"Такого хоккеиста, как Овечкин, не будет еще 200 лет". Интервью русского вратаря "Вашингтона"

Еще несколько лет назад трудно было поверить в то, что российские вратари захватят НХЛ. Сегодня это реальность. Вслед за Андреем Василевским и Сергеем Бобровским, у которых на двоих три «Везины», путь наверх себе пробивают Александр Георгиев, Игорь Шестеркин и Илья Самсонов. Мы поговорили с вратарем «Вашингтона», который не только дебютировал в НХЛ в этом сезоне, но уже побил несколько клубных рекордов. Самсонов претендует на приз лучшему новичку «Колдер Трофи», а со следующего сезона имеет шанс стать первым номером «Кэпиталс».

— Как проходят каникулы?— Да все отлично. Приехали с женой в Майами. Тут и Кузя (Евгений Кузнецов. — Sport24) и Орел (Дмитрий Орлов. — Sport24) с семьями. Ходим вместе на ужины, хорошо время проводим.

— Было несколько неожиданно, что вас выпустили на третий период последнего матча с «Айлендерс» после того, Холтби пропустил четыре шайбы. Сами удивились?— Мне надо быть всегда готовым. Но, конечно, в этой ситуации было немножко неожиданно. Но в итоге тренерское решение сработало, слава Богу, что команда выиграла — очень хороший камбэк получился («Вашингтон» отыгрался с 1:4. — Sport24).

— Сложно выходить по ходу матча и сразу в игру вливаться?— Ощущения не из приятных. Но в принципе со временем привыкаешь, и уже без разницы, когда играть. Тем более когда 82 игры в регулярном чемпионате, осознаешь, что такие ситуации будут возникать время от времени.

— Вы недавно впервые провели два матча подряд и оба выиграли. Как ощущения?— Играть намного легче, чем тренироваться. Так что все замечательно.

— Вы далеко не в первый раз в команде являетесь вторым голкипером, играя меньше своего конкурента. За годы в «Металлурге» уже выработалась какая-то схема, как не потерять игровую форму?— Да я бы не сказал, что есть какая-то схема. Просто приходится больше на тренировках работать, оставаться дополнительно, чтобы набрать игровые кондиции. Плюс в зал больше хожу.

— Вы говорили, что в начале сезона у вас были очень напряженные тренировки. Сейчас стало полегче?— Стало легче, потому что в последнее время график был просто сумасшедшим — играли через день. Получалось, что отыграл матч, а на следующий день выходной давали. Под конец этого отрезка было тяжело, поэтому эти семь дней отдыха должны помочь восстановиться. Нужен был короткий отпуск.

— Какое событие для вас более памятное: дебют с «Айлендерс» или «сухой» матч с «Каролиной»?— Мне кажется, все эти вещи больше важны родителям, близким. Я спокойнее отношусь к таким вещам. Хотя, конечно, первый матч в НХЛ был запоминающим. Долго шел к этому. Дебют и сразу победа, думаю, важнее «сухаря». Игра на «ноль» — это, скорее, что-то знаковое для журналистов, болельщиков, для меня обычный матч.

— Вы уже признавались второй звездой дня в НХЛ, били рекорды «Вашингтона» и входили в список лучших голкиперов. Голова не кружится от таких успехов?— Нет. Я вообще за этим не слежу, узнаю, только когда кто-то скидывает или ребята в раздевалке говорят. Люблю статистику смотреть, но не свою, а других ребят, как кто играет в других командах, за русскими интересно последить.

— Реально ли вам побороться за «Колдер Трофи»?— Только из прессы узнал о том, что кто-то считает, что у меня есть шансы. Если честно, я даже не знаю, что тут ответить. Мое дело — выходить и играть в хоккей. Не думаю о личных призах.

— По статистике по вашим воротах в «Вашингтоне» наносят около 25 бросков. Этого достаточно или лучше, чтоб было 41, как с «Каролиной» 3 января?— Лучше бы было по 40-50 бросков, чтобы все время быть в тонусе. Мне кажется, любой голкипер скажет, что намного комфортнее, когда по воротам много бросков наносят. Хотя бы чувствуешь, что вратарь нужен команде.

