Как Сталин чуть в плен не попал?

В хрущевские времена – с началом кампании по развенчанию культа личности – стало популярным мнение о полной несостоятельности Сталина как тактика и стратега. Якобы все его решения – это провальные операции, закончившиеся окружением и котлами, а Москву отстояли Жуков, Рокоссовский, Василевский, Конев… Да и руководил войсками Верховный, как рассказывал на одном из своих партийных выступлений Никита Сергеевич, по глобусу, установленному у него в кабинете…

Битва за Москву

Многие историки называют эту битву «Чудом под Москвой». И это действительно чудо, что противника смогли остановить буквально на подступах к столице. Грамотно выстроенная оборона и накопленные резервы позволили выдержать удар превосходящих сил Вермахта, а потом начать контрнаступление, отодвинув фронт на 150-250 километров на Запад. Вопреки расхожему мнению, Верховный не отсиживался в кремлевском бункере, осуществляя руководство войсками по глобусу, а тщательно изучал обстановку на фронте, в том числе и лично выезжая в зону боевых действий.

Как вспоминает Алексей Трофимович Рыбин, работавший в личной охране Сталина, первый выезд на фронт им был осуществлен еще в июле 1941 года для изучения местности на малоярославском направлении – там должен был пройти один из важных рубежей обороны столицы. Осенью, когда немцы активно рвались к Москве, Иосиф Виссарионович посетил можайско-звенигородскую оборонительную линию. Когда его «Паккард» проезжал одну из прифронтовых деревень, местные мальчишки узнали Верховного и долго бежали за машиной с криками: «Сталин едет бить фашистов! Ура!».

В гости к Рокоссовскому

Однажды в октябре 1941 года Сталин отправился на позиции 16-й армии Рокоссовского, удерживающей оборонительные рубежи на Волоколамском шоссе. Верховный мечтал своими глазами увидеть, как «работает» знаменитая «Катюша». Устав рекомендовал минометному расчету сразу после залпа менять свое местоположение, чтобы избежать ответного удара противника. Кроме того, в начале войны немцы охотились за «Катюшами», пытаясь захватить их для изучения.

В тот раз после успешного залпа артиллерия сразу же ушла, а сталинский «Паккарлд» увяз. Начался артиллерийский огонь, потом «жару добавила» авиация противника. Верховного экстренно эвакуировали из прифронтовой зоны на «Форде» охраны, а «Паккард» под огнем вытаскивали танком.

Именно этот эпизод А. Т. Рыбин расценивает, как наиболее опасный для вождя и страны: «Знали бы фашисты, кого упустили. А ведь они могли легко взять Сталина в плен. Бреши в обороне были такие, что в них свободно мог проскочить мобильный разведвзвод и взять «языка языков».

Невыполненное обещание

Впрочем, сам Сталин опасности не осознавал – больше беспокоилась его охрана. Поэтому поездки на фронт продолжались и в 1942, и в 1943 годах. В одной из них – на Калининском фронте генерала Еременко в августе 1943 года – было принято решение о проведении салюта в столице в честь освобождения Орла и Белгорода. Об этой поездке подробно рассказано в книге «Записки из чемодана. Тайные дневники первого председателя КГБ Ивана Серова найденные через 25 лет после его смерти».

Автор вспоминает один забавный случай. Когда Сталин уже покидал ставку командующего фронтом, тот обратился к Верховному с просьбой сфотографироваться. На что Иосиф Виссарионович ответил, мол, как только вы, товарищ Еременко, начнете активное наступление и освободите Смоленск от немцев, я прилечу из Москвы и обязательно с вами сфотографируюсь. Правда активных действий от Еременко Сталин так и не дождался, а потому и обещание свое не выполнил.

Наша пуля мимо нас не пролетит

Рыбин вспоминает, что Сталин был фаталистом и порой проявлял храбрость похлеще иных военачальников. В один из выездов на прифронтовые позиции в ставку к генерал-полковнику Ивану Захаркину Верховный стал свидетелем воздушного боя между советскими и немецкими истребителями. Выйдя из машины Сталин долго наблюдал за ходом сражения, не обращая внимание на падающие вокруг раскаленные осколки. Начальник охраны Власик несколько раз пытался уговорить своего подопечного вернуться в автомобиль и покинуть место, но тот усмехнувшись ответил: «Не беспокойтесь, наша пуля мимо нас не пролетит».

Есть мнение, что именно многочисленные поездки Сталина на фронт Маленков сделал поводом для предоставления того к званию Героя Советского Союза. Впрочем, сам Верховный эту награду не считал заслуженной, а потому носил редко.