75 лет назад в Брянске завершился судебный процесс над нацистскими преступниками
30 декабря 1945 года на городской (ныне Театральной) площади Брянска (по некоторым данным, на месте здания современного УВД) была поставлена точка в судебном процессе над четырьмя немецкими военными преступниками.
На импровизированный эшафот взошли генерал-лейтенант германской армии Фридрих-Густав Бернгард, генерал-майор Адольф Гаманн и ефрейтор Мартин Лемлер. Четвёртый подсудимый, ефрейтор Карл-Теодор Штайн, был приговорён к 20 годам заключения.
Военный трибунал заседал несколько дней, были заслушаны десятки свидетелей, рассказавших о злодеяниях фашистов на оккупированной земле. Открытый судебный процесс в гарнизонном Доме офицеров стал громким событием. 26 декабря 1945 года в газете «Брянский рабочий» было опубликовано обвинительное заключение по делу о зверствах немецко-фашистских захватчиков в Орловской, Брянской и Бобруйской областях. И сейчас, спустя десятилетия, нельзя без содрогания читать этот документ о чудовищных преступлениях, совершённых фашистскими извергами. Целые населённые пункты они ровняли с землёй, а жителей от мала до велика беспощадно уничтожали или угоняли в неволю. Люди были совершенно бесправны при фашистском режиме. За малейшее нарушение «нового порядка» их безжалостно наказывали.
Так, в 1943 году были расстреляны мальчишки Семён Егоров, Виктор Кочергин и Алексей Васин за то, что взяли печенье (всего несколько штук!) и банку консервов из горящего здания. А зимой 1942 года в одном из скверов Орла были повешены трое русских рабочих… «за плохую работу»! Погибли от рук немецких палачей и 72 пациента, в том числе 5 подростков, Орловской психиатрической больницы. Несчастных убили выстрелами в затылок. «Командующему 2-й танковой армией потребовалось здание больницы, — цинично объяснил на суде Гаманн. — И он отдал приказ о расстреле всех больных».
Проводили гитлеровцы над советскими людьми и бесчеловечные опыты. Так, в сентябре 1942 года в Орле с целью эксперимента рабочим валяльной и жестяной мастерских со склада комендатуры вместо серной кислоты выдали отравляющее вещество. Несчастных привезли в больницу, где немецкие врачи наблюдали за действием иприта и фиксировали результаты, даже не пытаясь помочь.
Один из свидетелей Василий Сахаров рассказал, что в брянской тюрьме немцы ежедневно расстреливали советских патриотов, а трупы вывозили в ямы на склоне оврага Верхний Судок. Здесь же, в овраге, гитлеровцы систематически расстреливали заключённых из тюрьмы. В сентябре 1943 года, после освобождения города, специальная комиссия обнаружила здесь останки 2 234 человек. Ещё одну братскую могилу, в которой лежали 1 214 казнённых, комиссия обнаружила в Лесных Сараях. Среди погибших были дочь и трёхлетняя внучка депутата Верховного Совета СССР.
Фабриками смерти стали и лагеря для военнопленных, где заключённых морили голодом и холодом. Свидетель А.С. Сахненко рассказал на трибунале о нечеловеческих условиях в лагере № 142 в посёлке Урицком: «Я не только был свидетелем, но и сам перенёс все ужасы и кошмарные условия, которые претерпели советские граждане от немецких людоедов. В лагере ежедневно наблюдались случаи, когда, просыпаясь утром, многие из нас обнаруживали своего соседа по нарам мёртвым. Причём трупы умерших по 10 — 12 часов продолжали лежать в бараках неубранными. Всего в период моего четырёхмесячного нахождения в лагере в четырёх бараках умерло примерно шесть тысяч человек».
