Государственное управление в Новгороде и Пскове (XII–конец XV вв.)
Причины «республиканского» развития Новгородско-Псковской земли
Недавно я писал об удельном порядке на Руси в XIII–второй половине XV вв. Совершенно другой дорогой в это время шла в своем развитии Новгородская земля. Отправляясь также от исходных условий Киевской эпохи, от князя и веча, она пришла не к господству князя-вотчинника, а к боярской республике (условный термин).
Как это случилось? Новгородская земля заселилась и объединилась экономически и политически силами самого общества. В XII–XIV вв. горожане, сельское население, монахи колонизовали огромные пространства русского севера до Белого моря и Кольского полуострова. Роль князей в этом была ничтожна и выражалась только в военном содействии колонизации. Затем сыграла свою роль географическая удаленность Новгорода от южной Руси, где сосредоточивались главные интересы князей. Не будучи предметом княжеских распрей, Новгород мало-помалу освободился от давления князя и мог на просторе развивать свой политический быт. Общий упадок княжеской власти в XII в. способствовал тому, что новгородцы привыкли обходиться приглашением к себе сменных князей, которые были связаны с новгородцами определенными обязательствами (совсем обойтись без князя тоже не могли, т.к. княжеская власть была необходимым атрибутом политической самостоятельности и государственного управления). Во второй половине XII в. Новгород приобрел еще и церковную самостоятельность — с 1156 г. новгородцы стали сами выбирать себе архиепископа.
Государственное устройство Новгородской и Псковской республик
Так в самом ходе исторического развития Новгорода развились и окрепли три главные особенности новгородской политической жизни: договорные отношения с князем, вечевой характер верховной власти и выборность городской администрации.
Договоры или ряды с князьями, скреплявшиеся крестным целованием, упоминаются в летописи уже с XII в. Но их условия известны только со второй половины XIII в. Новгородцы обязывали своих князей начальствовать над войском, управлять городом и вершить суд с ведома и под контролем городского посадника — высшего должностного лица в Новгороде. Князь получал на свое содержание строго определенный доход. Князь и его дружина не имели права приобретать в собственность земли и людей и даже жить в Новгороде (их пристанищем было Городище под Новгородом).
Князь был обязан дать новгородским купцам льготы для торговли в своем уделе и вести собственные торговые дела через посредничество Новгорода. В Пскове, который в XIV в. обособился от Новгородской земли, князь назначался главой посольств к иностранным державам. Таким образом, в этих договорах князь предстает не верховным государем, а лишь временным управленцем, являющимся в Новгород за известную плату защищать землю и вершить суд. Поэтому относительно каждого князя договоры предусматривали порядок его прибытия, когда он по обычаю получает дары, и порядок отбытия, когда он этих даров не получает.
Верховной властью в Новгороде и Пскове было вече. Это не был постоянно действующий орган власти.
Вече созывалось от случаю к случаю для обсуждения и решения важнейших дел. Созывал вече обыкновенно посадник или тысяцкий, реже — князь, они же предлагали круг обсуждаемых вопросов. На вече сходились все свободные граждане – бояре (родовая аристократия, владельцы земель), житьи люди (землевладельцы, занимавшиеся торговлей, но не входившие в состав родовой знати), купцы, духовенство, черные люди (городские ремесленники, торговцы), жители пригородов — областных городов. Решение выносилось не правильным голосованием, а, так сказать, на слух, по силе крика. Часто вече разбивалось на непримиримые партии, и тогда собрание выливалось в ожесточенную драку на Волховском мосту. Победители проводили свое решение дела, вечевой дьяк записывал решение веча, а владыка (архиепископ), посадник, тысяцкий и другие должностные лица прикладывали свои печати.
Какие же дела решались на вече? Все, которые входили в область верховного управления. Вече объявляло войну, заключало мир и договоры с иностранцами. Вече также законодательствовало, утверждало законы, в том числе церковные. Вече отправляло суд по важным политическим преступлениям, судило, например, посадников. В Пскове на вече судились иногда и важнейшие уголовные преступления — поджог, кража, конокрадство и волхование. Наконец, вече избирало и сменяло должностных лиц.
В число этих лиц входили:
1. Посадник — глава исполнительной власти. Как представитель города, он охранял его интересы при князе. Без него князь не мог судить новгородцев и раздавать волости. В отсутствие князя посадник управлял городом, часто предводительствовал войском и вел дипломатические переговоры с иностранными державами. Он также собирал вече и председательствовал на нем. Определенного срока службы для посадника долгое время не было, он правил до тех пор, пока его не отставляло вече. Но в XV в. его начали выбирать на год. Хотя теоретически в посадники мог быть избран каждый полноправный гражданин Новгорода и Пскова, в действительности должность посадника исправляли представители нескольких известных боярских фамилий. Например, в XIII-XIV вв. из потомков рода боярина Михаила Степановича избрано было 12 посадников. Посадник не получал определенного жалованья, но пользовался известным доходом с волостей (так называемое поралье).
