«Несгораемый» Леонид Белоусов
Российская история знает несколько военных летчиков, вернувшихся к штурвалу после ампутаций нижних конечностей. Самым известным из них благодаря советскому писателю Борису Полевому стал Алексей Маресьев, поднимавший в небо истребитель без обеих ног.
А вот судьба другого человека – обладателя звезды Героя - Леонида Белоусова мало кому известна. Его подвиг стоит особняком - этот летчик возвращался в строй после тяжелейших увечий дважды.
Неизвестный Герой
В советское послевоенное время жители Ленинграда, прогуливающиеся по проспекту Добролюбова, встречали неспешно передвигающегося с палочкой мужчину в больших черных очках. Его болезненная походка не вызывала ни у кого повышенного интереса, потому как фронтовиков с увечьями в те годы было много. О его боевом опыте свидетельствовала Золотая Звезда Героя на груди. Взгляды приковывало странное лицо мужчины, а точнее – его подобие. Переднюю часть головы покрывал огромный ожог, а брови, нос, губы и уши явно были «скроены» заново. По всему было видно, что высокое звание Героя далось мужчине страшной ценой. Конечно, на улице к такому человеку с расспросами никто не осмеливался подходить. Молчали о нем и местные радио, телевидение и газеты.
С лица воды не пить…
Судьба Леонида Белоусова испытывала его на прочность с раннего детства. В подростковом возрасте, на который выпало сложное послереволюционное время, мальчик ушел из своего одесского дома и ударился в бродяжничество. Несамостоятельный ребенок вскоре прибился к стрелковому полку красноармейцев, где ответственно выполнял разведзадания. Когда Гражданская война закончилась, 16-летний Леонид получил образование в местном училище и стал зарабатывать на хлеб ремеслом слесаря паровозоремонтного цеха.
В 20 он был выпускником Одесского пехотного училища, вступил в ряды Красной Армии, и параллельно учился в военной летной авиационной школе. Карьера летчика Белоусова стартовала в ВВС Балтийского флота. Как-то в 1938-м он преследовал на своем самолете нарушителя госграницы. Нелетные метеоусловия помешали справиться с управлением, и в момент посадки «вслепую» машина загорелась. Летчик получил сильнейшие ожоги лица, груди и рук. Чтобы вернуть себе человеческие черты, Белоусову пришлось перенести 32 пластические операции без полноценного наркоза. Из рассказа его друга.
«Ты хоть знаешь, КАК тогда делали пластические операции?!» - спросил вдруг меня друг Белоусова. И продолжил свой рассказ.
«Врач срезал у него кусочек кожи с плеча, или ключицы и пересаживал на очищенный от сгоревшей кожи участок лица. Потом 12 часов Леонид держал палец на этом месте. Чтобы кожа прижилась, нужна была температура 36,6 в этом месте. Иначе – возможно отторжение. И так 32 раза! Свою кожу срезают со спины и – на лицо.
Всё без наркоза, терпи, истребитель!
Муки адовы он перенёс. Веки у него сгорели почти полностью. Их ведь не восстановишь кожей со спины…С тех пор Леонид спит с открытыми глазами. Больше всего он боялся, что ослепнет и не сможет больше летать. Врачи долго не разрешали снимать ему повязку с глаз. Однажды Леонид не выдержал и сорвал её сам. И – закричал от радости. Он видел!!! А значит, смог вернуться в строй.
Летчик, проявивший невероятное мужество и степенно смирившийся с изувеченной внешностью, шутил, мол, «с лица воды не пить». К счастью, зрение не пострадало, и боец с новым «лицом» вернулся в строй. Началась финская война. К ним в госпиталь приехали Ворошилов и Жданов. Белоусов, чьё лицо всё еще покрывали повязки, обратился к наркому, умоляя разрешить ему отправиться на фронт. И получил это разрешение. Вернулся к себе в полк. Морозы в ту зиму стояли сильные, до 35-40 градусов, а кабина «чайки», на которой летал Белоусов – открытая. В ней и здоровое-то лицо страшно мёрзнет, а сгоревшее?! Чтобы смягчить боль Белоусов обмазывал лицо (и бинты на нём) толстым слоем жира и так летал всю финскую кампанию. Боевые задания он нес наравне с сослуживцами – разведка, прикрытие войск, штурмовка. За летную кампанию того военного периода награждён орденом Красного Знамени.
