«Истории Чинахова и Грицюка меня вдохновляют, а Макар — ролевая модель». Интервью молодого таланта Гуляева

Михаил Гуляев — один из самых перспективных защитников по своему году в России и мире. К своим 17 годам он выиграл Юношеские Олимпийские игры и Кубок Глинки/Гретцки, который считается неофициальным чемпионатом мира среди юниоров. В прошлом сезоне он ярко дебютировал в МХЛ, набрав 35 очков в 54 матчах. А этим летом Гуляев проходит сборы с главной командой. На Sochi Hockey Open он сыграл уже два матча, а его дебют состоялся в паре с опытнейшим Антоном Беловым.

— Боб Хартли в прошлом сезоне посадил Ивана Мирошниченко к Илье Каблукову и сказал Каблукову, чтобы тот стал для молодого нападающего «папой». У вас с Антоном Беловым похожая ситуация?

— Антон много советов дает. И во время игры, и в раздевалке. Говорит, как лучше себя вести. Но не только он, но и Дамир Шарипзянов помогает. Мне перед сборами сказали посматривать на Дамира. Его работа — это то, что мне надо. Другие ребята тоже подбадривают, говорят, что все получится.

— Вам говорят смотреть на Шарипзянова, но вы — атакующий защитник, а Дамир известен скорее умением ловить шайбу на себя.

— Согласен, мы разные. Никто не просит, чтобы я играл точь-в-точь как Дамир и поменял стиль. Речь о том, что Шарипзянов очень хорош на тренировках. Он давно в команде, все знает, пример для многих.

— Вам было 7-8 лет, когда про Белова во время локаута писали «лучший защитник мира». Он и на фоне энхаэловцев выглядел солидно. А вам кто-то запомнился из тех, кто приезжал тогда в КХЛ?

— В Новосибирске ходил на хоккей, видел Белова в составе СКА. Наблюдал за ним, знал, что он очень хороший защитник. Но больше следил за теми, кто играл за «Сибирь». Когда я был маленький, смотрел на Тарасенко. Хоть я и защитник, а он нападающий. Нравилась его игра. Мой отец хорошо знает Вову, я тоже немного.

— Атакующим защитникам, которые попадают из МХЛ в КХЛ, нередко бьют по рукам, запрещают те или иные вольности. В чем вам приходится себя сдерживать, ломать?

— В КХЛ с этим построже. В МХЛ я мог себе позволить подключиться в зону атаки, недоработать сзади. Сейчас сам где-то перестраховываюсь. Понимаю, что команда работает и нельзя партнеров подвести. При этом тренеры разрешают ошибаться. Лучше сделать ошибку на предсезонном турнире, а через игры исправить. Ошибки дают опыт, пищу для размышлений. В МХЛ я мог провести двухминутную смену, а здесь даже минуту на льду провести бывает тяжеловато. Испытал разницу на себе.

— Майк Кинэн гонял Алексея Ковалева семь минут без перерыва. Можете представить такую смену?

— По детям бывало, мог много играть, не уходя со льда. Но во взрослом хоккее такое не получится. Смена — минута, а лучше даже меньше. Ты всегда должен быть в форме, в полной концентрации. Чуть-чуть переиграл, партнер на лавке застоялся — все сразу идет кубарем.

— То, что Дмитрий Рябыкин сам в прошлом защитник и защитник весьма приличный, помогает?

— Персональных советов Дмитрий Анатольевич не давал. Он показывает всей команде, а я впитываю. Как коньки ставить, как клюшку.

— Голос на вас главный тренер уже повышал?

— Повышал, но по делу. Это нормально.

— Его философия сильно отличается от того, к чему вас приучал главный тренер «Омских ястребов» Черночуб?

— Молодежный хоккей и КХЛ — это разные миры. В МХЛ, повторюсь, могут не наказать за ошибки. А тут больше мастеров, которые могут сделать голы из ничего.

