фарфоровые изделия (особенно − в сравнении с Россией, где таких предприятий осталось совсем немного). Центры отрасли, многие из которых имеют многовековую историю, возникали вокруг месторождений глин, из которых и изготавливается керамика. Исин в провинции Цзянсу, что на востоке КНР, рядом с Шанхаем − один из таких. Но и керамика может служить разным задачам; охватить их все в рамках одной временной выставки − невозможно, да и не нужно. Нынешняя экспозиция фокусируется в основном на предметах, связанных с завариванием и употреблением чая. Всего экспонатов более девяноста ‒ это чайники, чашки, чайницы, сосуды, флаконы, вазы и другие. Вместе и по отдельности они демонстрируют разнообразие форм и техник декора, применявшихся на протяжении нескольких столетий в Китае.
«Выставка сама по себе ставит задачей ретроспективно продемонстрировать исинские чайники, показать те возможности, которые исинские глины предоставляют для орнаментации и для изготовления изделий. Мы обычно не показываем эти вещи, хотя информация о них частично и издана. Что касается других музеев, то, например, в Кунсткамере какие-то вещи были выставлены на постоянной экспозиции, но они не изучались как следует − не переводились надписи, датировки, вот это всё это не делалось. И многие предметы впервые вводятся в научный обиход. Надо сказать, что в России никто не собирал их систематически. Вещи попадали из самых различных коллекций, поэтому нас ждут многие открытия, ведь из любого этнографического собрания к нам может попасть исинское изделие», − рассказала Татьяна Арапова, ведущий научный сотрудник Отдела Востока Государственного Эрмитажа и один из кураторов выставки.
фото: Илья Снопченко / ИА «Диалог»
Действительно, нынешняя выставка − не только представление эрмитажных предметов. Часть её составляют экспонаты Государственного музея Востока, Музея антропологии и этнографии имени Петра Великого (Кунсткамеры), Государственного музея-заповедника «Петергоф», музея-заповедника «Павловск»; Государственного музея истории религии. Некоторые вещи, предоставленные ГМЗ «Петергоф», кстати, связаны с именем Петра Великого − изначально они происходят из коллекции императора. Многие вещи имеют необычные, но вполне функциональные элементы: скажем, очень красивый сосуд в форме персика для полоскания кисти, взятый из набора для стола учёного (в который входили и чайные принадлежности). О значении этой вещи достаточно сложно догадаться, если только не подскажут сами музейщики.
«Эта рельефная персиковая косточка − не просто для красоты, но и для того, чтобы лучше от ворсинок кисти очищалась тушь. Но самое интересное в том, что, как вы видите, многие вещи декорированы такими рельефными косточками, либо плодами. Само собой, цель здесь символическая, потому что это обилие косточек и злаков намекает на богатый урожай − поэтому, если это подарить кому-то, либо использовать в чайной церемонии, это как бы насытит ваш приём чая какими-то благими материями. Китайцы очень любят такой символизм», − пояснила Лидия Поточкина, старший научный сотрудник Отдела Востока.
фото: Илья Снопченко / ИА «Диалог»
Кроме того, несколько вещей − из коллекции Марии Захаровой, востоковеда и официального представителя МИД России.
«Я от души поражена тем, как сформировалась и как реализовалась эта выставка. Задумка была у вас очень интересная − продемонстрировать общественности не просто один из жанров китайского искусства, сформировавшийся в древности, однако имеющий уже и современные традиции, но и искусствоведческую традицию, которая годами, десятилетиями − а в данном случае предметы говорят, что и столетиями − уделяла внимание этому виду китайского искусства. Представленные сегодня предметы − высочайшего класса: я позволю себе сейчас это сказать как человек, который много лет прожил в Китае и изучал Китай. Не только потому, что есть действительно прожившие не одно столетие предметы, а ещё и потому, что они очень широко показывают возможности этого жанра, его традиции, разные глины, разные жанры исполнения, разные техники», − сказала Мария Захарова.
фото: Илья Снопченко / ИА «Диалог»
Она добавила, что некоторые предметы, которые ныне входят в её коллекцию и представлены на выставке, приобрели ещё её родители, когда в 80-е годы были в командировках. Многие вещи удалось купить в магазинах и антикварных лавках за вполне доступную цену, как бытовые, пусть и старые, и лишь потом они стали трактоваться как произведения искусства. Это лишний раз показывает связь времён и художественных традиций, которая в Китае не прерывалась никогда, несмотря на потрясения − войны, перевороты и политические кампании типа «Культурной революции».
Так почему же особенно ценятся именно исинские чайники, хотя в Китае есть, как мы уже упоминали, множество центров производства фарфора, в том числе более знаменитые − скажем, Цзиндэчжэнь? Этот секрет кураторы выставки тоже раскрыли.
«Дело в том, каким образом формуется чайник: в силу особого состава глины после обработки чай получается особенным. У керамики есть такая особенность − она водопроницаема. Обычно это нивелируется глазурью, чтобы не было просачиваемости. Но здесь, заметьте, с внешней стороны нет никакой глазури. Снаружи изделия подвергали лощению, чтобы затирать поры, но внутри они не затёрты. И получается, что когда вы наливаете в чайник отвар, то стеночки изнутри пропитываются эфирными маслами чая. Поэтому в каждом чайнике использовали только один сорт. Их никогда не мыли, потому что чем дольше вы завариваете в нём чай, тем насыщеннее, ароматнее становится напиток. А лет через 10-20 можно залить просто кипяток, и у вас будет чайный напиток!» − рассказала Лидия Поточкина.
Выставка будет открыта до 31 мая нынешнего года; её можно посетить по входному билету в Главный музейный комплекс. Арапский зал, напомним, находится на втором этаже Зимнего дворца, в его западной части, и носит номер 155.
Илья Снопченко / ИА «Диалог»