Меню последнего обеда
Между часом и двумя пополуночи 3 (16 н. ст.) марта 1917 года литерные поезда покинули Псков, где находилось командование армиями Северного фронта во главе с Георгиевским кавалером, генералом от инфантерии Николаем Рузским.
В одном из двух поездов возвращался в Ставку Николай II.
В России солдатский бунт столичного гарнизона превращался в революцию.
В предшествующие двое суток — с благородной целью успокоить страну накануне грандиозного наступления, готовившегося на южном крыле Восточного фронта, — царь сначала даровал Государственной Думе долгожданное право формировать кабинет министров, а затем, когда уступка оказалась недостаточной, отрёкся от престола. «Образ государя с заплаканными глазами в полуосвещённом купе до конца жизни не изгладится из моей памяти», — вспоминал дворцовый комендант, Свиты Его Величества генерал-майор Владимир Воейков.
Итак, Россия стала конституционно-монархическим государством.
Вопрос о венценосце решался в соответствии с законом: после отречения отца на престол вступал его несовершеннолетний сын, цесаревич Алексей Николаевич, которому связывалась присягой огромная армия.
Однако по причинам семейного характера Николай II нарушил права Алексея Николаевича и передал престол своему младшему брату, Великому князю Михаилу Александровичу: в результате более 10 миллионов военнослужащих, в основном крестьян в солдатских шинелях, остались без присяги. «Всё передано М (ише), и Бэби теперь в безопасности — какое облегчение!» — так чуть позже писала мужу Александра Фёдоровна. При этом сам Великий князь Михаил Александрович, ночевавший на частной квартире в Петрограде, ещё не представлял себе, насколько изменилось его положение в Доме Романовых.
В Могилёв поезда следовали через Остров, Двинск, Витебск и Оршу.
Во время вечерней стоянки в Орше в царский вагон неожиданно пришёл камергер Николай де Базили, занимавший при Ставке Верховного Главнокомандующего должность директора Дипломатической канцелярии. Именно он составлял проект манифеста об отречении в пользу цесаревича Алексея Николаевича, а теперь прибыл навстречу литерным поездам, чтобы доложить Николаю II последние известия. Вместе с тем дипломат уехал из Могилёва в Оршу в четыре часа пополудни и ещё не знал о втором фатальном событии — решении Великого князя Михаила Александровича не принимать престол до согласия Всероссийского Учредительного Собрания. «Базили был очень угнетён и взволнован, на нём просто лица не было», — вспоминал флигель-адъютант, полковник Анатолий Мордвинов.
В беседе Николай II спокойно объяснил причины своего отречения за цесаревича невозможностью расстаться с сыном, выслушал первые сведения о положении семьи в Царском Селе, а затем любезно предложил камергеру остаться в поезде с непременным приглашением к столу. Вместе с гостем из Ставки в последний раз у Николая II в его поезде обедали особы Свиты:
министр Императорского Двора и уделов, генерал от кавалерии и генерал-адъютант, граф Владимир Фредерикс;
флаг-капитан Его Величества, адмирал и генерал-адъютант Константин Нилов;
лейб-хирург, тайный советник Сергей Фёдоров;
Свиты Его Величества генерал-майоры — гофмаршал Двора, князь Василий Долгоруков 1-й, дворцовый комендант Владимир Воейков, начальник военно-походной канцелярии Его Величества Кирилл Нарышкин и командир Собственного Его Величества Конвоя Александр Граббе граф Никитин;
действительный статский советник Ежов;
флигель-адъютанты, полковники — Его Светлость герцог Николай Лейхтенбергский и Анатолий Мордвинов.
В эмиграции свитский историограф генерал-майор Дмитрий Дубенский писал о том, как до отъезда из Пскова в литерных поездах не успели получить продукты в дорогу, поэтому Николай II скромно заявил гофмаршалу Двора князю Долгорукову 1-му о готовности довольствоваться в пути стаканом чая и куском хлеба. Но вопреки строгому уставу Великого поста стол выглядел гораздо более сытным, о чём свидетельствует карточка меню, которую де Базили бережно сохранил в годы революции, гражданской войны и эмиграции. За обедом вопреки привычному этикету обсуждались политические вопросы. Чины Свиты чувствовали себя подавленно, и дипломат запомнил, как многие из них волновались и беспокоились по поводу близкого будущего.
Драма русской монархии закончилась.
Теперь наступала драма русской демократии.
Настоящие источники хранятся в коллекции Николая Александровича де Базили (1883−1963) в собрании Гуверовского архива Стэндфордского университета (Hoover Institution Archives, Stanford University (HIA). Basily de Nicolas A. Collection. Box 27. Folder «Nicholas II: Menu and seating arrangement for dinner, March 16, 1917, on the Imperial train after abdication en route to Mogilev»).
Автор — кандидат исторических наук