— Что в такой ситуации делаете: думаете, чтобы матч поскорее закончился?— Знаете, как говорят: «Ты должен видеть шайбу и блондинку на третьем ряду». Но главное 0 больше смотреть на шайбу, а не на блондинку, чтобы концентрацию не потерять.

***

— Осенью было заметно, как по-разному действует команда с Холтби в воротах и с вами, а сейчас уже такого нет, и защита на вас полностью полагается. Вы это чувствовали? — В начале сезона ребята понимали, что мне важно войти в эту лигу, освоиться, поэтому всячески меня оберегали, помогали, старались не рисковать. По последним играм могу сказать, что у наших ворот создают много моментов, но и мы много атакуем.

— Авторитета уже хватает «напихать» своим защитникам?— Я, кстати, даже не слышал, чтобы у нас кто-то кричал в команде друг на друга. Намного проще подъехать и спокойно спросить, подсказать. У нас нормальный диалог, ни разу не было криков и ругани. В этом плане в «Вашингтоне» очень хорошая атмосфера.

— Даже в раздевалке на повышенных тонах не говорите?— «Ты — урод» еще ни от кого не слышал. Ха-ха.

— Шестеркин говорил, что по его ощущениям нужно сыграть матчей 40, чтобы окончательно освоиться в НХЛ. Вы провели 19 — этого достаточно или нужно еще?— Я разговаривал недавно с Игорем. Не знаю насчет 40, но если дают 10 матчей за короткий срок, то можешь освоиться. Я и на первой игре особо не волновался, а вот Игорь говорил, что сильно нервничал и ему было тяжело справиться с этим. Могу сказать, что мне очень ребята помогли. Не только русские, но и Карли, и Бэки (Джон Карлсон и Никлас Бэкстрем. — Sport24) поддержали. Думаю, что все еще и от команды зависит.

— Игорь еще признался, что после АХЛ, где играет очень успешно, думал, что в НХЛ быстро все начнет получаться, а оказалось, что это разные вселенные. Вы тоже так думали?— Да у меня ж в АХЛ вообще ничего не получалось. Может? поэтому тут получается? Ха-ха. Ну, могу сказать, что год в АХЛ сто процентов мне помог. Я подучил язык, привык к местному менталитету. Прошлый год получился очень сложным для меня. В НХЛ для меня все более понятно, легче дается. Не знаю, с чем связаны трудности в «Херши». Хотя в конце прошлого сезона там чувствовал уже себя комфортно. Разница между лигами, понятное дело, есть. Скорости, броски другие. Но вроде бы еще в прошлом году привык.

— Вам на тренировках много Овечкин бросает?— Он всегда мне сильно бросает. По-моему, только мне так. Ну ничего, тренируюсь зато.

— Вы уже научились его броски отражать?— Да 15 лет никто его броски не может отбить. Я тут даже умничать не буду.

***

— Наблюдая за вашей уверенной игрой, кажется, что вы вообще не умеете волноваться, об этом говорят и окружающие. Это только со стороны такое впечатление?— Перед матчем с «Торонто» немного волновался, знал, какая у них опасная атака. После того, как выиграл пару встреч, переживания ушли. Мы уже сыграли 49 матчей в сезоне, график сумасшедший, так что не думаешь ни о чем кроме хоккея. Думаю, после отпуска вернется волнение, все-таки долго на льду не стоял.

— Поделитесь секретом, как не нервничать?— Да нет никакого секрета. Все само собой получается. В прошлом году все ждали, что начну хорошо играть, а ничего не получалось. Тогда было, конечно, очень нервно. Когда уже дна коснулся рукой, ногой, все что только можно со мной проиграла команда, вот тогда волновался. Мне помогла работа с психологом в «Вашингтоне». Не скажу, что психолог нашел какие-то суперслова, но эти беседы оказали эффект. Плюс работа дала свои плоды. Сейчас по-другому на игры выхожу.

