Шаг… второй… третий… 29 ноября 1941 года 18-летняя московская девушка Зоя Космодемьянская поднялась на поставленные друг на друга снарядные ящики и вошла в бессмертие.

ЖУРНАЛИСТ ЛИДОВ

5 декабря 1941 года началось контрнаступление советских войск под Москвой. Десятки советских корреспондентов разъехались в наступавшие части, чтобы рассказать всему миру, как бьёт Красная Армия «непобедимый немецкий вермахт». Военный корреспондент «Правды» Пётр Лидов должен был написать статью об освобождении Можайска. 
В одной из освобождённых деревень Лидов разговорился с местным стариком:
– Ну как немцы?
– Супостаты, одно слово. Но у нас ещё хоть, слава Богу, ничего, а вот в Петрищево партизанку повесили. Молоденькая, девчонка ещё, а какая бесстрашная была! На неё уже петлю надели, а она всё звала всех помогать Красной Армии, грозила немцам, что скоро за неё отомстят.
Задание редакции было выполнено, материал собран, но Лидов был настоящий журналист, из тех, кто, как в песне, готов «трое суток шагать, трое суток не спать ради нескольких строчек в газете».
– А далеко до Петрищева? – спросил журналист.
– Да километров пять будет.
Лидов отправился в Петрищево. Он нашёл свидетелей казни партизанки, её могилу. 27 января 1942 года в «Правде» появилась статья с фотографией мёртвой девушки с обрывком верёвки на шее. Лидов тогда ещё не знал имени героини, и статья называлась «Таня» – так назвала себя партизанка на допросе.

ОКТЯБРЬ 1941 ГОДА

Красная Армия отступает. Немецкие солдаты и офицеры жалуются в письмах, что «русские варвары воюют не по правилам, даже в окружении не желают сдаваться в плен», генералы с ужасом читают сводки о неожиданно высоких потерях. Но пали Минск, Киев, Смоленск. Оставлены Белоруссия, Украина, Прибалтика. Немцы рвутся к Москве. 
3 октября гитлеровцами был взят Орёл. Когда 5-го пал Юхнов и до Москвы оставалось 195 км, Государственный Комитет Обороны поднял по тревоге слушателей Военно-политической академии им. В. И. Ленина и курсантов шести военных училищ. Без пяти минут офицеры в качестве простых пехотинцев стали на пути немецких танковых клиньев с приказом не остановить, нет, а хотя бы задержать врага, любой ценой! И 18-летние мальчишки выполняли приказ ценой своей жизни, останавливая движение врага кто на несколько часов, а кто на несколько суток. 
15 октября ГКО принял решение об эвакуации из Москвы Генштаба, наркоматов, иностранных посольств. 20 октября в Москве ввели осадное положение, на улицах столицы появились баррикады, огневые точки, противотанковые ежи, началось минирование метрополитена, вокзалов, государственных учреждений. Правительство покинуло столицу и выехало в Куйбышев. Из высшего руководства в Москве остались только Сталин, Молотов, Косыгин и Берия.

ОТПРАВЬТЕ МЕНЯ НА ФРОНТ!

В эти тяжёлые дни в военкомат в числе прочих тысяч молодых добровольцев, пришла 18-летняя Зоя Космодемьянская. Однако ей сказали «нет». И Зоя пошла туда, где ей, как она была уверена, помогут: в Московский горком комсомола. 
Перед зданием горкома комсомола стояла огромная толпа молодых людей. Зоя дождалась своей очереди и вошла в кабинет секретаря А. Шелепина.
– На фронт хотите? – спросил Шелепин. – Хорошо. Набирается группа на курсы разведчиков-диверсантов. Предупреждаю, что 95% гибнут при выполнении первого же задания. Кому повезёт уцелеть – пойдут на второе. Если опять повезёт – на третье. До четвёртого Вы вряд ли доживёте. Вот так.
– Я согласна, – ответила девушка.
Но последнее слово было за начальником штаба в/ч № 9903 Артуром Спрогисом.