— В том году «Авангард» был более схематичной командой. Теперь, кажется, такая же игровая как «Ястребы». Вы просто выбросили шайбу из зоны, а Грицюк и Ткачев ее превратили в гол…

— Это большой опыт играть с такими мастерами. Смотрю, что делают мои партнеры, радуюсь, что представилась возможность выйти на лед с такими исполнителями. Половина команды выигрывала Кубок Гагарина. Большая честь быть в этом коллективе.

— «Авангард» не только Кубок Гагарина выигрывал, но и два года подряд омичи становились новичками года. Понимаете, на что я намекаю?

— Истории Чинахова и Грицюка меня вдохновляют. С Арсением мы живем в одном номере. Для меня он пример того, что нет ничего невозможного. Он, мягко говоря, не сильно старый игрок, но уже много чего доказал, съездил на Олимпиаду. Так что все в моих руках.

— Мало кто дебютирует в МХЛ так результативно, как получилось у вас. Манера игры «Ястребов» помогла? Или, может быть, отец в тренерском штабе?

— Я привык к этому хоккею, который проповедует Виталий Геннадьевич (Черночуб, главный тренер «Омских ястребов». — Sport24). На протяжении сезона мы не меняли стиль игры, играли в наш хоккей. Я выходил на лед и кайфовал. Отец тоже помогал, много подсказывал.

— Расскажите про своего отца.

— Он в прошлом бывший хоккеист, выступал за «Сибирь». Потом стал тренером, меня на коньки поставил. Тренировал в «Сибири» 1995 год, за который играл Костя Окулов, 2000-й, потом 2006-й. Я занимался с 2005 годом, мои первым тренером был Владимир Николаевич Гольц. С 4 до 12 лет я играл у него. Потом уже Виталий Геннадьевич забрал меня к себе в 2004-й.

— То есть до переезда в Омск вы под руководством отца толком не играли?

— Четыре года, когда отец помогал Виталию Геннадьевичу: три в школе и один сезон в МХЛ.

— Не всем просто работать в команде с отцом. А кому-то, наоборот, дают послабления. Каков ваш случай?

— Послаблений точно нет. Этого быть не должно. Я не отличаюсь ничем от других игроков, я такой же пацан. Отец много заставляет делать. «Не будешь работать — не будешь играть» — это правило хоккея, правило жизни.

— В структуре «Авангарда» с недавних пор работает Александр Свитов. Настоящая глыба. Какое у вас о нем впечатление?

— Александр проводит в Академии каждый день с 8 утра и до самого вечера. Он постоянно с командой, может зайти в раздевалку и поинтересоваться у каждого, как дела. Все очень хорошо к нему относятся. Рад, что таких людей назначают на подобные должности. Он знает всю эту «хоккейную» варку.

— Свитов был довольно суровым хоккеистом. Внешность, опять же, брутальная. Не боитесь сделать или сказать при нем что-то не то?

— Чуть-чуть, наверное, побаиваемся, зная, какой он вне раздевалки (смеется). Но как человек он очень добрый. Ошибся или не ошибся ты на льду — без разницы.

— Раньше считалось, что защитнику трудно себя проявить, быть по-настоящему заметным. Но за последние три года два «Конн Смайт Трофи» доставались Виктору Хедману и Кейлу Макару. Вас это обнадеживает?

— Конечно, это радует! Я слежу за Макаром. В России и Америке, наверное, немного разный хоккей. Там защитникам чуть больше позволяют в атаке. У нас не так часто можно подключаться. Хорошо, что ярких заметных защитников все больше и больше.

— Что невероятное в игре Макара вам бросается в глаза?

— Катание, в первую очередь. Второе — это видение площадки. К нему пришла шайба — у него есть два, три, четыре варианта для передачи. Это почерк большого мастера, когда голова работает как компьютер, просчитывая варианты развития атаки. Ну и броски у Макара не слабенькие. Он не сильно высокий, зато юркий.

— Алексей Кудашов недавно сказал, что для всех команд сейчас ориентир — «Колорадо». Значит ли это, что для всех защитников ролевая модель — Макар?

