Заслуженная учительница заявила, что перевела деньги мошенникам и не отдаст квартиру покупателю
Уже перестали удивлять истории, как пожилые продавцы после сделки с квартирой заявляют, что попали под влияние мошенников, а покупатели теряют и деньги, и жильё. Но в Омске молодой матери двоих детей Анне Савкиной, похоже, может повезти: она доказала, что добросовестная покупательница и два суда уже встали на её сторону, хотя против неё выступает сама продавец-учительница.
Анна поделилась своей историей. Фото: Из личного архива тестовый баннер под заглавное изображение
Молодая мать двоих детей Анна Савкина живёт в Омске, сыну 9 лет, дочке 1 годик. Больше года назад Анна купила трёхкомнатную квартиру у пенсионерки-учительницы. После сделки продавец заявила, что её обманули мошенники. Она перевела деньги «на безопасный счёт» и потребовала отменить сделку.
«В итоге мы не можем попасть в квартиру. Бывший собственник там живёт и освобождать квартиру не собирается. Меня никто не защищает. Я писала в соцфонды, ходила к уполномоченному по правам ребёнка, но никакой помощи не получила. Мы скитаемся по съёмным квартирам, я плачу ипотеку. Оказалась в долгах. При этом бывший собственник мне пишет, чтобы я прекратила бороться за квартиру и дала ей спокойно жить. По справедливости, говорит, квартира должна вернуться ей, а мы пусть идём на улицу. И это говорит учитель! Я не хочу оказаться на улице, поэтому прошу огласки, мне нужна помощь», — рассказала Анна в соцсетях.
Мы поговорили с оказавшейся в ситуации без квартиры и без денег добросовестной покупательницей.
— Уже больше года тянется это дело, — начала Анна. — После рождения второго ребёнка я получила маткапитал, плюс взяла ипотеку и купила трёхкомнатную квартиру без ремонта на окраине города. На что хватило денег. Цена была обычная, не подозрительно дешёвая, как бывает в похожих историях. Мы провели оценку квартиры, подготовили документы.
Продавцом оказалась женщина 60 лет, учительница. Я сразу предупредила, что сделка будет долгой: нужно было получить предодобрение по ипотеке, оформить маткапитал, собрать документы. Спросила, готова ли она ждать. Она согласилась: «Да, вносите аванс, подождём, сколько нужно». В итоге сделка длилась больше месяца.
В банке мы подписывали договор, хозяйка квартиры поздравляла меня с покупкой. Изначально она говорила, что будет жить с племянницей. Та подтвердила, что они договорились жить вместе. И продавец, и её риелтор показывали мне квартиру. Продавец объясняла, какую мебель заберёт, какая останется. Спрашивала, сколько у меня детей, хвалила: «Какие вы молодцы, поздравляю вас». Была милой, доброй, адекватной. Хотела напоить чаем. После сделки снова поздравляла: «Какие вы умнички, вам так подойдёт моя квартира».
Никаких сомнений ни у меня, ни у риелторов с обеих сторон не возникло. Её риелтор постоянно повторяла, что продавец — заслуженный учитель, порядочная женщина, с документами всё в порядке. Моя риелтор тоже всё проверила — было всё чисто.
— Как проходила передача денег и ключей?
— Я внесла первоначальный взнос, дальше пошла ипотека. Мы договорились: когда придёт маткапитал, она получит оставшуюся сумму и съедет. Мы были на связи, хозяйка квартиры убеждала, что собирает вещи, родственники всё вывезут и она передаст ключи. Когда я приехала за ключами, оказалось, что она кому-то перевела деньги «на безопасный счёт» и заявила, что раз денег у неё нет, то и квартиру она отдавать не будет.
— Что было дальше?
— Я подала в суд на её выселение. Думала, процедура займёт месяц-два, и её выселят. Но она подала встречный иск об отмене сделки, обвинила меня, что я мошенница и всё организовала. Этот факт не подтвердился: ко мне приходили следователи, допрашивали, проверяли.
Потом она решила зайти с другой стороны и заявила, что недееспособна. Принесла экспертизу, что она неадекватна. Но при этом она работает учителем, а на момент сделки у неё была свежая медкомиссия, которую педагоги проходят каждый год, о том, что она вменяема.
