Экс-владелица модельного агентства из Москвы рассказала о том, как в 23 года ушла в монастырь Орска
Бывшая владелица модельного агентства и музыкант Елена, чья активная жизнь в 23 года вызывала восхищение, решила стать монахиней, выбрав для этого монастырь в Орске. Когда-то она жила в модном сквоте на Чистых прудах и собиралась поступать на композитора в Берлин, но все изменила смерть близкого друга. Сейчас Елене 28 лет. О своей новой жизни она рассказала на YouTube-канале «Спектр».
О прошлом, успехе и зависти
Девушка вспоминает, что многие завидовали ее успеху, которого она достигла довольно быстро. Однако удовлетворение от того, что имеет, ощутить было невозможно. Елена не понимала, как заполнить дыру в сердце.
Девушка называет это «зерном» — нечто нематериальное, ради чего стоило бы жить.
Почему именно монастырь?
По словам Елены, когда-то у нее было иное отношение к церкви. Все произошло спонтанно. После трагедии девушке было необходимо найти спокойное место для того, чтобы многое переосмыслить. Втянувшись в монастырскую жизнь, бывшая владелица модельного агентства уже и понимала, зачем возвращаться в светскую жизнь. Она делится, что стереотипам о церкви доверять не нужно. Как оказалось, здесь все иначе, однако принять выбор девушки смогли далеко не все друзья.
О монастыре Орска девушка узнала от подруги. 23-летнюю Елену поразил батюшка, оказавшийся творческим человеком. После этого она осознала, что хочет остаться здесь.
Чем занимаются в монастыре?
Елена рассказала, что заниматься творчеством ей не мешают. Например, она снимает видео и монтирует его. И не только. Монахини пишут музыку и иконы, снимают кино и ведут социальные сети.
У меня в 2017 году погиб мой лучший друг. Очень добрый парень. И, мне кажется, он Бога искал, потому что он не мог ни в чем успокоиться. Но тут нужно предысторию рассказывать, там череда событий случайная, в кавычках случайная. А у меня мама православная. Я наверное может быть поэтому очень-очень-очень далеко ушла от православия.
Творческая интеллигенция. Стоп-кадр из видео сюжета
Девушка вспоминает, что многие завидовали ее успеху, которого она достигла довольно быстро. Однако удовлетворение от того, что имеет, ощутить было невозможно. Елена не понимала, как заполнить дыру в сердце.
Я очень серьезно относилась к музыке, писала музыку и собирала группу, пыталась стать композитором, хотела поступать в Берлин, стала учить немецкий язык. У меня был магазин винтажной одежды. Нас довольно многие знали, даже брали на съемки вещи. Потом мы сделали из магазина... Объединили в агентство модельное. Просто какие-то 20-летние девчонки слепили агентство и уже через полгода они ходят на Moscow Fashion Week. Ну это же быстро происходит в Москве. Жила я на Милютинском. Это такой сквот в центре Москвы на Чистых прудах. Мне завидовали мои сверстники. «Вот, у тебя такая жизнь, о которой все мечтают вокруг тебя. И ты занимаешься творчеством, очень легко зарабатываешь деньги, у тебя есть модная одежда». Как бы творческая интеллигенция молодая. Но ты постоянно чувствуешь какую-то внутри дыру, которую ты пытаешься заполнить всем.
Очень черно у тебя внутри, хотя все хорошо вроде как — со всех сторон тебя окружают друзья, какие-то интересные вещи. Все, что ты любишь, ты делаешь. Ты занимаешься тем, о чем всегда мечтал, но чего-то самого главного не хватает. Зерна не хватает — зачем ты это все делаешь.
Елена в монастыре. Стоп-кадр из видео сюжета
По словам Елены, когда-то у нее было иное отношение к церкви. Все произошло спонтанно. После трагедии девушке было необходимо найти спокойное место для того, чтобы многое переосмыслить. Втянувшись в монастырскую жизнь, бывшая владелица модельного агентства уже и понимала, зачем возвращаться в светскую жизнь. Она делится, что стереотипам о церкви доверять не нужно. Как оказалось, здесь все иначе, однако принять выбор девушки смогли далеко не все друзья.