— За всех не скажу. Для меня — да. Но у одного одна задача на площадке, у другого — другая. Кому-то нужно на себя шайбу ловить, построже в обороне играть. Раз Макар сейчас на виду, это не значит, что все должны копировать его игру. Да и не у всех получится.

— На турнире в Сочи Матвей Мичков попал под сокрушительный прием Алексея Емелина. Были у вас такие случаи?

— Слава Богу, не было. Но всегда надо быть начеку. В отличие от Матвея, я в КХЛ ранее не играл, но разница в уровне силовых приемов уже была видна на примере регулярного чемпионата МХЛ и плей-офф.

— Переход во взрослый хоккей вам только предстоит. Силовые приемы станут только мощнее.

— Всегда надо быть сосредоточенным на игре. Немного расслабишься и получишь травму. А силовые приемы были, есть и будут. От них не убежишь.

— Встречи у борта с каким игроком вы хотели бы избежать?

— Да с тем же Емелиным. Уверен, мало приятного. Не хочу под него попадать.

— Вы со своим партнером по юниорской сборной Мичковым не виделись целый год. А тут первый матч: вы в основе «Авангарда», он — капитан сборной. Каково?

— На разминке встретились, пообщались, пожелали друг другу хорошей игры. Во время самого матча пару раз друг друга ткнули. Так, без обид. Мы с Матвеем в хороших отношениях. Ни я на него зла не держу, ни он на меня.

— Считается, что он очень ершистый парень, который и накричать может на партнера.

— Наверное, какое-то время у него такое было. Но, я думаю, Матвей исправился. Надеюсь, он никого не строит (смеется).

— Все уже знают о той легендарной драке в сборной между Мичковым и Мирошниченко. С вами у кого-то из этой парочки стычек не было?

— Нет, ничего такого не было. Я дружелюбный. У меня никогда до драк с партнерами не доходило. Так, бывает в раздевалке могу с кем-нибудь закуситься. Не более того.

— Владимир Филатов сказал, что Мичков сам рвался быть капитаном. У вас есть такие амбиции? Понятно, что пока не в основе «Авангарда», но все же.

— Я, наверное, для этого слишком мал. Возможно, в «Ястребах» я бы смог быть капитаном. Но нашивка — это не просто так. Ты берешь ответственность за результат, должен «строить» команду. Важно добиться того, чтобы партнеры тебя слушали. Это тяжелая работа, я бы пока за нее не стал браться.

— Какие мысли у вас были, когда узнали о болезни Мирошниченко?

— Поначалу вообще не верил в это. Мы с Ваней на протяжении прошлого сезона много общались. Все в команде, и я в том числе, очень расстроились. Недолго думая, я ему сразу написал слова поддержки. Ваня справился и он большой молодец! Очень ждем его на льду: в «Ястребах», в «Крыльях» и основе «Авангарда». Он сильный характером, сильный духом.

— На Глинке вы сталкивались со словаком Юрием Слафковски. Видели в нем будущего MVP Олимпиады?

— В финале я его особо не замечал. Ну да, большой игрок, может бросить. Но чтобы так выделяться? Такого я не увидел.

— Удивились, что он так далеко пошел?

— Может быть, по своему году он не так выделяется, а когда со взрослыми — все по-другому? Не знаю, в чем причина. То, что Слафковски набрал столько очков, меня удивило.

— Не было мыслей «ну тогда и я мог бы сыграть на Олимпиаде»?

— Нет-нет (смеется).

— Вы еще два года назад говорили, что хотели бы сыграть в КХЛ за «Сибирь». Были в Омске те, кто воспринял в штыки эти слова?

— Негатива ни от кого не было. Я сам, наверное, небольшую ошибку совершил, сказав это. Все-таки я игрок «Авангарда». Я вообще другое имел в виду. Хотел сказать, что когда-нибудь потом хотел бы сыграть за «Сибирь». Но неправильно подобрал слова.

— Прижились в Омске за эти годы?

— Уже да. Получше узнал город, сам повзрослел. А когда только приехали — очень тяжело было. Хотелось домой в Новосибирск. Никого не знаешь, сидишь в Академии, никуда не ходишь. Со временем появились друзья в команде. Все хорошо.