— Первая половина прошлого сезона для вас получилась сложной, а первый «сухой» матч в АХЛ вы провели только в январе. Вы ожидали, переезжая за океан, что будет так тяжело?— Нет, конечно. К этому не готовишься, всегда позитивно стараешься мыслить. Если честно, у меня был шок. Я работал на тренировках, делал все как и раньше, а шайба залетала в ворота. Много себе вопросов задавал, но так и не разобрался в этой ситуации. Все спрашивают, что изменилось. Да ничего — я не менял ни свою подготовку, ни свои тренировки. Просто с тренером вратарей работали над моими ошибками как и всегда.

— Уезжая из «Магнитки», вы понимали, что целый сезон можете отыграть в фарм-клубе?— Я не думал, что целый год проведу в АХЛ. Мне кажется, ни один клуб своему новому игроку не говорит, что планирует его на сезон оставить в фарме. Просто никто бы сюда не поехал в таком случае. Мне казалось, что я побыстрее пробьюсь в НХЛ. Но осознавал, что нужна адаптация.

— Тренин говорил, что АХЛ — школа жизни. Вы как думаете?— Я согласен. Особенно чувствуешь это, когда приезжаешь из России. В КХЛ мы летали на чартерах, получали хорошую зарплату, а в АХЛ ты сразу пересаживаешься на автобус, еда — на заправках. Для тех, кто играл в КХЛ, тяжеловато привыкнуть к новой действительности. Это реально закаляет характер. Но могу сказать, что там не так плохо, как может показаться. У нас в «Херши» был классный автобус: и одеяла, и подушки, и разложить сиденья можно было и спать. Три-четыре часа спокойно проезжали.

***

— Летом мне говорили, что вы задумываетесь о возвращении в Россию. У вас часто по ходу прошлого сезона такие мысли возникали?— Нет. В интернете просто «утку» закинули. Если честно, я даже с агентом на эту тему не разговаривал. Мысли, конечно, всякие были, но я никогда их не озвучивал вслух. Может, тихонько ночью с женой могли такое обсудить, и все.

— Я слышала версию, что вы хотели уехать, потому что Херши — деревня, и в АХЛ вы получали очень скромную зарплату?— Ха-ха. Да мы кайфовали в Херши! Нам с женой очень нравилось, у нас там была обалденная квартира. Не знаю, откуда такие слухи пошли. А про маленькую зарплату… Я же контракт подписывал, знал, какая будет сумма. Я в России заработал деньги, понимал, что первые год-два в Америке придется жить на те средства, которые были отложены. Мы с женой были готовы к тому, что я буду играть в АХЛ, где зарплата небольшая. Мне даже Гурьянов звонил и говорил, что у него спрашивали, почему меня зарплата не устраивает. «Чего, совсем все плохо? Может, у вас налоги большие, жить тяжело», — спрашивал у меня.

— Если сравнивать Херши и Магнитогорск, где комфортнее?— В Херши живет около 14 тысяч жителей, но на хоккее всегда аншлаг. Есть пару хороших ресторанов в городе. Мы за год обзавелись там друзьями, вот недавно даже ездили в гости на день, чтобы со всеми увидеться. Никакого негатива не было. Мне кажется, Херши можно сравнивать с каким-нибудь подмосковным городом. С Зеленоградом, например. Там все чистенько, красиво, воздух свежий. Магнитогорск — более рабочий город, там ММК огромный, воздух немного другой, да и ритм жизни отличается. Но мне везде нравилось, что в Херши, что в Магнитке.

— Как проходила ваша адаптация в США? Что в американском менталитете до сих пор не можете принять?— Тяжеловато было к местной еде привыкнуть. Но мы иногда пельмени лепим, борщ готовим. Нужно было к новым правилам в раздевалке привыкнуть, некоторые вещи были непонятны.

