Эксперты оценили последствия отмены охранных зон у объектов культурного наследия

Прямо перед новогодними праздниками вышло постановление правительства, которое упраздняет охранные зоны у некоторых объектов культурного наследия, в первую очередь археологических. Историки и активисты, с которыми поговорил RTVI, считают, что под угрозой окажется множество памятников по всей России, в том числе из списка всемирного наследия ЮНЕСКО.

<b><i></i></b><b>Перед новогодними праздниками премьер Михаил Мишустин </b><a href="http://government.ru/docs/all/157266/"><b>подписал </b></a><b>постановление правительства №1936, которым упраздняются охранные зоны у некоторых объектов культурного наследия, в первую очередь археологических. Историки и активисты, с которыми поговорил RTVI, считают, что под угрозой окажется множество памятников по всей России, в том числе из списка всемирного наследия ЮНЕСКО.</b>

С 1 марта 2025 года в России прекратили существование десятки тысяч зон охраны объектов культурного наследия. Действие постановления затронуло археологические памятники, некрополи и захоронения, мемориальные квартиры, а также произведения монументального искусства, для которых не требовалось разрешение на строительство. Еще через три года, с 1 марта 2028 года, упразднят зоны охраны у достопримечательных мест и расположенных в их границах памятников и ансамблей, к числу которых относится, например, Мамаев Курган. В постановлении подчеркивается, что с момента его принятия для всех вышеперечисленных объектов создание новых охранных зон больше не требуется. <div class="intext-box">

В Федеральном законе №73 “Об объектах культурного наследия” говорится, что в охранных зонах запрещается строительство, использование некоторых строительных технологий и размещение взрыво- и пожароопасных объектов. В отдельных случаях запрещается реконструкция объектов капитального строительства, установка рекламных щитов, размещение парковок, киосков, вышек сотовой связи, свалок.

В зонах охраняемых природных ландшафтов запрещается уничтожение зеленых насаждений, размещение свалок и хозяйственная деятельность, которая может нарушить облик окружения объекта культурного наследия.

</div> <h2>Старая Рязань и Козельск</h2> По словам доктора исторических наук, археолога Сергея Чернова, около половины памятников в России — памятники археологии. Постановление правительства в одночасье лишает их установленных охранных зон.

“Мы лишаемся существующих охранных зон, и получаем запрещение на проектирование новых. Например, сейчас только закончено проектирование охранной зоны Старой Рязани — это великолепный археологический памятник, который невозможно сохранять без охранной зоны, потому что там все построено на восприятии этой крепости со стороны Оки. Это серьезнейший ущерб для культурного наследия”, — объясняет археолог.

Постановление станет деструктивным для всей русской истории, считает Чернов, так как архитектурные памятники в России появляются только XVII веке, а более ранних памятников архитектуры очень мало и они не покрывают всю территорию страны. Таким образом Россия может лишиться исторической памяти и свидетельств истории XII-XIII веков, всех исторических ландшафтов Древней Руси. <div class="intext-grey">

“Лишая возможности проектировать зоны охраны для памятников археологии, они обрекают на забвение целые пласты русской истории. Например, Козельск: в школьном учебнике по истории пишут, как Козельск оборонялся от Батыя, а теперь мы не можем охранять Козельск в его историческом ландшафте на сопряженных территориях”, — говорит Чернов.

</div> Защиту и неприкосновенность археологических памятников обеспечивало постановление Совета министров СССР от 1948 года, а теперь эти нормы отменяются . “Постановление 2024 года — это глубокое, фундаментальное непонимание русской истории и того, как она отражается в ландшафте. Это мощный деструктивный документ, который разрушает всю систему охраны памятников на исторических территориях. Остаются только видовые связи архитектурных сооружений. Все это отбрасывает нас на 80 лет назад”, — считает Чернов.

