Как меня подвели под Пронский монастырь

Наверняка, многих манит таинственность монастырей – неприступных обителей, скрытых от мирской жизни. Впечатляют монахи с седыми бородами, в черных рясах, отказывающие себе в плотских радостях, ведущие аскетичный образ жизни ради служения Богу. Такая картина рисуется в голове человека далеко нерелигиозного, но очарованного шармом отрешенного бытия вдали от цивилизации. Как выглядит монастырская жизнь изнутри? Чтобы приоткрыть завесу тайны, отправлюсь в Спасо-Преображенский Пронский монастырь. Заодно мельком взгляну на Пронск – небольшой городок, способный удивить даже заядлого путешественника.

Вид на две тысячи ярдов

И Рим не сразу строился

Несколько сотен метров отделяют смотровую от Пронского монастыря. Он невелик – всего несколько строений вытянулись в линию под навесом из густой растительности. Большинство зданий выложены из красного кирпича и имеют примерно одинаковую высоту.

Обитель проделала длинный путь от забвения к новой жизни. Некоторые здания пришлось восстанавливать буквально из руин…

История монастыря довольно типична – обитель основали в XVII веке, до революции это было весьма благоустроенное и цветущее место. С приходом Советской власти монастырь закрыли. Несколько десятилетий на его территории работал детский дом, затем настала эпоха запустения. Монастырь вновь открыл свои двери в 2013 году, важную роль в этом сыграл настоятель – игумен Лука (его история требует отдельного внимания).

Сейчас в монастыре кипит работа. За последние восемь лет удалось отреставрировать Трехсвятительскую церковь – строителям пришлось буквально перебирать кирпич за кирпичом. Недавно открылся Троицкий храм с колокольней.

На нее можно подняться любому охотнику за панорамными видами.

Прораб Енок – армянин по национальности – начал работать в монастыре в 2014 году. За это время он успел заново креститься, повенчаться с женой и найти смысл жизни в возрождении обители.

Раньше башен было шесть, сохранилась – всего одна, в планах – возвести еще две.

Прямо сейчас идут работы по восстановлению надвратной церкви – именно ее можно увидеть на одной из немногих дореволюционных фотографий обители.

В планах – вернуть проход, забетонированный в угоду расширения площади здания. Возрождение монастыря стало возможном во-многом благодаря пожертвованиям неравнодушных прихожан.

Тайная вечеря и секрет пронской селедки

Я пришел в Троицкий храм под конец вечерней службы, но ни капли об этом не пожалел. Во-первых, я копил силы перед утреней, которая, как я узнал, может длиться до трех часов. Во-вторых, мне удалось побывать в настоятельском корпусе, где живет игумен Лука. В монастыре всего два монаха и несколько трудников – людей, которые живут и работают в обители.

Ожидал, что убранство покоев игумена удивит меня, но нет – он живет в похожих условиях, что и многие из нас. Разве что бросается в глаза любовь настоятеля к иконам. Его стол полон продуктов известных марок – их названия опустим во избежание рекламы. Интерьер подобран со вкусом, без вычурной помпезности и напускной скромности. Все выглядит опрятно, я бы даже сказал по-домашнему.

Отец Лука – настоящая знаменитость этих мест. Он окончил ГИТИС, пишет научные труды, преподает, работает на телевидении, организует летние лагеря для детей. Своей открытостью и даром рассказчика он притягивает прихожан далеко за пределами Пронска – именно он причащал певицу МакSим во время ее болезни.

При мне Лука провел экскурсию по монастырю для группы прихожан, после чего угостил их обедом на уютной летней веранде.

За вечерней трапезой в настоятельском корпусе довелось познакомиться с прихожанином Алексеем – инженером и художником, рисующем макеты будущих строений монастыря. Ему важно, чтобы его дети росли в атмосфере доброты, заботы и любви к ближнему, для этого он привозит их в обитель. По его словам, православная община – круг людей, разделяющих схожие ценности и взгляды на жизнь.