Задержанных и арестованных избивали дубинками, травили собаками, направляли на расчистку минных полей, заставляя тащить на себе бороны…
Особенно изощрялись гитлеровцы в истреблении советских граждан под видом борьбы с партизанами. Они не стеснялись выжигать целые сёла. В деревне Глинное Навлинского района 25 сентября 1942 года каратели сожгли 234 дома из 237. Угнали в рабство 410 человек. Тех, кто пытался сбежать, казнили. Среди замученных — 16-летняя Евдокия Козлова, которую солдаты сначала изнасиловали, а потом расстреляли из пулемёта, Анна Матюшина, над которой также надругались, а потом выкололи ей глаза и бросили в огонь, Наталья Абанина…
В посёлке Устар Суземского района немцы загнали в погреб 19 крестьян, в том числе женщин и детей, и отравили их газом. Житель бобруйской деревни Ала Артём Устименко, чудом уцелевший во время немецкой карательной операции, рассказал о том, как убивали его односельчан в январе 1944 года. Каратели поджигали дома, а людей расстреливали из автоматов и забрасывали гранатами. Всего было убито 1 100 женщин, стариков и детей.
Это лишь малая часть кровавых злодеяний, озвученных на судебном процессе. Расследованием было установлено, что немецкие оккупанты за то время, что хозяйничали в Орловской и Брянской областях, расстреляли и замучили 90 тысяч мирных граждан, в том числе 4 565 детей, убили и уморили голодом 56 тысяч советских военнопленных. В Бобруйской области они уничтожили до 40 тысяч мирных людей и 40 тысяч военнопленных…
Ефрейторы Штайн и Лемлер полностью признали себя виновными в истреблении мирных граждан и уничтожении зданий. Путь ефрейтора 134-го пехотного полка 211-й стрелковой дивизии Мартина Лемлера от Жиздры до Гомеля был отмечен кровью невинных людей. Он лично убил как минимум 100 мирных жителей. На станции Зихеево члены его команды взорвали железнодорожный вокзал и 10 домов, а в Жиздре превратили в развалины 60 зданий. Людей, пытавшихся выбраться из огня, расстреливали из автоматов. Лемлер участвовал и в «охоте на партизан», грабежах местного населения. В 60 километрах от Гомеля им был расстрелян старик, у которого они остановились на ночлег. Он отказался накормить незваных гостей. На вопрос, за что же был убит старик, Лемлер ответил бесхитростно: «Об обманул нас… Сказал, что ничего нет, а мы кое-что нашли. Разволновались и застрелили»…
Обер-ефрейтор 529-го пехотного полка 299-й пехотной дивизии Карл-Теодор Штайн тоже натворил немало — участвовал в расстрелах людей и уничтожении деревень, в том числе Михайловки, Вельяминово, Коптилово, отнимал у населения скот. За эти заслуги был даже награждён медалью. «Я получал награды и не интересовался, за что они — за боевые подвиги или за борьбу против мирного населения», — заявил на судебном процессе этот вояка. Впрочем, и Лемлер, и Штайн ссылались на то, что были мелкими сошками и всего лишь «выполняли приказы начальства».
Гаманну и Бернгарду, как раз и представлявшим то самое начальство, вменялось в вину установление на оккупированных территориях режима, направленного на уничтожение и ограбление мирного советского населения. Однако генерал-лейтенант Фридрих-Густав Бернгард, командующий тылом 2-й танковой армии, а затем 9-й пехотной дивизии, тоже ссылался на… вышестоящее начальство. Оно-де возложило на него охрану коммуникаций и поддержание порядка в тылу. Генерал-лейтенант отрицал свою вину в злодеяниях, совершённых его войсками (а в подчинении у него находились 50 тысяч солдат!). Но было установлено, что Бернгард активно выполнял директиву фюрера и организовывал репрессии против мирного населения, насаждая «новый порядок». Ему не сиделось в штабе, и он не раз выезжал в Карачев, Трубчевск, Брасово, Жуковку. После его визитов солдаты свирепствовали здесь ещё сильнее. Неоднократно по его приказу предпринимались карательные экспедиции против партизан. Части Бернгарда только за одну облаву в Хинельском лесу убили около 500 мирных жителей, стариков и детей, пытавшихся укрыться от фашистов. В Жуковском районе они замучили свыше 900 человек. Сподручным Бернгарда был предатель Каминский, творивший зверства в Брасовском районе…
Самой весомой во всех смыслах фигурой из оказавшихся на скамье подсудимых, безусловно, являлся генерал-майор Адольф Гаманн, бывший комендант Орла, Брянска и Бобруйска, командующий Орловским административным округом, а затем Бобруйским укреплённым районом. На судебном процессе Гаманн строил из себя «маленького человека» и всячески старался переложить ответственность на вышестоящих командиров. Он юлил и зачастую опровергал собственные показания. А бояться фашисту было чего! Только в орловской тюрьме и лагере для военнопленных по его приказу было расстреляно пять тысяч человек.