– Нет, – ответил офицер с тремя кубиками на петлицах и, не дожидаясь вопроса, пояснил: – разведчик должен быть неприметным, блёклым. А Вы слишком красивы. 
Поздним вечером (а точнее уже наступившей ночью) Спрогис с документами зачисленных курсантов вышел из кабинета в пустой коридор. Сидевшая у двери девушка встала.
– Ну хорошо, – устало сказал Спрогис, – давайте Ваши документы. Как фамилия?
– Космодемьянская.
Это было 30 октября 1941 года.
Весь курс занял трое суток. Что можно успеть за три дня? Получить базовые знания по минно-взрывному делу, провести несколько практических занятий, покидать гранату, один раз выехать на стрельбище… пожалуй, всё. В ночь на 4 ноября группа, в составе которой была Космодемьянская, ушла за линию фронта минировать шоссе.
8 ноября группа вернулась в полном составе, и командир доложил об успешном выполнении задания. Диверсанты были рады и горды, и казалось, что секретарь горкома преувеличивал, рассказывая о больших потерях среди разведчиков. И только вечером они узнали, что на минирование шоссе были отправлены две группы. Из второй не вернулся никто.
А немцы между тем продолжали рваться к Москве.

СЕКРЕТНЫЙ ПРИКАЗ № 428

17 ноября 1941 года Ставкой ВГК был издан приказ № 428 «О создании специальных команд по разрушению и сжиганию населенных пунктов в тылу немецко-фашистских войск». Приказ ставил задачу в преддверии наступающей зимы лишить захватчиков тёплых домов, создать по ту сторону фронта территорию выжженной земли, для чего «разрушать и сжигать дотла все населенные пункты в тылу немецких войск на расстоянии 40-60 км в глубину от переднего края и на 20-30 км вправо и влево от дорог». 
С позиций сегодняшнего дня приказ кажется бесчеловечным, ведь тёплых домов лишались не только немецкие захватчики, но и местные жители, и если вермахт мог обеспечить своих солдат палатками и печками, жителям спалённых деревень рассчитывать было не на кого. 
Чтобы понять, как вообще появился такой приказ, придётся вспомнить, что такое был ноябрь 1941 года. Немецкие танки двигались к Москве, и, казалось, нет силы, способной остановить эту лавину. В конце ноября немцы взяли п. Красная Поляна, от которого до Кремля по прямой 35 км. В танковую дивизию, взявшую посёлок, срочно завезли комплекты парадного обмундирования для парада на Красной площади. По воспоминаниям Жукова в ноябре Сталин спросил его, удержит ли Красная Армия Москву и попросил отвечать честно, как коммунист. И Жуков ответил: «Удержит».

ЦЕНА ПОБЕДЫ

Но, чтобы победить, приходилось принимать суровые решения. 3 июля 1941 года в своём обращении Сталин призвал «не оставлять противнику ни килограмма хлеба, ни литра горючего, угонять весь скот, всё ценное имущество, которое не может быть вывезено, должно безусловно уничтожаться» – и поэтому минировались заводы, подрывались мосты и здания, и горели склады с продовольствием и материальным имуществом, разрушались железные дороги, уничтожалась городская инфраструктура, обрекая оставшихся жителей на страшные лишения, на жизнь без водопровода, электричества, без транспорта, без запасов топлива и продовольствия. Это тоже была плата за победу. Не каждый народ Европы готов был её платить, для многих она казалась чрезмерной. Советский народ платил.

БОЙЦЫ В/Ч 9903 УХОДЯТ НА ЗАДАНИЕ

В ночь на 22 ноября 10 юношей и девушек ушли выполнять приказ Ставки. Они должны были устроить поджоги в 10 деревнях. Третьей в списке стояло Петрищево. Командиру группы Борису Крайнову было 19, самому старшему – 22, самому младшему – 15. 
Зима в тот год выдалась суровой, температура опускалась до минус 25 градусов. Ночевать приходилось в лесу, не разводя костров. Поджоги, минирования объектов, перестрелки. Группа несла потери, раненые и заболевшие уходили обратно за линию фронта. Вечером 28 ноября к Петрищево подошли только трое. Зое досталась южная окраина села. При выполнении задания она была схвачена. При ней нашли бутылки с зажигательной смесью и револьвер. 

