«Жена отдала его в санаторий, где он валялся, никому не нужный»: мать тяжелобольного боксёра Дениса Бойцова рассказала о его лечении
Мать Дениса Бойцова (чемпион мира по боксу среди юниоров в тяжёлом весе (2004), чемпион Европы по версии WBO (2009)), прикованного к постели после тяжёлой травмы в Германии, впервые рассказывает, зачем забрала сына из Германии в Орёл, и о сложных отношениях с невесткой Ольгой.
Денис Бойцов – уроженец Орла, из простой многодетной и дружной семьи, сделал головокружительную спортивную карьеру. Из проведённых им 150 боев в 130 выходил победителем. Ему предлагали сотрудничество лучшие боксёрские клубы мира. Он выбрал Германию. Заключив контракт, уехал в Германию вместе с женой Ольгой.
Однако планы стать «номером один в мировом боксе» в один момент рухнули.
3 мая 2015 года 29-летнего Дениса обнаружили в тоннеле берлинского метро с тяжелейшей травмы головы. Мужчину экстренно госпитализировали. Он перенёс серию операций, но остался прикованным к постели. Более 6 лет провёл на реабилитации в Германии. Но 31 августа 2021 года родители Бойцова перевезли его домой в Орёл.
Мама боксёра Галина Николаевна и брат впервые дают откровенное и подробное интервью о своём Денисе – невероятно сильном человеке и, несмотря ни на что, не сломленном судьбой.
Мы шесть лет копили и делали всё, чтобы вернуть сына в Россию
Галина Бойцова: Я очень благодарна немецким врачам, за то, что они спасли моего сына. Но то, что происходило потом, у меня не вызывает доверия.
– «Потом» – в смысле после операций?
Галина Бойцова: Жена Дениса Оля отдала его в какой-то санаторий, где он с лежачими стариками валялся, никому не нужный. И никто не занимался именно реабилитацией – пичкали снотворными, чтобы он всё время спал. Какое в такой ситуации, может быть восстановления после тяжелейшей травмы?! Никакого и не было.
Шли месяцы, а потом даже годы. Но никаких улучшений в состоянии сына не происходило.
Мы семьёй бились, за то, чтобы вернуть Дениса домой, копили деньги, на то, чтобы возвращение сына стало возможным. Добились только к августу этого года. Сына доставили сначала в Москву санавиацией, а уже из столицы на реанимобиле привезли домой в Орёл.
– Страшно даже представить, насколько вам трудно. Ведь, насколько известно, Денис самостоятельно не ходит, и не говорит.
Галина Бойцова: Мы с мужем пенсионеры, у меня инвалидность, не знаю, на сколько у нас хватит сил. Потому это больной сын дома – это тяжёлая работа. Очень помогают младшие дети – брат и сестра Дениса. Больше никто. Поначалу врачи приходили – «принесли» нам ковид. Денис, по счастью, не заболел, так как ранее был привит в Германии. Зато я пять недель в больнице лежала в тяжёлом состоянии, а по выходу из больницы начались проблемы с почками. А бабушка наша – моя мама – не выкарабкалась, умерла, на днях мы её похоронили.
– Как проходит лечение Дениса в Орле?
Галина Бойцова: Сейчас у Дениса нет никакой терапии. Непонятно, как его лечить, потому что немецкие врачи, во-первых, ничего не говорили нам все эти годы толком о течение болезни, а кроме того, у нас нет ни одного документа из истории болезни. Есть только диагноз.
Сейчас мы оформляем опекуном Дениса его отца – моему мужа, 12 декабря суд должен вынести решение.
Делаем сыну растирания, разговариваем с ним. Денис в ответ тоже пытается говорить, произносит отдельные звуки. Взгляд осознанный – всё понимает. Я верю, что он сможет встать на ноги, ведь он – Бойцов. А мы, Бойцовы, не сдаёмся.
«Оле он не нужен, это видно»
Галина Бойцова: К Оле у меня очень много вопросов. Во-первых, почему она бросила моего сына в непонятных клиниках Германии, на чужих людей, и в последнее время даже не навещала его.