Строительство в пределах бывших охранных зон чревато не только искажением исторического облика объектов культурного наследия, но и их полным разрушением. “Если рядом с древними городищами, курганами закладывать строительный котлован, они просто обрушатся физически. Охранная зона обеспечивает физическую сохранность памятника археологии”, — добавляет Чернов. <h2>Беломорские петроглифы и Бородинское поле</h2> Самая вопиющая ситуация складывается с петроглифами Белого моря и Онежского озера, которые признаны объектами всемирного наследия ЮНЕСКО, отмечает заместитель председателя Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры (ВООПИиК) и руководитель проекта “Консервация” Евгений Соседов. Зона охраны исчезнет и у Гнездовского археологического комплекса под Смоленском, имеющего мировое значение.

“Это крупнейший курганный комплекс, где постоянно находятся вещи, вообще не имеющие аналогов в мире. Он свидетельствует и о древней скандинавской истории, и вообще о возникновении русского народа, у него тоже есть система зон охраны — все это тоже оказывается под угрозой”, — говорит Соседов.

Аналогичная ситуация складывается в Крыму, где зоны охраны исчезнут у многих воинских мемориалов. В частности под угрозой оказался памятник затопленным кораблям. “Это символ Крыма, русского присутствия в Крыму. Понятно, что его не снесут, но рядом, на той же набережной, с которой все любуются памятником, могут построить какой-нибудь шалман, припарковать дебаркадер с рестораном и музыкой — и все, конец, будем любоваться памятником сквозь шашлычный дым”, — добавляет Соседов.

Историки беспокоятся и за судьбу археологического музея-заповедника Фанагория, где есть огромное количество античных археологических памятников. Раскопки древнего города в 2011 году посещал Владимир Путин и даже <a href="https://www.rbc.ru/society/10/08/2011/5703ea9e9a79477633d36618">поднял </a>со дна две античные амфоры. “Там начнут сейчас строить, там спрос есть на землю”, — уверен Соседов.

Достопримечательным местам, а также ансамблям и памятникам на их территории, правительство отвело чуть больше времени — их зоны охраны прекратят действие с 1 марта 2028 года. Тогда защиты от застройки лишится Мамаев Курган и памятник “Родина-мать зовет”. <div class="intext-grey">

“Это значит, что можно будет построить многоэтажку прямо у подножия Мамаева Кургана, причем можно ее построить любой высоты, например, такой, чтобы смотреть в глаза Родине-матери с верхних этажей. Буквально, ограничений никаких не будет”, — предупреждает Соседов.

</div> Охранных зон лишится и Бородинское поле. Сейчас они не позволяют застраивать окрестные территории, говорит Соседов, а также ограничивает размещение вредных производств. <h2>Не по закону и не по Конституции</h2> В историческом сообществе обратили внимание на то, что постановление правительства противоречит федеральному законодательству и Конституции. Евгений Соседов объясняет: в соответствии с ФЗ “Об объектах культурного наследия” все объекты культурного наследия должны охраняться равнозначно и у всех них должны быть охранные зоны. Закон не разделяет объекты культурного наследия на памятники архитектуры, памятники археологии и прочие.

“Получается, что десятки тысяч объектов лишаются основного инструмента государственной охраны и защиты. Это вопиюще противоречит федеральному закону. Правительство взяло на себя полномочия, по сути, подменить закон”, — говорит Соседов.

Более того, в постановлении правительства прописывается ограничение прав граждан: их лишают возможности выступать с инициативами по разработке зон охраны. <div class="intext-grey">

“У нас есть Конституция, где закреплены права граждан, там есть конституционная обязанность беречь памятники истории и культуры — это одна из четырех конституционных обязанностей гражданина. Теперь же гражданин не может эту обязанность выполнить, потому что его лишили возможности инициировать разработку зон охраны, при этом прописали права застройщиков на разработку зон охраны”, — добавляет Соседов.