— Что, например?— Допустим, с телефоном нельзя в раздевалку заходить, его нужно оставлять вместе с верхней одеждой при входе. В первые дни мы с Шумой (Сергей Шумаков, сейчас нападающий «Авангарда». — Sport24) ходили по раздевалке с гаджетами, но ребята нам сразу все объяснили.

— Многие русские ребята говорят, что первое время напрягают постоянные улыбки окружающих.— Да, есть такое. Все всегда улыбаются, спрашивают, как дела и так далее. Но уже на это внимания не обращаешь. Хотя, конечно, потребовалось привыкнуть, поначалу было странно.

— Наверное, вы уже научились как американец улыбаться.— Да нет, вот все и думают, что русские злые, не улыбаются.

***

— Заметила, что в НХЛ вы часто остаетесь на ногах — намного чаще, чем в КХЛ. Это от тренера вратарей Скотта Мюррея идет?— Да. Мы с ним проделываем огромный объем работы. Все наши тренировки записываем на видео, после занятий все смотрим, плюс матчи разбираем. На каждой тренировке надеваем пульсометры, чтобы отслеживать все показатели. Перед сезоном мы вместе с Мюрреем обсудили то, что хочет от меня видеть клуб, что я должен делать. В НХЛ очень тяжело играть на слайде — будет много провалов, не будешь успевать оказываться там, где ты должен. Поэтому пришлось сильно перестраиваться, но сейчас мне комфортно играть.

— Что нового открыли при работе со Скоттом Мюрреем?— Самое главное в работе между игроком и тренером — это доверие. Без этого ничего не получится. Я когда прилетел в Вашингтон, то первое время жил у него дома. Мы и сейчас постоянно общаемся. Мои родители, когда прилетали в гости, очень хотели со Скоттом увидеться, но не успели. В «Магнитке» у нас такое же плотное общение было с Сергеем Звягиным (сейчас тренер вратарей «Авангарда». — Sport24). Человеческий фактор на многое влияет.

— Вы раньше не очень хорошо играли ловушкой. Мюррей подтянул этот навык?— Да вроде бы я всегда что-то ловил. Ха-ха. Тут вообще сложно что-то натренировать, это же рефлекс: либо есть, либо нет.

— Суперсейвы во время матчей — это инстинкты?— Сто процентов. Вратарский сейв, по большому счету, это везение. Но натренировать это точно нельзя, мы на тренировках не прыгаем в воротах как футбольный голкипер Лев Яшин.

— Вас обрадовал контакт новый Бэкстрема?— Безусловно. Бэки — наш лидер, мы счастливы, что он остается.

— Вы же понимаете, что я спрашиваю еще и потому, что продлевать Холтби теперь будет сложнее.— Тяжело на эту тему говорить. С Холтби у меня хорошие отношения, мы очень уважаем друг друга. Думаю, ему сейчас очень сложно из-за этой ситуации с контрактом. Мы все стараемся его поддержать, он наш номер один.

— Вы ментально готовы быть первым номером или нужно еще время?— Как говорят, аппетит приходит во время еды. Когда уже поиграл, хочется делать это как можно чаще. Но у нас есть тренерский штаб, который лучше меня знает, как будет лучше для команды, как мне лучше развиваться. Они могут бросить меня на 15 игр подряд. Только кому от этого будет хорошо? Никто не понимает, смогу я провести 15 матчей подряд, даже я не понимаю этого. Здесь нужно свое «я» засунуть куда подальше и прислушиваться к профессионалам.

— Говорят, что Холтби — суперпозитивный человек. Правда?— Да, он отличный парень и партнер. Постоянно улыбается. Мы с ним всегда перед завтраком парой слов перекидываемся, посмотрим хайлайты, обсудим. Он классно на гитаре играет, пару раз слышал и был поражен. Редко увидишь голкипера, который перед матчами играет на гитаре.

