«Кроме лечения, широко применяется трудотерапия…» Как в Орске проводилась горбачевская антиалкогольная кампания
В 1985 году в СССР была запущена последняя (или, как сейчас модно говорить, «крайняя»?) антиалкогольная кампания. Государство объявило решительную войну пьянству. Целыми пакетами стали приниматься решения – политические, экономические, социальные – направленные на борьбу с «зеленым змием». Борьба эта на бумаге велась решительно и беспощадно, а в реальности…
Первый лист архивного документа
Горбачевская кампания была далеко не первой в истории нашего государства. Только в ХХ веке их было шесть. Первая – еще в Российской империи. Когда началась Первая мировая война, Николай II ввел «сухой закон» (в результате чего, кстати, был закрыт Орский водочный завод купца Назарова). Большевики, придя к власти, запрет поддержали: уже 8 ноября 1917 «производство алкоголя и всяких алкогольных напитков» было запрещено «впредь до особого распоряжения».
Такие антиалкогольные акции проводились в раннем СССР
Распоряжение это было издано в 1923 году: производство спиртного возобновилось, но под строжайшим контролем государства. В 1929 году – новая кампания: полного запрета уже не вводилось, однако некоторые пивзаводы были закрыты, а пивные повсеместно переоборудовались в чайные.
Следующим гайки начал подкручивать Хрущев: в 1958 году водку перестали подавать в заведения общепита (кроме ресторанов), и ее продажа вблизи соцобъектов тоже была запрещена.
Наглядная агитация
В 1972 за дело взялся уже Брежнев. Он сокращал производство крепкого алкоголя (водку 50 и 56 градусов, которая была популярна ранее, совсем запретили), но взамен расширял производство пива и вин. Советским людям пытались привить пресловутую культуру пития: стало считаться, что вина или пива может выпить нормальный советский гражданин… Помните, в фильме «Афоня» 1975 года герой Куравлева встречает героя Леонова в пивной – при том, что у того якобы «аллергия на спиртное»? Да, тогда так и считалось: слабый алкоголь – не алкоголь. Можно было и перед сменой зайти в пивную, кружечку опрокинуть… Тогда же начали создаваться лечебно-трудовые профилактории для алкоголиков.
И, наконец, в 1985 году войну пьянству объявил Горбачев. Орские власти тогда отправили в Оренбург, облисполком, докладную записку, в которой сообщали, как дело с этим обстоит в нашем городе.
В общем, местная администрация признала: пили в Орске крепко. Очевидно это было и для простых жителей города.
Впрочем, городские власти, признавая эту проблему, уверяли, что многое делают для ее решения.
Помимо «кнута», использовался и «пряник»:
Ну, с этим понятно: на всех уровнях велась активная агитация за здоровый образ жизни… Но принимались и весьма оригинальные решения.
Что ж, логично. Если работяга получит деньги в кассе предприятия, он прямиком оттуда сможет в дружной компании коллег отправиться в магазин за бутылкой-другой-третьей… А если за получкой придется ехать до сберкассы по месту жительства, то, во-первых, дружный трудовой коллектив окажется разобщенным, и коллективная пьянка уже сорвется; во-вторых, пока рабочий снимет деньги, наступит 19 часов, и водку продавать перестанут; в-третьих, чем дальше от заводской проходной, тем больше вероятности, что супруга перехватит рабочего с зарплатой и не позволит уйти в запой. Хитрый расчет!
Публикация в газете «Орский рабочий»
Но этого было мало. Вскоре правительство взялось принимать новые меры – все более и более жесткие. Прежде всего, было решено взвинтить цены. При Брежневе бутылка водки стоила 3 рубля 62 копейки. При Андропове она подорожала до 4 рублей 70 копеек (ее так и называли – «андроповка»). При Горбачеве цена не поползла вверх, а поскакала. Народ тогда сочинил стишок:
Если будет стоить восемь,
Водку пить не бросим.
Передайте Горбачу:
Нам и десять по плечу.
Если будет больше –
Сделаем, как в Польше.
«Как в Польше» – имеются в виду события 1980 года. В августе люблинские рабочие вышли на демонстрации, протестуя против повышения цен; протестующие захватили судоверфь имени Ленина в Гданьске; молодой еще бунтарь Лех Валенса создал независимый профсоюз «Солидарность» и сформулировал «21 postulatów» — 21 требование к властям. За этим последовала череда забастовок; в декабре правительство объявило военное положение и вывело на улицы армейские части. Демонстрации стали жестоко разгоняться. «Солидарность» ушла в подполье, а Валенса в 1983 году получил Нобелевскую премию мира и стал символом сопротивления коммунистическому режиму… В общем, забавный и вроде бы безобидный стишок про водку наступал на больную мозоль советского руководства.