Потрясения Великой Отечественной
Начало ВОВ капитан Белоусов встречал в должности командира эскадрильи на полуострове Ханко. Неожиданно начали болеть и неметь ноги - видимо, в страшной аварии 1938-го года огонь серьезно повредил сосуды и нервы. Белоусов летал через боль, продолжая сбивать вражеские самолеты. За защиту Ханко получил второй орден Красного Знамени.
В декабре 1941-го Леонид Георгиевич прикрывал блокадную «дорогу жизни». После каждого приземления его буквально вытаскивали из кабины за руки, потому что ноги уже отказывались подчиняться. Во время врачебного осмотра после легкого ранения грянул диагноз: гангрена правой ноги. Началась его долгая эпопея по госпиталям. После многих переездов он попал в алма-атинский госпиталь. Долго не давал согласия на ампутацию ноги. Но всё-же врачи вынуждены были это сделать. Правую ногу пришлось ампутировать выше средней части бедра. («Почти по самые яйца – понял»?! – мрачно подчеркнул рассказчик).
Беда не приходит одна. Спустя некоторое время страшный диагноз был поставлен и второй ноге Леонида Белоусова. Тут уже он не стал затягивать с операцией, и у левой ноги была ампутирована «только» ступня.
В 32 года Леонид стал инвалидом 1-й группы, без обеих ног и даже без лица…
Многие – спивались и погибали и от меньших увечий...
Крепкий духом инвалид поставил цель во что бы то ни стало вернуться на фронт. Белоусов же мечтал только об одном: вернуться в строй, ЛЕТАТЬ, БИТЬ ненавистного врага. Ему помогли достать хорошие протезы «подарок Рузвельта», которые он сам усовершенствовал. Освоил их. За счет долгих изнурительных и мучительных тренировок научился ходить: сначала на костылях, а затем и без них, только с палочкой. На это ушло больше года.
Наконец, он почувствовал, что сможет летать. Сможет освоить не только У-2, но и новейшие истребители. Осталось убедить в этом своих врачей.
(Книги-то то тогда про Маресьева «Повесть о настоящем человеке» - ещё не было. Дать разрешение безногому летать, было для врачей – немыслимым делом). Удовлетворяя настойчивость «несгораемого», как шутили друзья Белоусова, бойца, весной 1944-го медкомиссия рассмотрела дело о его дальнейшей судьбе.Один из друзей Леонида рассказывал, что председатель комиссии Джанелидзе, извинившись, напомнил Белоусову, что он инвалид и не может вести полноценный образ жизни, не говоря уже о воздушных боях. И тогда Леонид быстро обошел длинный стол, за которым заседали члены ВВК и рывком распахнул створки балконных дверей. Выйдя на балкон, он скинул свою шинель, перемахнул через его перила и прыгнул в холодную воду пруда, со второго этажа! Переплыв пруд, он выбрался на берег и снова зашел в здание, где сидела потрясённая комиссия.
Никто из её членов, не мог промолвить ни слова.
Поднявшись на 2-й этаж, Белоусов, в мокром насквозь обмундировании, опять зашёл в залу и подошел к столу ВВК:
«Вот вы – все здоровые, а я – больной, инвалид. Пусть кто-нибудь из вас сделает то, что сейчас сделал я!!!» - бросил он врачам.
Взволнованный до глубины души Джанелидзе, не говоря ни слова, схватил медицинскую книжку Белоусова и написал в ней свою резолюцию: «ЛЕТАЙ, ОРЁЛ!!!». После чего вышел из-за стола, обнял и расцеловал мокрого лётчика. Путь в небо для него был открыт.
Спустя некоторое время, его друзья из бывшего 13 ИАП, ставшего 4-м гвардейским истребительным авиаполком, встречали своего «несгораемого» и несгибаемого боевого товарища. Его назначили заместителем командира в родной полк.
Своё обещание: «Я вернусь» Белоусов сдержал, не смотря ни на что! Белоусову пришлось снова учиться летать, после чего его назначили замкомом полка по летной подготовке. Уже летая без ног, Леонид сбил две вражеские авиамашины. В начале 1945 года его ампутированные «культи» снова воспалились от огромных нагрузок и довоевать до победы в лётном строю Белоусов не смог. Пришлось снова долго лечится. После войны он долго работал: сначала начальником аэроклуба в Озерках, в Ленинграде, затем директром таксопарка. Звание Героя получил в 1957 году.
