Наша звездная система образовалась за 200 тысяч лет
Наша звездная система образовалась за 200 тысяч лет
Солнечная система сформировалась всего за 200 тысяч лет. К такому выводу пришли американские ученые, изучив изотопы молибдена в метеоритах.
Статья опубликована в журнале Science. Известно, что Солнечной системе около 4,5 миллиарда лет. Она сформировалась в результате коллапса газопылевого облака. Однако за какой промежуток времени это произошло, точно не известно, хотя и предполагается, что сравнительно быстро по космическим меркам. Наблюдения за другими звездными системами показывают, что такие процессы, вероятно, занимают один-два миллиона лет.
Но ученые из Ливерморской национальной лаборатории имени Э. Лоуренса (США) сделали заключение, что формирование Солнечной системы произошло менее чем за 200 тысяч лет. Чтобы прийти к таким выводам, исследователи изучили углеродистые хондритовые метеориты, в которых содержатся включения, богатые кальцием и алюминием.
Эти металлические «капли» были первыми твердыми телами в зарождающейся Солнечной системе, которые позже стали частью метеоритов. В список изучаемых объектов вошел, кстати, и Альенде — самый крупный углеродистый хондрит, обнаруженный на Земле.
Металлические включения были образованы при высоких температурах (более 1300 кельвинов) и, как полагают ученые, в непосредственной близости от молодого Солнца. Эти включения принято считать ровесниками Солнечной системы, хотя точное время их возникновения остается неясным. Ученые из США измерили соотношение изотопов молибдена в составе микроэлементов включений кальция и алюминия в метеоритах.
Выяснилось, что различные изотопные составы молибдена в последних охватывают весь диапазон материала, образовавшегося в протопланетном диске. Из чего ученые сделали вывод, что металлические «капли» должны были образоваться в период аккреции газопылевого диска и в переходной фазе звездообразования нашего Солнца. Этот период, по подсчетам авторов исследования, занял менее 200 тысяч лет.
=0=0=
Тайна изумрудного льда или «Кто вырыл яму у Корб-озера?»
Случай, о котором пойдет речь ниже, описан участником расследования писателем Виктором Ивановичем Демидовым, бывшим в свое время сапером-пиротехником в группе разминирования. Рассказ, озаглавленный «К вопросу о романтике», помещен в его книге «Мы уходим последними» («Молодая гвардия», 1967), в котором Демидов немного поменял имена действующих лиц.
Корб-озеро – неофициальное название. На самом деле это – безымянное ответвление Онежского озера. Когда то там была деревушка Ентино, но ее покинули ещё до войны, и теперь у воды стоят лишь несколько полуразвалившихся изб, а ближайшее жильё находится в более чем 3 км от этих мест. Озерко это окружено лесом и находится в очень глухом и труднодоступном месте Подпорожского района Ленобласти.
«Расположено в межхолмном понижении, простирается по линии В-З, в западной оконечности озера в него впадает река Тукша, вытекая из него в восточной оконечности. Длина — около 600 метров, ширина в средней части — 160 метров, средняя глубина — примерно 5-7 метров. Южный берег в большей части возвышенный, кромка леса отстоит от воды примерно на 200 метров, берег безлесый, довольно крутой. Северный берег отлого поднимается, лес начинается у самой воды. Дно сильно заиленное, прозрачность воды – нулевая».
Примерно в 9 часов вечера 27 апреля 1961 года работник местного леспромхоза Василий Михайлович Борский прошел берегом озера, проверил маленькую плотинку на стоке и направился дальше, заночевав в 7 километрах, а утром пошел обратно. В 8 часов утра 28 апреля он снова оказался на берегу и «… остановился пораженный, ошеломленный, потрясенный никогда не виданным явлением». Он увидел гигантскую свежевырытую яму, которой вчера еще не было. Длина ямы была примерно 27 метров, ширина – около 15 метров, а глубина – до 3 метров. Один конец ямы почти касался воды, а ее продолжением была огромная дыра, пробитая во льду озера.
«Потом он целый день шагал до ближайшего лесопункта, потом целую ночь — в район, пока не ушла… телефонограмма», в которой говорилось следующее: «Берегу озера образовалась непонятная воронка. Нужны специалисты и водолазы».
Через неделю, 2 мая, из Ленинграда прибыла группа военных и гражданских специалистов с целью определения характера вероятного взрыва, создавшего воронку. Пробиться на мощном трейлере не удалось, шли пешком километров тридцать.
