Марк Григорьевич Фрадкин
Музыкальный, песенный мир Марка Фрадкина — это где мне хочется жить, по чему я скучаю и ностальгирую, хотя никогда там не был.
Или был?
Конечно, это военный цикл. Чудесный «Случайный вальс»: «Ночь коротка, спят облака, И лежит у меня на ладони незнакомая ваша рука…». Гимн великой реке — «Ой, Днипро, Днипро, ты широк, могуч…» — которую на Украине поют, как народную песню — а она рукотворная, она сочинена советским композитором на стихи советского поэта: «…кто погиб за Днепр, будет жить века…» И знакомая с детства, по начальным кадрам фильма «Место встречи изменить нельзя»: «С боем взяли мы Орёл, город весь прошли, и последней улицы название прочли…». И ещё «Нормандия-Неман» в замечательном исполнении Марка Бернеса, конечно же. И — в память о невернувшихся — пронзительное: «Я сегодня до зари встану, по широкому пройду полю…»
Но совсем наповал, в самое сердце пробивают меня лирические, таёжные песни послевоенного Фрадкина. Когда я слышу: «Поёт морзянка за стеной весёлым дискантом… Четвёртый день пурга качается над Диксоном…» — у меня сразу текут неостановимые слёзы: а я за рулём, как правило, слушаю, мне ехать надо. Приходится как-то себя смирять.
Хотя я знать не знаю, где этот Диксон, никогда его не видел — но это такая родная мне жизнь, так влекущая меня мелодия.
Не говоря про «Зимний город заснул уже, в зимнем сумраке лишь одно на двенадцатом этаже не погасло твоё окно…». Здесь уже можно в голос рыдать. Хотя отчего? Отчего?..
Но и это не финал. Дальше звучит в исполнении Кобзона: «Вы не пройдёте, нам говорили — а мы прошли…» — и я, закусив губу, умолкаю, и улыбаюсь, как дитя. Это одна из самых любимых моих песен на земле.
Марк Фрадкин родился 4 мая 1914 года в Витебске. Ушёл — 4 апреля 1990 года.
Изначально, как ни странно — он не композитор, а актёр.
До войны служил по актёрской линии в 3-м Белорусском драматическом театре.
В 1934–1937 годах учился в Ленинградском театральном институте.
Потом работал в Минском ТЮЗе.
И затем лишь поступил в Белорусскую консерваторию: понял, где призвание истинное.
В 1939 году был призван в РККА.
Во время Великой Отечественной войны занимал должность композитора Фронтового Дома Красной Армии Донского фронта. В феврале 1943 года награждён орденом Красной Звезды за цикл боевых песен.
Все перечисленные мной военные шедевры как раз во время войны и появились: ноябрь 41-го — «Песня о Днепре», 1943-й — «Случайный вальс», 1944-й — «Дорога на Берлин». Все на стихи Евгения Долматовского — поэта и офицера.
Фрадкин — автор музыки более чем к пятидесяти кинофильмам.
А ещё он сочинил одну из главных русских песен двадцатого века: «Издалека-долго течёт река Волга…» Если долго смотреть на Волгу — то она зазвучит сама по себе в сознании, внутри, в сердце.
«…когда придёшь домой в конце пути, свои ладони в Волгу опусти…»
Слова Льва Ивановича Ошанина — между прочим, не только советского поэта, но ещё и русского дворянина.
Еврейский паренёк из Витебска музыку к этим словам придумал. Славно.
Или был?
Конечно, это военный цикл. Чудесный «Случайный вальс»: «Ночь коротка, спят облака, И лежит у меня на ладони незнакомая ваша рука…». Гимн великой реке — «Ой, Днипро, Днипро, ты широк, могуч…» — которую на Украине поют, как народную песню — а она рукотворная, она сочинена советским композитором на стихи советского поэта: «…кто погиб за Днепр, будет жить века…» И знакомая с детства, по начальным кадрам фильма «Место встречи изменить нельзя»: «С боем взяли мы Орёл, город весь прошли, и последней улицы название прочли…». И ещё «Нормандия-Неман» в замечательном исполнении Марка Бернеса, конечно же. И — в память о невернувшихся — пронзительное: «Я сегодня до зари встану, по широкому пройду полю…»
Но совсем наповал, в самое сердце пробивают меня лирические, таёжные песни послевоенного Фрадкина. Когда я слышу: «Поёт морзянка за стеной весёлым дискантом… Четвёртый день пурга качается над Диксоном…» — у меня сразу текут неостановимые слёзы: а я за рулём, как правило, слушаю, мне ехать надо. Приходится как-то себя смирять.
Хотя я знать не знаю, где этот Диксон, никогда его не видел — но это такая родная мне жизнь, так влекущая меня мелодия.
Не говоря про «Зимний город заснул уже, в зимнем сумраке лишь одно на двенадцатом этаже не погасло твоё окно…». Здесь уже можно в голос рыдать. Хотя отчего? Отчего?..
Но и это не финал. Дальше звучит в исполнении Кобзона: «Вы не пройдёте, нам говорили — а мы прошли…» — и я, закусив губу, умолкаю, и улыбаюсь, как дитя. Это одна из самых любимых моих песен на земле.
Марк Фрадкин родился 4 мая 1914 года в Витебске. Ушёл — 4 апреля 1990 года.
Изначально, как ни странно — он не композитор, а актёр.
До войны служил по актёрской линии в 3-м Белорусском драматическом театре.
В 1934–1937 годах учился в Ленинградском театральном институте.
Потом работал в Минском ТЮЗе.
И затем лишь поступил в Белорусскую консерваторию: понял, где призвание истинное.
В 1939 году был призван в РККА.
Во время Великой Отечественной войны занимал должность композитора Фронтового Дома Красной Армии Донского фронта. В феврале 1943 года награждён орденом Красной Звезды за цикл боевых песен.
Все перечисленные мной военные шедевры как раз во время войны и появились: ноябрь 41-го — «Песня о Днепре», 1943-й — «Случайный вальс», 1944-й — «Дорога на Берлин». Все на стихи Евгения Долматовского — поэта и офицера.
Фрадкин — автор музыки более чем к пятидесяти кинофильмам.
А ещё он сочинил одну из главных русских песен двадцатого века: «Издалека-долго течёт река Волга…» Если долго смотреть на Волгу — то она зазвучит сама по себе в сознании, внутри, в сердце.
«…когда придёшь домой в конце пути, свои ладони в Волгу опусти…»
Слова Льва Ивановича Ошанина — между прочим, не только советского поэта, но ещё и русского дворянина.
Еврейский паренёк из Витебска музыку к этим словам придумал. Славно.