Просьба Героя
Накануне празднования Дней Победы в ленинградский Дом офицеров по традиции приглашались ветераны Великой Отечественной войны. В ходе одной из таких встреч в середине 70-х слово предоставили Леониду Белоусову. С усилием поднявшись со своего стула на протезы, он подошёл к микрофону. На протяжении 40 минут ветеран говорил не присаживаясь. Про себя он молчал, рассказывая о своих боевых товарищах. Белоусов называл имена лётчиков, отчаянно сражавшихся с врагом на фанерных «ишачках» и «чайках». Надо сказать, что голос у Белоусова был довольно высокий и резкий, но это не портило его выступления. Про себя он совсем ничего не рассказывал. Вот рассказ Сергея Дроздова, присутствовавшего на этой встрече:
Он говорил только про своих боевых друзей. Лётчиков, сражавшихся с жестоким и смелым врагом с первых дней страшной войны. Про боевых друзей-истребителей отчаянно дравшихся с врагом на своих фанерных «ишачках» и «чайках». Они в тяжелейших условиях сбивали немецких асов в небе того горького и страшного лета 1941 года. Про то, как они воевали на полуострове Ханко, где располагалась наша военно-морская база, в глубине Финляндии. Про то, как им приходилось и взлетать, и садиться под ежедневным обстрелом финской артиллерии, стремившейся уничтожить маленький авиагарнизон базы. Про то, как один из них изловчился сбить «Юнкерс», израсходовав в бою всего СЕМЬ патронов. Про то, как отважно дрались и погибали его боевые товарищи, отдавая свои молодые жизни за Родину и её свободу.
Белоусов, рассказывая о боях, в основном употреблял именно это слово: «дрались». Не «сражались», не «воевали», не «вели бои», а именно «ДРАЛИСЬ». Видно было, что для него, и спустя тридцать лет после Победы, не снизилась острота восприятия, отчаяние тех жестоких боев, и он изо всех сил старался донести свои чувства и память сердца до нас, своих слушателей.
Летчики его эскадрильи Антоненко и Бринько стали первыми балтийскими Героями Советского Союза 14 июля 1941 года.
Капитан Антоненко успел провоевать всего лишь 34 дня и сбить 11 вражеских самолётов. Он погиб из-за нелепой случайности: спеша взлететь на перехват врага, не пристегнул наплечные ремни, и при посадке, когда под его самолётом взорвался финский снаряд, Антоненко выбило взрывной волной из кабины…
Его ведомый старший лейтенант Бринько провоевал всего 2,5 месяца но успел сбить 15 самолётов врага. В последнем бою он был смертельно ранен, но сумел посадить свой повреждённый И-16 на родной аэродром…Ему было всего 26 лет, Антоненко едва исполнилось 30. Совсем молодые ребята…
Некоторые фразы из рассказа Леонида Георгиевича навсегда врезались в мою память:
«Защищая Дорогу Жизни» мои боевые товарищи ежедневно совершали по пять – шесть боевых вылетов в сутки. Дрались не щадя ни себя, ни врага. Усталость была такая, что некоторые лётчики даже засыпали в кабинах в полёте!!! А при приземлении – вылезали из кабины, падали и засыпАли тут же, в снегу, под крылом своего истребителя, в 20-ти градусный мороз, не чувствуя ничего от смертельной усталости и перенапряжения. Некоторые уставали так, что их не могли разбудить и привести в чувство для нового вылета. Порой нам приходилось даже прибегать к помощи наркотических средств для этого!». (Помню, как тогда всех поразили эти слова. ТАК говорить о боях было не принято).
Очень жаль, что у нас не было тогда кинокамер, или нынешней видеоаппаратуры, и мы не могли «заснять» его страстную речь. Такие ярчайшие выступления заслуживают увековечения. Это был поразительный рассказ бойца, летчика и патриота своей страны.
Его высокий, звенящий голос звучал в гробовой тишине. Никто в зале ни спал, ни шушукался, не разговаривал, и не отвлекался. Это было просто невозможно. Все, без преувеличения, были захвачены этой отчаянной речью и ловили каждое слово Белоусова.Ключевым моментом его выступления был жест, когда он в самом конце своей речи, в момент наивысшего эмоционального накала сорвал с себя свои тёмные очки.
Зал АХНУЛ!!! Многие – «в голос». Два солдатика в первом ряду натуральным образом грохнулись в обморок, и их пришлось вынести из зала. Потрясение было всеобщим. Белоусов знал, конечно, КАКОЕ впечатление на людей производит его внешность...