Гаманн уверял, что, как военный комендант, не касался гражданской администрации и не несёт ответственности за притеснение и угон в Германию мирных жителей. И в расправах он, мол, не участвовал. Более того, будучи комендантом Брянска, приказал «выпустить заключённых» из местной тюрьмы. Что касается расправы над евреями в Бобруйске, то он в курсе, что половина жителей города исчезла, но не знает куда. Естественно, Гаманн врал. В конце концов он признал, что поощрял жестокое отношение к мирным жителям, считая, что установившиеся порядки принесут пользу германской армии.
«Необычайно объёмистый, низкорослый старик с большим красным лицом и тяжёлыми щеками. Гитлер наградил его не то девятью, не то одиннадцатью орденами и знаками отличия; они у него и на толстой груди, и на толстом животе, и на толстом боку, поэтому их трудно сосчитать. Ужасное чувство охватывает, когда глядишь на Гаманна. Внешне он похож на человека. Руки, глаза, волосы, речь — всё это не отличает его от человека, — так описывал генерала Василий Гроссман в своей книге «Годы и судьбы». — А перед глазами встают раскопанные могилы, где лежат сотни, тысячи трупов женщин и детей, похороненных живыми, трупы, у которых анатомы находили песок в легких; вспоминаешь развалины взорванного им 4 августа 1943 года Орла, снесённый им с лица земли Карачев, ещё горящий, дымящийся сегодня Бобруйск. Вот этим же басистым голосом он отдавал приказания своим поджигателям, вот этой пухлой рукой подписывал он приказ о массовом истреблении беспомощных старцев и младенцев. Вот этой же толстой ногой в ладном сапожке он утаптывал землю над недобитыми в яме старухами и детьми. Нет, страшно дышать одним воздухом с ним, с этим нечеловеком. Как полагается уголовнику, он всё отрицает — и массовое убийство евреев, и массовые расстрелы партизан, и угон населения, и вообще всякое насилие. Раз только, кажется в Орле, был казнён мужчина за убийство из ревности. Взорвал ли он Орёл? Да, но ведь всем известно, что он солдат и выполнял приказ Шмидта, командующего второй танковой армией. Да, да, он и в Карачеве выполнял приказ командования. И в Бобруйске…»
Государственный обвинитель подполковник И. Максимов, перечислив все преступления оккупантов, отметил: «Героический советский народ и его Красная армия разгромили захватчиков и окончательно добили их в собственном зверином логове. Теперь настал для них час держать ответ… Чудовищные злодеяния, совершённые Бернгардом, Гаманном, Лемлером и Штайном, лишили их права жить среди живых. Им место только на виселице…»
Учитывая степень виновности каждого, военный трибунал 30 декабря приговорил Фридриха-Густава Бернгарда, Адольфа Гаманна и Мартина Лемлера к смертной казни через повешение, Карла-Теодора Штайна к 20 годам каторжных работ.
В тот же день в 15:00 приговор был приведён в исполнение. Под виселицей с тремя петлями стоял грузовик с откинутыми бортами… Расставались гитлеровцы с жизнью не с такой легкостью, с какой казнили других. С Гаманном, к примеру, после оглашения приговора случилась истерика…
Подготовила И. Никольская/«Брянская учительская газета»
Фото из открытых источников в Интернете