Монастырь оказался местом весьма демократичным, раз меня впустили в «святая святых», пока настоятель ненадолго отлучился по делам.

Там, продолжил он, монахи ведут аскетичный образ жизни, а сама обитель отделена от внешнего мира водной преградой в виде Онежского озера. В Пронском монастыре столь суровых правил не придерживаются.

После перекуса и хорошей беседы встал вопрос о месте ночлега. Оказалось, что прихожане могут остановиться в гостинице для паломников или братском корпусе со всеми удобствами. Я выбрал комнату с лучшим видом на Проню. Колыбельную мне пели лягушки с соседнего пруда, пока я почему-то размышлял об удивительно вкусной селедке…

Служба службой, а трапеза по расписанию

В монастыре служат два раза в день – утром и вечером. Воскресная литургия – действо особенное. На ней мне и довелось побывать. Служба началась в полвосьмого утра. Пространство храма постепенно заполнилось прихожанами разных возрастов – от мала до велика. Насчитал человек тридцать. Мило наблюдать, как дети вносят свою лепту в происходящее – тихонько подходят к подсвечникам (паникадилам) и откладывают в сторону догорающие свечи.

К своему стыду не знал, что православные празднуют Воскресенье Иисуса Христа из мертвых не только на Пасху, а каждый воскресный день. Еще одной ошибкой было выпить чай накануне службы. Перед причащением запрещено употреблять любую пищу. Так что пройти таинство впервые в этот день мне было не суждено. Пожалуй, перед исповедью и причастием полезно изучить, как правильно подготовиться к обрядам.

Поскольку в обители служат лишь два монаха, на выручку им охотно приходят верующие. Одни вовремя кладут иконы на аналой – специальную подставку, другие помогают в нужный момент вынести из Алтаря Евангелие. Скромная прихожанка покорила меня пронзительным песнопением.

Простоять почти три часа на ногах – задача не из легких. Большая часть службы, помимо кульминации – причащения, посвящена молитвам. Интересно наблюдать за окружающими: многие знают священные тексты наизусть, у кого-то навернется слеза от переизбытка чувств. Находясь в кругу прихожан, невольно замечаешь, с какой теплотой и заботой верующие относятся друг к другу: не шумят, не толкаются, проявляют уважение, выключив звук на телефоне, дают посидеть на лавочках пожилым.

Есть и моменты, которые трудно объяснить светскому человеку. Например, зачем нужно целовать иконы, руки монахов. Кто-то умудрился поцеловать пол, пренебрегая элементарными правилами гигиены. И все же не стану лезть в чужой монастырь со своим уставом – есть вещи, которые можно не принимать, но оспаривать бессмысленно.

В целом же служба произвела сильное впечатление, помогла отвлечься от повседневных проблем и задуматься о вечном. Мне – крещенному агностику – так и не удалось уверовать, но понять тех, кто регулярно посещает богослужения, оказалось под силу.

После службы духовно сытые прихожане пошли восполнять дефицит калорий в трапезную. Столы ломились привычной едой: макаронами, сосисками, овощами, хлебом и сладостями.

Некоторые остались после трапезы и стали приводить в порядок территорию монастыря: поливать цветы, помогать на кухне, принялись за работы в теплице. Спрашивать их о мотивации показалось излишним. Сама обитель очень ухоженная.

По ком звонит колокол

После посещения Пронского монастыря открыл в себе критика укоренившихся идиом. Вот взять ту же «подвести под монастырь». Хуже самому подвести такой монастырь и его паству невразумительной статьей…

Если серьезно, обитель лишь кажется местом сугубо религиозным. Здесь можно найти покой и умиротворение, провести время на природе или просто пообщаться с интересными людьми. Никак не ожидал, что в Пронском монастыре, как ни в одной другом месте, трудно почувствовать себя одиноким и отрешенным.

Отпали и сомнения в востребованности монастырей в целом и Пронской обители в частности. Фениксу, возрожденному из пепла, больше незачем бояться тьмы.

В монастыре был Никита Брыкин