Во-вторых, Денис хорошо зарабатывал, были семейные сбережения, которые как бы считаются совместно нажитыми, хотя сама Оля не работала ни дня. Зато уже после трагедии, пока Денис кочевал по клиникам, она купила себе дорогую машину, которую оформила на свою сестру Юлю. Оля многое покупала за счёт Дениса, и всё оформляла на свою сестру.
После того, как мы привезли сына в Орёл, невестка разочек приезжала, навестить его, ну и нас заодно. Сын, увидев её, оживился, обрадовался – видно, что любит её. Но ей-то он не нужен. Это тоже заметно.
– А помните, с чего началось увлечение Дениса боксом?
Галина Бойцова: У них с братом Максимом небольшая разница в возрасте – всего три года. Отец их воспитывал одинаково – с раннего возраста приучал к спорту, закаливал. Мне было тяжело на это смотреть, казалось, издевательство над детьми. Но муж считал иначе, он хотел, чтобы сыновья выросли богатырями.
Наш кум – Иван Иванович Аспидов – был тренером по боксу, он и стал тренировать Дениса и Максима. Ну а дальше всё благодаря трудолюбию и таланту складывалось…
Когда Денису предложили контракт в Германии, он уже встречался со своей Олей. Мне она не нравилась. Но она буквально вцепилась в перспективного парня – расписались, и переехали вместе в Германию.
В последний год у Дениса были определённые проблемы с клубом, в котором он работал, ему поступали угрозы. Я умоляла сына вернуться в Россию… Он пообещал: потерпи, мама, скоро…
И вот вернулся…
«Сделаю всё возможное, чтобы он встал»
Последние четыре года перед трагедией я часто бывал у Дениса в Германии, какое-то время даже жил у него. И когда случилась беда, я сразу примчался, с первого дня находился с ним в реанимации. На моих глазах брат трижды уходил… В первый раз у него перестало биться сердце – аппаратура замигала красным – а я стал бить кулаками Денису в грудь, после нескольких ударов сердце у него забилось.
В другой раз – уже в другой клинике – Денису снова стало плохо. Я пытался объяснить, что, скорее всего, у брата забился катетер и надо почистить. Но немецкие врачи почему-то решили, что у него приступ эпилепсии – стали давать ему какие-то препараты. Брата резко трясло, его всего скрючивало.
Потом его перевезли в следующую клинику, а через некоторое время – ещё в одну. Было уже ясно, что в Германии его реабилитацией некому заниматься. Жена Ольга последние года три Дениса в клиниках даже не навещала. Она по дубаям ездит, развлекается, дорогие сумки покупает – а на какие деньги? Почему мой брат был брошен в клинике в Германии, и никто им не занимался?
Вы не представляете, в каком состоянии мы его обнаружили, приехав забирать – весь заросший, с длинными волосами и длиннющей бородой. И это – мой брат, который с детства очень любит чистоту и опрятность. Сейчас, дома, радуется, как ребёнок, когда его бреют или купают. И когда я прихожу, он показывает глазами на мою одежду – мол, такую же хочет. Да, он с характером. И характер его сохранился. А значит, брат обязательно встанет.
Мне в Германии врачи сказали, что, когда Денис заплачет, можно будет точно сказать, что он вернулся к жизни из своего пограничного состояния, в котором оказался из-за травмы. Когда, на днях, умерла бабушка, он заплакал…
Я вижу, что улучшения у Дениса уже есть, и я сделаю всё возможное, чтобы он встал на ноги. В Германии он, хоть и остался жив, не жил – а существовал. А дома стал крепнуть, эмоции проявляет. Ему, конечно, нужна хорошая мотивация, хороший психолог.
Очень досадно, что жена Дениса Ольга палец о палец не ударила, чтобы поднять мужа на ноги. Единственное, за что ей спасибо – так это за дочь. Девочка очень похожа на Дениса, я с ней общаюсь, хорошая растёт.
Дарья Новичкина