«И вот мы наконец тут, – пишет В. Демидов, – стоим над огромной ямищей, а глаз отмечает все новые и новые подробности: крутой берег небольшого продолговатого озера. С нашей стороны — старые сероватые строения, не то сарайчики, не то брошенное жилье, с другой — молчаливый, таинственный лес. Прямо против одного из строений вырван огромный кусок земли. Будто циклоп шарахнул мотыгой. Наибольшая длина ямы вдоль берега — около двадцати семи метров. Ширина — больше пятнадцати. Глубина — три. У берега — большая полынья. В ней — редкие взлохмаченные льдины. Дальше — ровный, набухающий лед.
Яма как яма. И все же есть в ней что-то такое необычное. Но что? Чего-то недостает в сознании и ощущении. Может быть, ощущения причины? Пожалуй. В любой ситуации наш мозг немедленно собирает информацию о явлении или действии, свидетелями которых мы становимся, и тут же пытается проанализировать, призывая на помощь аналогию, основанную на книжном или реальном опыте. Пусть потом эта аналогия окажется нелепой, надуманной, но в первый момент она нужна как воздух. Здесь аналогии не было.
Я спустился в яму. Ни родников, ни грунтовых вод. Ничего хоть чуточку привлекающего внимание. На подходе к воде низ ямы сильно сужается. У самой воды вроде бы след чего-то тяжелого: дерн здесь раскидан по сторонам, дно чуточку приглажено. На озере — лед как лед: ни трещин, ни выбросов грунта на нем нет. Хм, выбросов… Может, начать именно с этого? В принципе такую ямищу мог размахать и взрыв. Но где же все-таки выбросы? Пока водолазы готовились пойти на дно, я буквально ползал вокруг ямы. Искал хоть бы кусочек выброшенного взрывом грунта, хоть бы опалинку на прошлогодней траве. Ничего!».
Демидов подошел к воде. «У ног плавали сероватые лохмотья пены, и среди них мелкие черные шарики, напоминающие сгоревшие семена проса или конопли, только меньше по размерам». Растер в пальцах – хрупкие».
Водолаз А.М. Тихонов вылез из воды, закончив первичный осмотр дна озера. «Дно около ямы, – рассказывал он, – покрыто сброшенной землей, глыбами мерзлого дерна. Понятно, почему в полынье мало плавающего льда! Его просто прижало ко дну. Скоротечность катастрофы не позволила льдинам вырваться на поверхность. Вся масса скинутой земли лежит довольно узким и длинным участком. Справа и слева от него – дно чистое и плотное».
Всплывший водолаз нечаянно перевернул одну льдинку. «Представьте себе кусок льда сантиметров тридцать толщиной. И вся его нижняя часть, та, что находилась в воде, окрашена в яркий изумрудный цвет! Просто половина льдины как бы впитала в себя необычный колер». И так все выбитые льдинки. А отломили кусок от ледяного поля — ничего нет.
После тщательного изучения дна был обнаружен след: «Похоже будто огромная труба лежала. Потом валик метра полтора высотой. Словно бы толкала «она» перед собой грунт и остановилась. Дальше — ничего. Куда же «она» делась? Не улетела же назад? А если улетела? Прикинули: с колоссальной скоростью эта штука грохнулась о землю, вырвала из берега около тысячи кубиков мерзлой земли, проползла по дну примерно двадцать метров, пробила пятиметровую толщу воды и вертикально умчалась в небо… Только так».
Взяли пробу льда, воды, грунта, пены, выловили горсточку зерен, фотографировали, пока не кончилась пленка.
Участковый уполномоченный районного отдела милиции опросил лесорубов: в ночь с 27 на 28 апреля никто из жителей ближайшего поселка ничего не видел и не слышал. Но некоторые уверяли, что через два дня после этого события, примерно с 2 и до 4 часов ночи, со стороны озера доносился мощный прерывистый рев, похожий на рев испытываемых авиационных моторов. «Поревет, поревет, – говорила одна из жительниц, – перестанет. Потом опять…»
Военные, изучив все собранные материалы, составили «Отчет по результатам осмотра места падения неизвестного предмета». Основатель отечественной уфологии Ф.Ю. Зигель привел этот уникальный документ в своей рукописи, удалив все фамилии и точное место инцидента: «Место падения — северный берег… в 40 м от построек бывшей деревни. Крутость берега в том месте — 60 градусов. Точка падения предполагается в 10-12 м от уреза воды. Озеро площадью 0,75 кв. км, проточное, в момент осмотра покрыто монолитным льдом толщиной 40 см. Глубина в месте падения до обломанной кромки льда — от 0,1 до 5 м».