2. Тысяцкий был начальником городского полка — тысячи (наряду с полком в новгородское войско входили княжеская дружина и владычен полк — дружина архиепископа). Ему подчинялись сотские, предводители сотен. В Пскове роль тысяцкого играл второй посадник. В противоположность посаднику, тысяцкий был представителем низших слоев горожан. В мирное время тысяцкий был начальником городской полиции и представителем торгового суда. Он делил с посадником некоторые функции — исполнял дипломатические поручения, руководил сбором веча. Как и посадник, тысяцкий получал за службу поралье.
3. Новгородский архиепископ, у которого был свой церковный суд и свое войско, играл важную роль в управлении городом, во внешних сношениях Новгорода с другими русскими княжествами и иностранными государствами.
Высшие должностные лица образовывали правительственный совет, который предварительно обсуждал все дела и предлагало вечу готовые проекты законов и решений, а также издавало постановления по текущим делам, не требовавшим обсуждения на вече. В Новгороде он носил название совета господ, а в Пскове — господа (господин — почетный титул, которым свободные люди чтили вышестоящих должностных лиц; в отличие от государя — хозяина). Состав его определился, в конце концов, таким образом: в него вошли владыка, степенные посадник и тысяцкий (то есть ныне действующие, от слова степень — помост на вечевой площади), сотские, старосты концов, старые (преждевыборные) посадник и тысяцкий, а также биричи (бирючи) — исполнители судебных и административно-полицейских поручений.
Местное управление. Управление областями
Кроме посадника и тысяцкого, существовали еще территориальные власти, органы местного самоуправления. Новгород и Псков делились на самостоятельные административные единицы — концы. В Новгороде их было пять (три были населены купцами и черными людьми, два — аристократией), в Пскове — шесть. Высшим органом кончанского управления были свои кончанские веча. Они избирали кончанских старост, судей, ведали местными делами. В пределах концов существовали более мелкие административные образования — сотни (их было по две в каждом конце), которые в свою очередь делились на улицы, со своими выборными улицкими старостами.
Кругом Новгорода лежали громадные пространства земли, которые носили название «земли Святой Софии» (по имени новгородского собора Святой Софии — духовного символа Новгорода). Они делились на пятины (коренные новгородские земли) и земли (колониальные области). Число пятин соответствовало числу концов: Обонежская, Водьская (между Волховом и Лугой), Деревская (между Мстой и Ловатью), Шелонская, Бежецкая (на юго-востоке). Предполагают, что пятины образовались путем постепенного присоединения к концам новых областей. Пятины распадались на волости, во главе которых стояли пригороды — младшие города: Псков, Изборск, Великие Луки, Старая Русса, Ладога и др. Они находились в политической и судебной зависимости от Новгорода, который присылал к ним посадника и отзывал его по своему усмотрению. Пригороды принимали участие в делах Новгорода, их представители приглашались на новгородское вече. В остальном это были такие же местные самоуправляющиеся миры, какими были новгородские сотни. В пригородах собирались веча для решения своих частных дел.
За пятинами находились новгородские волости, или земли, имевшие отличное от пятин устройство. Этими колониальными областями Новгород управлял не так, как пятинами, и притом не всеми одинаково. Среди них самое видное место занимали Заволочье, или Двинская земля, лежавшая за водоразделом бассейна Онеги, Западной Двины и Волги. Управление этим краем до XIII в. носило военный характер: для сбора дани туда ежегодно направлялись военные экспедиции новгородцев. В XIII-XIV вв. здесь появилось гражданское управление. Из Новгорода присылалось сюда двое посадников, которые жили в Холмогорах. На суде посадников со стороны двинян всегда присутствовал сотский, один на всю Двинскую землю, а по делам финансовым представителями местных интересов были старосты, избиравшиеся отдельными волостями.
Все остальные владения Новгорода на севере — Пермская, Печерская, Югорская и др. земли все время оставались на том же положении, в каком находилось Заволочье до XIII в.: новгородцы не имели там постоянных органов администрации, но посылали ежегодно даньщиков в сопровождении вооруженных отрядов для сбора дани.
Слабость государственного устройства Новгорода и Пскова
В удельную эпоху Новгород и Псков в юридическом отношении добились большей степени государственного единства, нежели удельные княжества Северо-Восточной Руси. Но фактически в новгородских и псковских областях также царил дух местной розни и обособленности. Права державных городов вызывали недовольство пригородов и областей, которое выливались в восстания. Для успешного противодействия центробежным стремлениям областей нужны были солидарность и единение внутри державного города, а это-то как раз и не было. В течение всех удельных веков Новгород и Псков раздирала борьба враждующих партий. Партии группировались по самым разнообразным поводам. Но в большинстве случаев образование партий имело в своем основании глубокий социальный антагонизм, борьбу «меньших» с «большими», черных людей с купцами и боярами, так как республиканская форма правления Новгорода и Пскова лишь прикрывала собой олигархию. Эта борьба сплошь и рядом принимала формы неприкрытой междоусобицы.
Таким образом, причина падения Новгорода и Пскова была не только внешняя — усиление Московского княжества, но и внутренняя. Если бы не было Москвы, Новгород и Псков, в конце концов, стали бы жертвой какого-нибудь другого соседа — Польско-Литовского государства или Швеции. Сами же новгородцы никогда не претендовали на то, чтобы стать объединяющим центром всех русских земель. Следовательно, никакого "республиканско-демократического" выбора развития у Руси не было. Московское самодержавие было естественным венцом исторического развития Русской земли.