И тут он сказал несколько слов и о себе, завершая свою огненную речь: «Мы отдали своей Родине всё: молодость, здоровье, жизнь. Всё, что имели и могли отдать. Миллионы моих сверстников не дрогнули в бою и погибли за вас, за нашу великую Родину, за её светлое будущее. Я несколько раз был сбит в воздушном бою, горел в самолёте и обгорел, как головешка. Был тяжело ранен и потерял обе ноги. (тут он слегка приподнимал свои брючины и зал видел, что вместо ног у него протезы. И снова АХАЛ…).
«Но я не мог оставаться в тылу, когда враг топтал нашу землю. Научился ходить на протезах, освоил новые боевые истребители и добился разрешения летать. Потом вернулся в свой полк, и дрался с беспощадным врагом вместе со своими боевыми товарищами, пока хватало сил.
Будьте же и Вы достойны нас. Мы - уже уходящее поколение. Мы сделали всё что могли, и должны были сделать для Родины в грозный час. Мы хотим быть уверены, что дрались и погибали не зря. Что наша страна - в ваших надёжных молодых рука, и вы не дрогнете в минуту испытания, как не дрогнули мы. Мы очень надеемся на вас, ребята!!!»
Овация завершила его выступление и длилась несколько минут. Овация искренняя, весь зал хлопал стоя, многие были потрясены и не скрывали эмоций.
К великому сожалению, мы за последние 20 лет стали забывать своих великих, настоящих Героев. Молодое «поколение пепси» - их и вовсе не знает. Наших людей, совершавших реальные, удивительные подвиги, из сознания и памяти молодёжи вытеснили накаченные голливудские недоумки, «черепашки ниндзя» и прочие высосанные из пальца персонажи.Леонид Белоусов перед очередным боевым вылетом. 1944 год
Это печально... В юном возрасте людям свойственно искать себе пример для подражания. Если стране нужны были Герои, то и киностудии получали «социальный заказ» - и снимали великолепные фильмы про героев. Миллионы мальчишек стремились быть похожими на Чкалова, Гагарина, героев легендарного фильма «Офицеры». Потом «пришли иные времена» и киноэкраны заполонили бесчисленные фильмы и сериалы. Главные «герои» в них: бандюки, рэкетиры, проститутки, да «менты» по своему поведению, языку, «замашкам» и рожам ничем от бандюков не отличающиеся.
Когда больше не кому подражать, и не на кого равняться – этих бандюков и берут в пример миллионы ребят во всех концах страны…
А мы потом удивляемся «росту преступности», дикому количеству жестокости и немотивированных убийств в нашей жизни. Вклад «мастеров искусств» в этот феномен – несомненен.
Строчку из знаменитой песни: «Когда страна прикажет быть героем, у нас героем становится любой!» - в душах очень многих молодых людей заменили «бабки», выпивон да бабы, а символом «успеха» в жизни стало сытое безделье.
Закончить рассказ о Белоусове надо стихотворением, написанным его другом, ветераном-гангутцем Михаилом Дудиным:
Глаза Л. Белоусова
Живет Герой Советского Союза
На старой Петроградской стороне
На пенсии,
Отяжелев от груза
Годов и славы, правильной вполне.
Жизнь - не орел,
А смерть в бою - не решка.
Под Выборгом в сороковом году
Он, сбитый, обгорел, как головешка,
Потом промерз на лютом холоду.
Он на протезах выбрался, хромая,
Из госпиталя.
Яростью грозя,
Глаза его глядели не мигая-
Не закрывались веками глаза.
Сгорели веки,
Мужеству,
Усилью
Предела нет.
И был переполох,
Когда он возвратился в эскадрилью
Как бог отмщенья,
Беспощадный бог.
Доверить истребитель инвалиду?
Доверили.
Поверили.
Пиши.
И крылья, поднимавшие обиду,
Как бы срастались с яростью души.
Об этом помнят небеса Гангута
И Ладоги седые облака,
Где поединка
Каждая минута
Была равна векам
Наверняка.
В бою есть тоже мастерство.
Полета
Особый почерк
И особый класс.
Мгновенная
Работа
Пулемета -
И падает, зажмуриваясь, ас.
А он глядит,
Как свастика кривая
Ломается от взрыва и чадит,
Не отводя лица
И не мигая -
Так мужество в грядущее глядит.
Что видит он?
Огня и крови реки,
Семирамиду в розовом саду,
Мор или мир?
...Спали мне, время, веки,
Дай разглядеть Победу и Беду!
……………
Скончался Леонид Георгиевич Белоусов 7 мая 1997 года… Похоронен в Санкт-Петербурге, ул. Заусадебная, д. 33, Серафимовское кладбище, 2-й Выборгский участок, за мемориальным комплексом альпинистам.