Я даже не хотела пробовать так жить как монахи живут. Я после того, как он погиб, мы его похоронили, я спрашиваю маму: «Мам, какой тут ближайший монастырь»? Я такая: «Окей, хорошо, я в Оптину поеду». Просто подумать в месте, где тебя никто не знает. Ничего абсолютно особенного не происходит — ты ходишь на службы, находишься один, моешь полы, стираешь, абсолютно никто тебя не трогает.
И тут, в какой-то момент ты начинаешь плакать и не можешь остановиться. А потом как-будто с небес такая мысль: «Ой, надо исповедоваться. Ну ладно, пойду исповедуюсь. О, надо причаститься. Хорошо, причастилась».
И потом Пасха, и я сижу в храме в понедельник Светлой седмицы. И думаю: «Ой, а зачем люди вообще из храма выходят? Тут же так хорошо!» Когда я об этом вообще думала так? Ну, в православии это называют «призывающая благодать». И это самое жуткое время для твоих родных, потому что говорят, что один приходит в храм, кто-то в семье, а все остальные становятся мучениками. Ну, если он неразумно начинает воцерковлять всю свою семью, это очень глупо со стороны выглядит.
И потом, от меня много друзей отвернулись, потому что поняли, что я «немножечко того», уже сошла с ума на почве этого православия. Я читала же до этого всякие медиа тоже, в которых ПГМ — православие головного мозга. Вот ты был в своем информационном пузыре, тебе туда вбрасывают всякие стереотипы. Ты, вообще не находясь в церкви, начинаешь ее воспринимать очень враждебно. Но ты приходишь и видишь, что это абсолютно не то, как тебе это подавали.
И тут, в какой-то момент ты начинаешь плакать и не можешь остановиться. А потом как-будто с небес такая мысль: «Ой, надо исповедоваться. Ну ладно, пойду исповедуюсь. О, надо причаститься. Хорошо, причастилась».
И потом Пасха, и я сижу в храме в понедельник Светлой седмицы. И думаю: «Ой, а зачем люди вообще из храма выходят? Тут же так хорошо!» Когда я об этом вообще думала так? Ну, в православии это называют «призывающая благодать». И это самое жуткое время для твоих родных, потому что говорят, что один приходит в храм, кто-то в семье, а все остальные становятся мучениками. Ну, если он неразумно начинает воцерковлять всю свою семью, это очень глупо со стороны выглядит.
И потом, от меня много друзей отвернулись, потому что поняли, что я «немножечко того», уже сошла с ума на почве этого православия. Я читала же до этого всякие медиа тоже, в которых ПГМ — православие головного мозга. Вот ты был в своем информационном пузыре, тебе туда вбрасывают всякие стереотипы. Ты, вообще не находясь в церкви, начинаешь ее воспринимать очень враждебно. Но ты приходишь и видишь, что это абсолютно не то, как тебе это подавали.
Мне сказала одна подруга, что есть такой монастырь, такой молодой, хороший. Я не знала, что батюшка снимает кино, что это творческий человек и все такое. Ничего такого я абсолютно не ждала. Ты просто приезжаешь и чувствуешь сердцем «О, все, я дома».
Елена на территории монастыря. Стоп-кадр из видео сюжета
Елена рассказала, что заниматься творчеством ей не мешают. Например, она снимает видео и монтирует его. И не только. Монахини пишут музыку и иконы, снимают кино и ведут социальные сети.
Каждую неделю я поварю на 40-60 человек. Ну, не на 40, конечно, минимум на 60. Есть вещи, которые я могу делать. Например, по моей специальности, мои таланты, грубо говоря. Я видео снимаю, проповеди батюшкины снимаю, монтирую.