Далее события разворачивались не менее интересно. Оказалось, что в Ленинграде, насчитывающем более 40 вузов, около 200 научных учреждений и организаций и почти 20 тысяч ученых, не к кому обратиться: никто не интересуется «ямами».
Размышляя о метеоритной гипотезе, В. Демидов бросился на поиски астрономов. «Оказалось, что астроном астроному рознь. Немногие даже в нашей космической столице – Пулковская обсерватория по сей день считается главной – разбирались в метеоритах».
В. Демидову рекомендовали обратиться к профессору Ленинградского университета В.В. Шаронову, который отклонил гипотезу о метеорите: яма велика, и метеорит, сделавший такую яму, не мог остаться незамеченным. Даже килограммовый метеорит — событие для специалистов. «Ямочка великовата, – сказал В.В. Шаронов. – Метеориты делают их самое большее раз в пять крупнее собственных размеров. А такой бы мы никак не проморгали».
«Не выдерживали критики и гипотезы относительно летательных аппаратов. Были у нас разговоры насчет неопознанных спутников. Но теперь я знаю, что обломки ракетоносителя космического корабля, в котором летал американский космонавт Джон Гленн, были подобраны в Южной Африке, на территории длиной восемьсот пятьдесят и шириной сто километров. Все-таки подобраны! Что же касается идеи об аппарате, упавшем и вновь взлетевшем, то опытные инженеры сильно сомневались в возможности существования устройств, способных выдержать такой колоссальный удар о мерзлый грунт и не растерять всех своих деталей до последнего винтика».
«В Ленинградском университете нам убедительно доказали, что яма наша ничего общего не имеет с карстовыми явлениями, а доктор наук, специалист по механике грунта, окончательно похоронил идею оползня». Гипотеза о молнии «сгорела» на кафедре высоких энергий Политехнического института.
Образцы исследовались в Лаборатории тонкого химического анализа при кафедре аналитической химии Ленинградского технологического института. Неожиданно заключение: «Определенные в растаявшем льду элементы не дают возможности объяснить зеленую его окраску, на которую указывали участники экспедиции». Оказалось, что элементы, обнаруженные в пробах, не давали зеленый цвет в любом из известных сочетаний. И тем не менее семь человек изумлялись зеленому цвету.
Анализ пустотелых зерен химики не проводили, так как это, с их точки зрения, не представляло интереса. В. Демидов упросил проверить и зерна. И вот что оказалось: «В инфракрасном спектре порошка, полученного при растирании зерен, полоса поглощения, соответствующая колебанию группы С-Н, характерная для любого органического соединения, лежащая от 3 до 4 мю, — отсутствует».
Под микроскопом зерна сверкали металлическим блеском. Были очень стойкими. Частицы их не разрушались ни в концентрированной серной кислоте, ни в ее смеси с плавиковой кислотой. Порошок, полученный из них, не растворялся и в соляной кислоте.
«Позже я выяснил, что зерна подобной формы могут возникать при высокотемпературных процессах, при сварке например. Да, могут возникать. Ведь химический состав наших зерен не дает основания предполагать, что они природного образования. Не встречаются в природе такие сложные конгломераты и в подобной компоновке. То, из чего они возникли, создано искусственно!»
«И все-таки об этой истории постепенно забыли, – пишет В. Демидов, — поскольку выяснилось, что ничего опасного для людей это явление не представляет. По-настоящему заинтересовать ученых мне так и не удалось. Но я иногда достаю из письменного стола фотографии, записи, акты и протоколы. Перебираю на ладони черненькие шарики. Повторяю заключение: «…эти зерна неорганического происхождения и, по-видимому, не являются природным образованием»».
И так, в ночь с 27 на 28 апреля 1961 г. (между 20 и 8 час.) в средней части южного берега в береговом откосе образовалась яма размерами 24,55х 18,6х3,5 метров. У берега озера во льду как продолжение ямы была выбита полынья, а следы на дне показывали, что «что-то», создав яму необычным способом, частично «проглотив», частично сбросив в воду около 1000 м мерзлой земли, не оставив при этом на поверхности ни одного комочка, проползло по дну около 20 метров, толкая перед собой грунт, образовавший валик метра полтора высотой. Затем это «что-то» каким-то образом исчезло. Вероятно, таким же, как и появилось. Отломанные куски льда тридцатисантиметровой толщины оказались окрашенными в нижней части в яркий изумрудный цвет. Были найдены мелкие черные шарики, легко растиравшиеся пальцами.