***

— На всех фотографиях с праздников и различных мероприятий вы всегда в компании русских ребят. Вы намного младше Кузнецова, Орлова и уж тем более Овечкина. Не чувствуете себя младшим братом в их компании?— Мы действительно все время проводим вместе: ходим на ужины, вот сейчас отдыхаем в одном месте. У Саши просто на этот отпуск были другие планы, поэтому он не с нами. В Майами летели с Димой Орловым, вчера ужинали у Жени Кузнецова. Наверное, я им как младший брат. Ребята стараются мне подсказывать, помогать. Если надо что-то перевести, то всегда тут как тут.

— А есть вещи, которые они обсуждают, а вам непонятны? Может, воспитание детей?— Недавно сидели вместе с женой, Димой и Варей Орловыми и обсуждали эту тему. Так вот было очень интересно послушать, я, правда, половину слов не понимал. Ха-ха.

— Вы не раз говорили, что Кузнецов вам во всем помогает. Какая была самая необычная от вас просьба?— Да, с Женей постоянно вместе на игры ездим, а на тренировки стал уже сам добираться. Самое смешное было, когда я спросил, где подстричься. Он такой: «Сейчас тебя запишу туда, где собак стригут». Ха-ха. У нас каждый день какие-то приколы.

— Жестко вас подкалывали?— Один раз то ли Женя, то ли Дима сказал, что меня тренер вызвал. Я подхожу и спрашиваю: «Вызывали?» Он в ответ: «С чего ты взял?» А я еще растерялся, по-английски ничего толком не мог сказать. Теперь такие вещи несколько раз проверяю, прежде чем идти куда-то или что-то делать.

— На днях выставили смешное видео, как у вас клюшка сломалась, а Кузнецов на это прикрыл лицо руками.— Да это случайно получилось. Мне пришла форма, я ее давно не мог примерить, потому что матчи подряд шли. Женька приходит и говорит: «Вон клюшки пришли, пробуй». Я вышел на лед и говорю: «Клюшки в порядке, сейчас щелкну». Я ее пару раз прогнул, а потом хотел щелкнуть, но она сломалась. Честно, в шоке был, что везде в инстаграме это видео, а на самом деле момент случайный вышел.

— Мне, кстати, кажется, что если бы не русские ребята в команде, у вас бы могли и не пойти так круто дела в «Вашингтоне».— Когда есть русские в команде, это и хорошо, и плохо. Плохо, потому что не можешь язык учить. Когда остался один в АХЛ, то постоянно приходилось говорить по-английски. В «Вашингтоне» другая ситуация, но пусть не так много языковой практики, зато от русских много помощи. Всегда приятно побыть в кругу русских ребят, у нас все-таки другой юмор. Со своими намного комфортнее. К тому же женам хорошо. Моя супруга постоянно то у Вари, то у Насти Кузнецовой, то у Насти Овечкиной.

— Вы молодой вратарь в НХЛ. Сталкивались с трештоком? Кто-то из соперников вас пытался задеть?— Кстати, в этом плане нормально, особо ничего не было. Только когда с «Лос-Анджелесом» играли, Дрю Даути говорит: «Смотри, я сейчас тебе забью под ловушку верхом». Ну, он бросил туда, я поймал.

— Вы ему что-то отвечали?— Сказал: «Ну, попробуй».

— Какие у вас цели на вторую половину сезона?— Цель командная — выиграть Кубок Стэнли. Каждый игрок в команде хочет этого. Мы понимаем, что способны на это. Так что для нас есть только этот трофей.

— Мне кажется, фанатов «Вашингтона» и многих журналистов волнует не только Кубок Стэнли, но и догонит ли Овечкин Гретцки по голам. У вас в команде много времени этой теме уделяется?— Честно, Саша даже сам про это никогда не говорит. Мы его, конечно, поздравляем. Недавно вот он Лемье обошел. Понимаю, что для него это важно, однако командная победа все равно превыше всего. Он, как и мы, хочет побеждать. Думаю, что если он сейчас продлит контракт, то обойдет Гретцки по голом. Ему все по силам. Тем более посмотрите, как он три последних матча провел! Он не только догонит, но и перегонит Уэйна, и его рекорд потом будет не побить. Таких хоккеистов еще лет 200 не будет.