— Прошлый сезон. Вы приезжаете в Новосибирск и забиваете «Сибирским снайперам». Какие чувства испытываете в этот момент?

— Эмоции, конечно, колоссальные. Забить команде из города, в котором вырос, это нечто особенное. Со многими парнями из «Снайперов» я играл и просто хорошо знаком. Радовался, что забил на глазах у семьи, которая была на трибунах.

— Вы могли бы сыграть за молодежную сборную на турнире в Новосибирске и Омске. Злитесь из-за того, что МЧМ-2023 у России отобрали? Он бывает раз в жизни, а у вас, скорее всего, будет прочерк.

— Не то чтобы злюсь. Но я, конечно, расстроен. Хотел доказать, что я достоин играть за сборную России. Омск — город, в котором я играю. Новосибирск — город, где я родился и вырос. Не хотел пропускать такой турнир, я мечтал об этом. Но сейчас мы не можем исправить эту ситуацию. Придется ставить другие цели, придумывать другие мечты.

— Выходил ли кто-нибудь на вас из «Сибири» уже после того, как вы с тренером и другими ребятами переехали в Омск?

— Да нет, такого не было. Ушел и, возможно, забыли про меня (смеется). Не знаю.

— Вы уже говорили в интервью, что в Новосибирске и уровень соревновательности иной, и условия хуже, чем в Омске. Но разве не думали, что путь до КХЛ в «Сибири» короче? В «Авангарде» сумасшедшая конкуренция среди молодых игроков.

— Многое зависит от тренера. Кто-то хочет видеть молодежь в составе и делает все, чтобы она развивалась. Возможно, когда я уезжал в Новосибирске, у тренера были другие приоритеты. Я перешел в «Авангард», потому что видел того же Егора Чинахова. Ему давали играть в «Авангарде». Потом Семен Чистяков и Арсений Грицюк попали в основной состав. Я видел, что этот лифт работает.

— Вы хоть раз общались с генеральным директором «Сибири» Кириллом Фастовским?

— Чтобы прямо общались — нет. Только «здравствуйте» и «до свидания».

— А с Александром Крыловым виделись?

— Чтобы посидеть и поговорить один на один — нет. Но при этом он заходил в раздевалку, когда мы играли в плей-офф с «Ястребами». На матчи в Москве приходил. Поддерживал нас, правильные слова говорил.

— Серия со «Стальными лисами» — это самый яркий хоккей, в котором вы принимали участие?

— Конечно! Столько овертаймов я никогда в жизни не играл. Удача была на нашей стороне. Последний овертайм проводили из последних сил. И тут забивает Сердюк… Слава Богу!

— Через год у вас драфт НХЛ. Среди самих игроков считается, что из североамериканских юниорских лиг проще попасть в первый раунд. Почему вы еще в Омске?

— Такая ситуация в мире. Где-то побоялся, что отношение ко мне в Северной Америке будет какое-то не такое. Да и, если честно, хоккей что здесь, что там практически одинаковый. Я смотрю игры USHL и CHL. У меня друзья там играют. Имею представление о том, какой там уровень. Глобальной разницы я не вижу. НХЛ — да, а в CHL особого смысла ехать нет. Меня в «Авангарде» все устраивает.

— Слышал, что в Америку из Омска уезжают Ядыкин и Гридин, до этого был Газизов. На вас эти примеры как-то влияют?

— Это дело каждого. Кто хочет — тот уезжает. Никого здесь насильно оставаться не заставляют. Я на это особо не смотрю. Занимаюсь своим хоккеем, слежу за собой.

— Был ли у вас пограничный момент, когда вы раздумывали, уезжать или оставаться? Может быть, разговор с кем-то переубедил?

— Я сам все увидел, когда приехал в Омск. Глаза загорелись, захотел играть здесь. Тут очень хорошие условия. Есть зал, бросковая зона, все что угодно. Можно в любое время поработать над собой. Благодаря этому с каждым днем иду к своей цели.