8 августа 1970 г. у ямы побывал Ю.М. Райтаровский. Вот что он рассказывал: «…произвел фотографирование ямы со сруба, проложив белым шнуром линию С-Ю. Как видно на снимке, за 9 лет в яме выросло три деревца. Толщина стволов была примерно 5 см (ольха). На втором снимке обращает на себя внимание буйная по сравнению с окружающим склоном растительность в яме.
По осевой линии выхода ямы к воде на расстоянии примерно 1 м от уреза воды были взяты пробы грунта на предмет отыскания «зернышек», о которых пишет Демидов. Шурфик разрабатывался слоями по 5-7 см толщиной до глубины 20-25 см. В первом слое попались два-три «шарика», а затем их количество стало резко возрастать, так что в общей сложности их набралось порядка 200-250 штук. При визуальном рассмотрении они имели темный цвет с фиолетовым отливом, подавались раскрошению, внутри пустотелые. При рассмотрении излома пор микроскопом наблюдалась кристаллическая структура».
В 1978 году Ю.М. Райтаровский сделал сообщение на семинаре ЛО ИЗМИР АН СССР, после чего на Корб-озеро выехала экспедиция под руководством кандидата физико-математических наук Э.С. Горшкова. В экспедиции участвовал Ю.М. Райтаровский, который писал: «Первое, что поразило меня по прибытии на место, — это лес, заполонивший всю яму и только яму. На расстоянии 100 м по берегу имелся старый котлован от какой-то постройки довоенных лет. Он оставался незаросшим даже травой, а здесь — лес от края до края ямы, но ни одного деревца выше кромки ямы, на береговом склоне».
«Магнитометрические съемки, – пишет далее Ю.М. Райтаровский, – ничего не дали. Миноискатели обнаруживали только бытовой и военный мусор (подкову, гвоздь, гильзы и т.п.). Магнитным посохом было собрано некоторое количество мелких частиц. Повторная экспедиция в апреле 1979 года работала со льда магнитометром, прибором электроразведки, пробив во льду 300 лунок, но никаких аномалий не обнаружила. Пробы почвы, донного грунта и магнитные образцы были отправлены В.И. Демидовым, участвовавшим в апрельской экспедиции 1979 года, на анализ в Горный институт. Предварительные сведения – никаких особенностей».
Окончательные результаты ничего нового не добавили. Итог: это – не взрыв, не метеорит, не карстовое явление, не оползень, не молния.
Что же касается идеи об аппарате, «упавшем и вновь взлетевшем», возможно, он не «упал», а приземлился, проделал какую-то работу, имеющую, возможно, большой смысл, но бессмысленную с точки зрения современного земного уровня, и улетел обратно? Улетел обратно, ибо есть следы проделанной работы, но нет следов этого «чего-то», проделавшего работу. В этом случае отсутствие следов есть также след. Исследования на Корб-озере проводились до 1979 года, но тайна так и осталась нераскрытой, хотя случай этот не забыт.
Похожие случаи происходили и в других местах.
В начале июля 1976 года пастух из Кольмарлез-Альп (Франция) обнаружил в горах странные следы: две прямые параллельные борозды глубиной от 20 до 25 сантиметров и длиной 20 метров. Борозды начинаются от большой скалы и внезапно обрываются. Камни и горная порода кажутся растертыми в порошок. Рельеф местности, где обнаружены следы, делает ее недоступной для тракторов или чего-либо другого из известных средств. Изучением следов занималась жандармерия («Нис матэн», 11 июля 1976 г.; «ЛДЛН», 1976, №159).
10 мая 1967 года на поле, засеянном клевером (Марлиан, Кот-дир, Франция), были найдены загадочные следы. Расследование велось силами жандармерии и ВВС Франции. Следы были фигурными не только в горизонтальном, но и в вертикальном плане.
Обнаруженное вещество пурпурного цвета было подвергнуто анализу в Парижской муниципальной лаборатории (химический анализ) и в лаборатории Пижонского университета (спектрографический анализ). Определено, что вещество состоит из маленьких кристаллов кварца и окиси алюминия, доведенных до точки плавления. Плавление наступает при 1500° С. А листья клевера в зоне следов не были даже опалены. («Phenomenes Spatiaux», septembre 1967; 1. Hobana, J. Weverbergh, «Les OVNI en URSS et dans les pays de l’Est», Ed. Robert Laffont. 1976; J.-C. Bourret, «Le nouveau defi des OVNI», Ed. du Club France Loisirs, P. 1979. В книге Буррэ помещены фотографии следов, взятые из документов французской жандармерии.)