Почтовая марка 1985 года тоже учила советских граждан хорошему
В целом люди восприняли антиалкогольные реформы отрицательно.
Городские власти тоже осознавали, что принимаемые меры не дают желаемого результата. Но – не отчаивались!
Но с показателями, как мы теперь уже знаем, все-таки не задалось. Союз, казавшийся нерушимым, прекратил существование всего через 6 лет. И, когда исчезли сдерживающие факторы, ситуация стала катастрофической – в лихие 90-е народ буквально залило дешевым спиртом «Рояль», всевозможными жидкостями вроде «Максимки» и прочей гадостью… Но это – тема для отдельного рассказа.
Первый лист архивного документа
Горбачевская кампания была далеко не первой в истории нашего государства. Только в ХХ веке их было шесть. Первая – еще в Российской империи. Когда началась Первая мировая война, Николай II ввел «сухой закон» (в результате чего, кстати, был закрыт Орский водочный завод купца Назарова). Большевики, придя к власти, запрет поддержали: уже 8 ноября 1917 «производство алкоголя и всяких алкогольных напитков» было запрещено «впредь до особого распоряжения».
Такие антиалкогольные акции проводились в раннем СССР
Распоряжение это было издано в 1923 году: производство спиртного возобновилось, но под строжайшим контролем государства. В 1929 году – новая кампания: полного запрета уже не вводилось, однако некоторые пивзаводы были закрыты, а пивные повсеместно переоборудовались в чайные.
Следующим гайки начал подкручивать Хрущев: в 1958 году водку перестали подавать в заведения общепита (кроме ресторанов), и ее продажа вблизи соцобъектов тоже была запрещена.
Наглядная агитация
В 1972 за дело взялся уже Брежнев. Он сокращал производство крепкого алкоголя (водку 50 и 56 градусов, которая была популярна ранее, совсем запретили), но взамен расширял производство пива и вин. Советским людям пытались привить пресловутую культуру пития: стало считаться, что вина или пива может выпить нормальный советский гражданин… Помните, в фильме «Афоня» 1975 года герой Куравлева встречает героя Леонова в пивной – при том, что у того якобы «аллергия на спиртное»? Да, тогда так и считалось: слабый алкоголь – не алкоголь. Можно было и перед сменой зайти в пивную, кружечку опрокинуть… Тогда же начали создаваться лечебно-трудовые профилактории для алкоголиков.
И, наконец, в 1985 году войну пьянству объявил Горбачев. Орские власти тогда отправили в Оренбург, облисполком, докладную записку, в которой сообщали, как дело с этим обстоит в нашем городе.
Обстановка свидетельствует о том, что еще допускаются недостатки и упущения в работе по борьбе с пьянством. В городе еще значительное количество склонных к пьянству, большое количество нарушений трудовой дисциплины и общественного порядка нарушаются ими на почве пьянства. В настоящее время на учете 5 тысяч алкоголиков, в том числе 320 женщин. В вытрезвитель [в 1984 году] доставлено около 17 тысяч человек, в т.ч. 112 учащихся школ, ГПТУ, техникумов. За пьянство наказано 105 несовершеннолетних…
В общем, местная администрация признала: пили в Орске крепко. Очевидно это было и для простых жителей города.
Пьянство в брежневском СССР было большой проблемой, власти это не выдумали. Пил народ крепко, а спьяну совершал преступления – что было, то было. Помню в каком-то милицейском журнале статью под заглавием «В Орске. На площади Шевченко (или Комсомольской?)» о пьянстве и связанном с ним хулиганстве. Время от времени по городу проносились слухи, что в Зауральной роще шпана, скажем, «форшатдские» против «никельских», числом 50 (100, 200) человек устраивала драки с поножовщиной. Или вот до сих пор ярко помню свой детский испуг, когда в котловане строящегося рядом дома один в доску пьяный человеку насильно вливал водку в рот еще более пьяного человека… В 1978 году я пришел из армии и устроился на Машзавод электриком. Первый вопрос мне в бригаде задали: «Водку пьешь»? Сказал, что иногда. Как-то раз интереса ради пошел с мужиками в ресторан «Голубой Дунай». Так с юморком алкаши называли берег Елшанки, где имелась «обжитая» поляна, а на дереве, меж коряжистых ветвей, торчал стакан, граненый, естественно. Мы принесли с собой водку, буханку хлеба и несколько плавленых сырков на «закусь»… Это было нечто традиционное, бытовое. А когда расходились, то есть когда водка кончилась, шли по дворам, и один парень из наших стал отпускать некоторые словечки в адрес сидевших на скамеечках горожан, и бдительные бабули чуть было не вызвали милицию. Пришлось поскорей уносить ноги. Больше я в «Голубой Дунай» не ходил...
