Новгородские исторические записки от Виктора Смирнова. Записка сто двадцать восьмая: «Путешествие по Волхову. Онег»

Мы продолжаем серию публикаций на тему истории Великого Новгорода и Новгородской земли авторства историка и писателя Виктора Смирнова. Материалы публикуются с разрешения автора.

Путешествие по Волхову. Онег

Чуть ниже Муравьевских казарм на левом берегу Волхова сохранились следы имения Онег -- родового гнезда Сергея Рахманинова.

Будущий гениальный музыкант родился 20 марта 1873 года в семье генеральской дочери Любови Петровны Бутаковой и отставного гусарского офицера Василия Аркадьевича Рахманинова. О месте его рождения мнения исследователей расходятся. Сам Сергей Васильевич называл в качестве такового усадьбу Онег, однако в метрических книгах местом его крещения названа старорусская усадьба Семеново. А поскольку Онег от Семенова отделяют почти 180 верст, возникает сомнение в том, что родители Рахманинова проделали этот путь с новорожденным младенцем.

Онег, куда вскоре перебралось семейство, тогда являл собой типичную усадьбу небогатого русского помещика: старый парк, фруктовый сад, цветники, людская, амбары, рига, конюшня, скотный двор, погреба, пруд с карасями, деревянный господский дом с мезонином.

Родители Рахманинова были абсолютно разными людьми. Отец, любитель покутить и поволочиться, всегда без гроша в кармане, но всегда в прекрасном расположении духа. Мать молчаливая, замкнутая, болезненно ревнивая (и не без оснований!). Но при этом они оба были музыкально одаренными людьми и передали этот дар своим детям.

Первым инструментом Сережи был старый рояль красного дерева на кривых ножках, первой учительницей музыки подруга матери Анна Орнатская, сумевшая разгадать и пробудить поразительную одаренность своего ученика.

Отец с матерью часто ссорились, и бабушка Сергея Софья Александровна Бутакова, чтобы избавить обожаемого внука от этих сцен, увозила его к себе в Новгород. Она знала толк в духовной музыке и приобщала к ней внука. В Софии они слушали церковные песнопения, но особенно любили слушать перезвоны новгородских колоколов в исполнении местного виртуоза Егорки-звонаря. Пройдут годы, и эти перезвоны оживут в симфонической поэме Рахманинова "Колокола" как память об утраченной Родине.

Тем временем материальное положение родителей Рахманинова вконец ухудшилось. Отставной гусар промотал все приданое жены. Одно за другим ушли с молотка четыре имения, Онег стал пятым и последним. Незадолго до отъезда в парке спилили любимую ель Сергея. Это воспоминание отозвалось одним из лучших романсов Рахманинова " И у меня был край родной":

И у меня был край родной;

Прекрасен он!

Там ель склонялась надо мной...

Но то был сон.

В столице Рахманинов поступил в консерваторию, но каждый год на летние каникулы он приезжал к бабушке в Новгород, которая купила для него Борисовскую мызу на берегу Волхова.

В 1918 году Рахманинов навсегда покинул Россию. Однако новгородские воспоминания будут часто посещать его в эмиграции, отзываясь ностальгическими нотами в его творчестве. Скульптор Коненков вспоминал как в 1925 году, в Нью-Йорке, во время работы над бюстом Рахманинова, тот вдруг восторженно заговорил о родной его сердцу новгородской природе. Перед смертью Сергей Васильевич просил жену похоронить его в новгородской земле, однако война помешала исполнить его последнюю волю. Прах нашего великого земляка ныне покоится на кладбище Кенсико близ Нью- Йорка.

Любовь Петровна Рахманинова после развода с мужем вернулась в Новгород. Жила крайне бедно. Советская власть косо смотрела на мать белоэмигранта, хотя Рахманинов уже находился на пике мировой славы. Деньги, которые присылал матери из эмиграции Сергей Васильевич, Любовь Петровна отправляла другому своему сыну. Похоронена Любовь Петровна на Рождественском кладбище. Надпись на могильной плите гласит: "Матери, подарившей миру гения".

Усадьба Онег после революции была национализирована, в ней устроили пионерский лагерь. В годы фашистской оккупации здесь действовала школа люфтваффе, в которой проходили переподготовку немецкие летчики. Это и определили трагическую судьбу Онега. В 1944 году в ходе ожесточенных боев имение подверглось сокрушительной бомбардировке нашей авиации, уничтожившей все постройки.

С той поры не раз появлялась, но всякий раз угасала надежда на восстановление усадьбы. Последний раз это случилось в ходе строительства проходившей рядом автотрассы М-11. Под воздействием культурной общественности возник замысел возрождения Онега, который должен был превратиться в музейно-туристический комплекс. Началась разработка проекта, саперы разминировали территорию усадьбы, рабочие приступили к расчистке аллей старого парка, и всем нам уже рисовались радужные картины возрожденной усадьбы. Но, увы, как это часто случается в нашем богоспасаемом Отечестве, вскоре радужные надежды разбились о суровую реальность, проще говоря, на Онег не нашлось денег.

И все же не хочется верить, что в этой истории поставлена жирная точка. Вы спросите, чем так дорог для нас Онег? Что ж, отвечу. Эта маленькая усадьба дорога для нас тем, что здесь случилась самая главная встреча в жизни русского гения -- его первая встреча с музыкой.