Мы ходатайствовали о судебной психиатрической экспертизе, чтобы женщину положили в больницу и тщательно обследовали. Два месяца она там лежала. Медкомиссия показала, что она дееспособна и с головой у неё всё в порядке. Я в этом и не сомневалась.
Затем начались суды. Процессы постоянно затягивались: то она прийти не могла, то заболела. Всё это длится больше года.
— В какой момент вы фактически остались без жилья?
— Когда я только купила квартиру, мы расстались с мужем. Я осталась одна с двумя несовершеннолетними детьми. Пришла в квартиру, которая по документам уже моя. Умоляла эту женщину пустить нас жить, потому что идти мне было некуда. Она захлопнула передо мной дверь и сказала, что никуда не уйдёт, что я могу идти на улицу, а квартира должна вернуться ей. Я была в шоке.
Мне пришлось взять кредит и снять квартиру. Я обращалась во все инстанции: в Следственный комитет, к уполномоченному по правам ребёнка, в фонды помощи женщинам. Не понимала, как в наше время может быть такое, что человек законно купил жильё, использовал маткапитал, взял ипотеку, у детей доли в квартире, а жить мы там не можем?! Остались на улице, и никто не может помочь.
— Какие решения уже принял суд?
— Первый и второй суд я выиграла. 9 декабря будет третий суд: она подала кассационную жалобу. Жду решения. Исполнительный лист, подтверждающий, что два суда вынесли решение о её выселении, лежит у судебных приставов. Но с сентября ничего не делается.
Я была у приставов, там сказали, что выселять могут и год, и два, и три: нет чётких сроков, в которые они обязаны это сделать. Обещают поговорить с ней и выписать штрафы. А бывший собственник тем временем пишет мне, чтобы я забрала исполнительный лист и дала ей спокойно жить в квартире, потому что она не хочет платить штрафы. «Вы же мать, где ваша человечность, оставьте меня в покое», — такое я слышу от нее.
— Почему суды встали на вашу сторону.
— Так у неё нет доказательств, что её продавать квартиру заставили и обманули мошенники, всё только с её слов.
— Не осталось никаких переписок, скриншотов, подтверждений?
— Нет! Переписок нет, ничего нет. Только чеки о переводе. Она говорит, что удаляла переписки. Это всё опять же только с её слов.
Когда она переводила деньги в банкомате, её на месте опрашивали полицейские: понимает ли она, что делает. Она им сказала, что продала квартиру и переводит деньги родственникам. Расписалась в протоколе. Позже у неё появлялись ещё какие-то версии, что якобы могло произойти. Я не знаю, что там было на самом деле. Знаю лишь факт: она, получив деньги за квартиру, распорядилась ими по своему усмотрению, перевела деньги на какой-то «безопасный счёт».
— Родственники у продавца есть? Кто-то был в курсе продажи квартиры?
— У неё есть родственники. Я разговаривала по телефону с племянницей. Да, они действительно хотели жить вместе, и сама женщина подтверждала, что переедет к племяннице. Племянница тоже мне сказала, что они планируют жить вместе.
Потом, когда всё началось, я снова звонила племяннице ещё несколько раз. Просила, чтобы хозяйка переехала , чтобы не втягивали нас в эту историю. Племянница говорила, что они нашли ей квартиру, она собирает вещи и скажет, когда заезжать. А потом вдруг позвонила и заявила: «Нет, мы квартиру себе обратно вернём, вы сюда не переезжайте».
— Какую сумму вы заплатили за квартиру?
— 4 млн рублей. Всё шло через банк, никаких наличных на руки! Все переводы проводил банк и Пенсионный фонд.
— Как бывшая владелица вела себя в суде?
— На одно из судебных заседаний приезжали журналисты. После суда бывшая собственница подошла и сказала, что я и мои дети поплатимся за то, что пытаемся вернуть квартиру, и что она не даст нам жить спокойно. Хотя я ничего плохого ей не делала, только пытаюсь предать огласке то, что происходит. Она, наоборот, просила сделать заседание закрытым. Когда приезжало телевидение, она отказывалась от комментариев, говорила, что не хочет, чтобы кто-то знал об этой ситуации. А я, наоборот, пытаюсь привлечь внимание, чтобы люди узнали, что такое возможно.
Я не представляю, что нас с детьми оставят на улице с ипотекой, а квартиру вернут бывшему собственнику. Очень хочу верить, что до конца года мы всё-таки переедем в нашу квартиру и сможем спокойно жить.