</div> Еще одна проблема заключается в том, что правительство, по мнению активистов, не советовалось с регионами, принимая постановление. При этом обязанность по разработке и установлению зон охраны частично лежит именно на властях субъектов. Кроме того, отмена зон охраны коснется и братских захоронений, могил и мемориалов Великой Отечественной войны, а значит, затронет каждый регион России.

“Правительство, принимая решение об отмене зон охраны, вторглось в компетенцию регионов. Сейчас, например, в Курской области потрачены бюджетные деньги на разработку зон охраны целого ряда военных мемориалов и братских могил. А теперь получается, что они потрачены впустую и регион уже не может утвердить охранные зоны”, — отмечает Евгений Соседов.

Директор петербургского офиса национальной юридической компании «Митра», руководитель практики частных клиентов Алина Лактионова добавляет, что некоторые части постановления действительно можно рассматривать как противоречие федеральному закону — например, в части постановления, которая устанавливает упрощенный порядок проведения работ на объектах культурного наследия.

«Безусловно вызывает вопрос пункт 3 постановления, который содержит перечень объектов, в отношении которых не будут устанавливать зоны охраны и объединенные зоны охраны. Таким образом судьба данных объектов неизвестна. Некоторые изменения могут казаться упрощающими правила для застройщиков, в то время как другие могут расценивать их как необходимые для адаптации законодательства к современным реалиям», — говорит она. <h2>Роль Минкульта и Минстроя</h2> Постановление также вводит некоторые “инновации, очень вредные с точки зрения охраны памятников”, говорит Евгений Соседов. Здесь речь идет не только об археологии и исторических ландшафтах, а обо всех объектах культурного наследия.

“Например, введены нормы о том, что в городах в случае “стесненной застройки” можно ограничивать охранные зоны буквально стенами соседних зданий, теперь в охранных зонах не охраняются ценные градоформирующие объекты, как это было прописано в прежней редакции положения, допускается строительство в зоне охраняемого природного ландшафта. Это относится уже ко всем памятникам, в том числе к памятникам архитектуры”, — говорит Соседов.

Другая такая “вредная” инновация, по мнению Сергея Чернова, заключается в том, что теперь для разработки зон охраны понадобится специальное разрешение, которое должно выдать Министерство культуры.

“У нас и так не налажено проектирование зон охраны, оно не обеспечено государственным финансированием, а тут еще требуется дополнительное разрешение на него”, — говорит он.

Идея отмены зон охраны для объектов археологического наследия не нова. По словам Соседова, ранее Министерство культуры РФ разрабатывало “аналогичное положение, но менее чудовищное”. Однако в предыдущие разы историческому сообществу удавалось предотвратить принятие деструктивных норм.

Причину принятия постановления Соседов видит в лоббизме Минстроя и компаний-застройщиков: <div class="intext-grey">

“В последние годы из-за политической и социальной обстановки в условиях СВО, стали вбрасываться законопроекты, сильно ломающие систему охраны памятников — под предлогом того, что нужно помогать застройщикам, экономику развивать и прочее. Это все лоббирует Минстрой, но это противоречит основам государственной культурной политики”.

</div> Однако ключевую роль в принятии и разработке постановления сыграло Министерство культуры — именно по его инициативе разрабатывался документ. “Возможно, руководство правительства в лице председателя правительства не очень даже отдавало себе отчет в том, какой документ подписывают”, — полагает Евгений Соседов.

Президиум Центрального совета Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры (ВООПИиК) <a href="https://t.me/csvoopik/462">обратился</a> к правительству России с просьбой отложить вступление в силу спорного постановления и провести экспертное и общественное обсуждение его деталей.

Ситуация уже вызвала обеспокоенность не только в среде историков и археологов, но и в Госдуме. Депутаты от фракции КПРФ Сергей Обухов и Михаил Матвеев направили депутатский запрос генпрокурору России с просьбой провести проверку законности и обоснованности принятого постановления.