Впрочем, городские власти, признавая эту проблему, уверяли, что многое делают для ее решения.
На исполкоме были подвергнуты критике руководители коллективов ЮУНК, ЮУМЗ, ЗЛМК, ЭМИ, ОПС, Мехзавода, допустившие значительный рост лиц, побывавших в вытрезвителе… Помощь городской комиссии оказывала прокуратура, которая направляла специальные постановления тому или иному коллективу… Активную работу ведет наркологическое отделение при Южно-Уральском машиностроительном заводе на 60 коек. Кроме лечения, здесь широко применяется трудотерапия, дающая определенную отдачу. Наркологические кабинеты при Механическом заводе, ЮУНК, ОПС, ОЗТП нацелены на осуществление ранней профилактики, более полную выявляемость лиц, склонных к пьянству, и принятию к ним лечебных мер.
Помимо «кнута», использовался и «пряник»:
Принимаются меры по улучшению деятельности театра, библиотек, домов культуры, кинотеатров… профилактических работ по борьбе с пьянством. Средства массовой информации дают материалы антиалкогольной направленности. Эта работа ведется в контакте с наркологической службой.
Продолжается работа по переводу заработной платы через сберкассу. Завод тракторных прицепов, завод железобетонных конструкций, завод мехстанкорадиатор, биофабрика полностью получают зарплату через сберкассу.
Публикация в газете «Орский рабочий»
Но этого было мало. Вскоре правительство взялось принимать новые меры – все более и более жесткие. Прежде всего, было решено взвинтить цены. При Брежневе бутылка водки стоила 3 рубля 62 копейки. При Андропове она подорожала до 4 рублей 70 копеек (ее так и называли – «андроповка»). При Горбачеве цена не поползла вверх, а поскакала. Народ тогда сочинил стишок:
Если будет стоить восемь,
Водку пить не бросим.
Передайте Горбачу:
Нам и десять по плечу.
Если будет больше –
Сделаем, как в Польше.
«Как в Польше» – имеются в виду события 1980 года. В августе люблинские рабочие вышли на демонстрации, протестуя против повышения цен; протестующие захватили судоверфь имени Ленина в Гданьске; молодой еще бунтарь Лех Валенса создал независимый профсоюз «Солидарность» и сформулировал «21 postulatów» — 21 требование к властям. За этим последовала череда забастовок; в декабре правительство объявило военное положение и вывело на улицы армейские части. Демонстрации стали жестоко разгоняться. «Солидарность» ушла в подполье, а Валенса в 1983 году получил Нобелевскую премию мира и стал символом сопротивления коммунистическому режиму… В общем, забавный и вроде бы безобидный стишок про водку наступал на больную мозоль советского руководства.
Почтовая марка 1985 года тоже учила советских граждан хорошему
В целом люди восприняли антиалкогольные реформы отрицательно.
С отношением советских людей к алкоголю надо было что-то делать, но не так, как вышло в итоге. По-варварски вырубали виноградники в Грузии, в Молдавии. Колоссальный вред экономике нанесли. Да и вообще: те меры, которые принимались, ударили не столько по алкоголикам (они-то всегда находили возможность что-то выпить, иногда жуткий суррогат), сколько по умеренно пьющим людям. У тебя праздник, а купить бутылку водки невозможно: в магазинах – дикие очереди, к прилавкам мужики по головам лезут… Было и такое: на словах одно, на деле – другое. Организовывались какие-то нелепые образцово-показательные «трезвые свадьбы». Люди там сидели, скучали, потом выходили в сортир, тайком выпивали – и тогда начинали веселиться. Самогонщиков преследовали, громкие процессы были. Ходили слухи, что милиционеры, выезжавшие в такие рейды, порой сочувствовали тем, кого должны были преследовать. Какую-нибудь бабушку могли пожалеть, с кого-то взять даже не деньги, а пару литров продукции – милиционерам тоже выпить хотелось. Все это видели, все знали, и всерьез относиться к такой «борьбе с пьянством» было просто невозможно...
Городские власти тоже осознавали, что принимаемые меры не дают желаемого результата. Но – не отчаивались!
Устранение этих недостатков требует дополнительных усилий в том, чтобы завершающий год одиннадцатой пятилетки был значительно лучше по своим показателям.