ТРИ ШАГА В БЕССМЕРТИЕ

Четыре солдата, сменяя друг друга, несколько часов пороли девушку солдатскими ремнями: «Где партизаны? Кто ещё с тобой был?» Потом её вытолкали на улицу в одной рубашке и водили по морозу. К утру её тело было синим от побоев, а обмороженные ноги почернели. На площади появилась виселица. Немцы согнали жителей: казнь партизанки должна была стать акцией устрашения, после которой у крестьян должна была исчезнуть даже мысль о сопротивлении. 
С трудом переставляя ноги, Зоя подошла к виселице, поднялась на ящики. Немецкий солдат навёл на неё свой фотоаппарат, сделал снимок, второй. Зоя подняла голову: кто смотрел на неё с ужасом, кто с жалостью. 
– Граждане! Вы не стойте, не смотрите, а надо помогать Красной Армии воевать! – закричала она.
Немецкие солдаты, до этого довольно ухмылявшиеся, начали недоумённо переглядываться: они не понимали, что кричит эта русская партизанка, но это точно не слова раскаяния. 
– Товарищи! Победа будет за нами!
– Рус! – злобно закричал немецкий офицер, пытаясь перекричать стоящую под виселицей девушку.
– Советский Союз непобедим и не будет побеждён!
Зоя не знала, что под Москвой уже собираются в кулак свежие части, что идут с востока эшелоны с сибирскими дивизиями. Пройдёт всего неделя и начнётся контрнаступление Красной Армии под Москвой, которое потрясёт мир: впервые с 1939 года не знающий поражений германский вермахт начнёт отступать. В газетах появятся первые фотографии брошенной немцами техники и фотографии первых колонн пленных гитлеровцев. Она не знала этого, но верила в победу и в последние минуты своей жизни передавала эту веру другим людям.
Офицер что-то крикнул солдату, назначенному на роль палача, тот подбежал к Зое и принялся лихорадочно надевать ей на шею верёвку. 
– Сколько нас не вешайте, всех не перевешаете! Нас 170 миллионов! За меня вам наши товарищи отомстят!
Это были последние слова Зои. Солдат толкнул ногой ящики, тело задёргалось, изогнулось и обмякло. Кто-то в толпе охнул. 
Возле виселицы поставили часового и месяц виселица с мёртвым телом стояла посреди Петрищево.
Сцена казни и последние слова З. Космодемьянской воспроизведены согласно свидетельским показаниям от января 1942 года.

«ЧЕСТНЫЕ СОЛДАТЫ ВЕРМАХТА»

Утром 25 января проходившие мимо виселицы женщины с ужасом перекрестились: прошедшей ночью гитлеровцы, отметив Рождество, вспомнив своих жён, детей и матерей, вышли на площадь, сорвали с висящего трупа одежду, отрезали левую грудь и искололи тело штыками. 
В прессе можно встретить утверждение, что зверства на советской земле, творили исключительно солдаты войск СС, а солдаты вермахта просто честно исполняли свой долг. Так вот: пытали и вешали Космодемьянскую солдаты 332 пехотного полка 197-й Рейнско-Гессенской пехотной дивизии вермахта. 

ПОСЛЕ СМЕРТИ

Газета «Правда» со статьёй Лидова разошлась моментально. Солдаты вырезали статью, читали и перечитывали, хранили её в карманах своих гимнастёрок. В газету шли письма с просьбой повторно напечатать «Таню» и (редчайший случай в журналистике!) статья была напечатана повторно. К этому времени было установлено имя партизанки: Зоя Космодемьянская. 
На солдат 197 дивизии началась настоящая охота. Особенно охотились за солдатами и офицерами 332 полка. В плен палачей Зои Космодемьянской не брали.
16 февраля 1942 года был подписан указ о присвоении Космодемьянской звания Герой Советского Союза. За время Великой Отечественной войны «Золотой Звездой» были награждены более 90 женщин. Зоя Космодемьянская была первой.

НАШИ ЗОИ

29 ноября 1941 года, когда в Петрищево казнили Зою Космодемьянскую, в соседнем селе Головково немцы вешали другую молодую партизанку. Ставшая случайной свидетельницей казни М. Алищенко рассказала, что перед смертью девушка пела «Интернационал». Жители деревни похоронили казнённую девушку, и 15 лет она была для них «наша партизанка». В 1956 году было установлено, что погибшая – Вера Волошина, разведчица-диверсантка всё той же в/ч 9903.
В январе 1942 года была взята в плен раненый боец в/ч № 9903 Лариса Васильева. После страшных пыток гитлеровцы закололи её штыками. Последними словами девушки были «Вы меня убьете, но ни одна фашистская гадина не уйдет живой с нашей земли!» Лариса чуть-чуть не дожила до своего 17-летия.
Елизавета Беневская (из той же в/ч № 9903) 19 января 1942 года была ранена, попала в плен. Прежде чем убить её, гитлеровцы выкололи ей глаза, вырезали груди, сломали на руках пальцы.
Этот список можно продолжать долго. Сотни тысяч юношей и девушек сознательно шли на смерть и погибали страшной мучительной смертью. Исторически сложилось так, что именно Зоя Космодемьянская стала символом мужества, и, склоняя голову перед её памятью, мы склоняем головы перед памятью тысяч юношей и девушек, кто молчали, когда от них требовали говорить, и говорили, когда от них требовали молчать.

https://webkamerton.ru/2020/12/zvezda-zoi-kosmodemyanskoy