1 апреля 1968 года два шведских рыбака увидели, что лед толщиной 90 сантиметров, покрывавший озеро Уппрэмен (Швеция), был разбит удивительным образом: было выбито пятисотметровое треугольное отверстие, причем выбитые куски льда были разбросаны по всей поверхности озера как вокруг отверстия, так и далеко от него. Опускавшиеся в озеро водолазы обнаружили чешуйчатое вещество неизвестного происхождения. При осмотре других озер в том же районе были найдены аналогичные треугольные отверстия, причем одно имело те же размеры.
В. Демидов приводил и другой случай: «В июле 1962 года в юго-западной Англии произошла история, несколько аналогичная нашей. За ночь — также без шумовых и световых эффектов – на картофельном поле фермера Роя Блэншарда образовался блюдцеобразный кратер с похожими на трезубец тремя бороздами по сторонам. Там тоже работали саперы и тоже ничего не нашли. Но у этого кратера побывал и известный английский астроном Патрик Мур. Он выдвинул предположение о метеоритном происхождении кратера, хотя и заявил, что он, Мур, «не смог обнаружить никаких следов метеорного материала и поэтому определенных доказательств падения метеора не существует».
«Их может и не существовать, даже если падение метеорита имело место, – успокоил английскую общественность коллега Мура, астроном Хаустон, – в том случае, если метеорит ледяной».
«Блюдцеобразный кратер с похожими на трезубец тремя бороздами по сторонам» — схож со случаем в Марлиане (10 мая 1967 г.). Там тоже есть борозды по сторонам, а профиль продавленности и фигурные шурфы, свидетельствуют о том, что ни о каком случайном падении ледяного или иного метеорита не может быть и речи.
=0=0=
В Египте продолжают раскрывать тайны «кричащих мумий»
Компьютерная томография помогла прояснить, почему мумии выглядят так будто бы и в самом деле кричат...
Кричащая женщина
Уже вторая «кричащая мумия» выдала свои секреты египетским ученым – Захи Хавассу (Zahi Hawass) который в свое время возглавлял Министерство по делам древностей Египта, и профессору Сахару Салиму (Sahar Saleem) - радиологу из Каирского университета (professor of radiology at Cairo University). Оба работают по проекту Egyptian Mummies Project – идентифицируют останки, пытаются определить родство, проводя анализы ДНК, исследуют мумифицированные тела с помощью компьютерного томографа, выясняя чем при жизни болели их обладатели, от чего умерли.
Недавно любознательные ученые сканировали «кричащую женщину» - скрюченную мумию, застывшую с широко раскрытым ртом, неестественно вывернутой головой и гримасой ужаса на лице. В таком виде женщина пребывает вот уже 3 тысячи лет – из них почти 150 лет, что называется, на публике.
Мумию, от которой берет оторопь, нашли еще в 1881 году в окрестностях Луксора в мемориальном комплексе Дейр-эль-Бахри (Royal Cachette in Deir El-Bahari) – секретной усыпальнице царственных особ и их близких родственников. И лишь в 2020 году поняли, от чего она «кричит».
Сканирование продемонстрировало: женщина страдала от атеросклероза – им были поражены сразу нескольких артерий. А умерла она от обширного инфаркта примерно в 60-летнем возрасте.
Как полагают Хавасс и Салим, женщине перед смертью было очень больно, от этого она и кричала, пока не оцепенела, вывернув голову и скрючив ноги. Умершую нашли через несколько дней, разогнуть оцепеневшее тело не смогли, равно как и закрыть рот. Так и забальзамировали – как была.
Ученые выяснили, что умершую звали Мерет Амун и что она была принцессой. Но определить, кому конкретно она приходилась дочерью, пока не получилось. Имя Мерет Амун носили дочери несколько фараонов. Чтобы отыскать папу, нужны дополнительные анализы ДНК.
С выводами ученых знакомит египетский портал Ahram Online, на который ссылается британская газета Daily Mail.
Кричащий мужчина
Два года назад Хавасс и Салим сканировали другую «кричащую мумию» - мумию мужчины, обнаруженную там же в Дейр-эль-Бахри, но чуть позднее – в 1886 году. Назвали находку «Неизвестный человек Е» (Unknown Man E). И предположили, что он был отравлен. От чего, якобы, и застыл с раскрытым ртом.
Опознали тело генетики. Анализ ДНК показал: «неизвестный»» приходился сыном фараону Рамзесу III. И звали его Пентауром (Pentawere).
Принц Пентаур, участвуя в так называемом «Заговоре в гареме», зарезал своего папашу. За что потом был повешен – ученые нашли на шее отцеубийцы след от веревки. Рот он раскрыл в процессе казни. И с тех пор не закрывал.