Жизнь за кадром
В городе его знали все. Для кого-то – Михаил Еремеевич, для кого-то – просто Миша, а большинство звало его тепло и по-свойски – дядя Миша. Несколько поколений выросло и побывало у него в кадре, кто – на парадных школьных и детсадовских портретах, кто – на торжественных городских мероприятиях, выставках, концертах, спектаклях… Он успевал быть везде. Михаил Дмитриев, патриарх троицкой фотографии, ушёл из жизни 30 января в возрасте 78 лет. И до последних дней он был верен своей профессии.
Впрочем, профессии не единственной. Старшее поколение сотрудников ИФВД знает его как учёного-физика, троицкие музыканты – как клавишника первой в истории города рок-группы, мастера, своими руками создававшего инструменты, спортсме-
ны – как увлечённого волейболиста. А сколько всего осталось за кадром…
Михаил Еремеевич Дмитриев родился 6 июля в Усть-Ка-меногорске, что в Восточном Казахстане. Поступать поехал в Москву, в МИФИ, в 1967-м окончил вуз и стал специалистом по металлофизике. Первое распределение было в Омск, в «почтовый ящик», но там выяснилось, что нужна другая специальность, Дмитриев вернулся и устроился в ИФВД – как раз «металлисты» были Верещагину нужны. В институте он работал до середины 2000-х, став соавтором 12 авторских свидетельств, участвовал в опытах на Большом прессе.
Среди физиков было немало музыкантов, и довольно скоро Михаил решил собрать группу. В округе рок тогда не играл вообще никто, а музыка для танцев и вечеринок нужна была час-то. Сохранились кадры, где ан-
самбль – он получил имя «Ори-он» – выступает в ИФВД. Дя-дя Миша – за клавишными «Юность». Репертуар – песни The Beatles, Creedence, поп-хиты того времени. Гитары создавали сами –
не по чертежам, а по наитию и снимкам в каталоге! «Орион» играл лет пять, до начала 1980-х, а потом пришла пора дискотек… Записей, увы, не осталось.
Фотографией Дмитриев увлёкся относительно поздно, уже в ИФВД. Его первым учителем стал Герман Воротников, сотрудник отдела научно-технической информации института и участник московского фотоклуба «Новатор». От него дядя Миша получил и свою первую фотокамеру «Зенит-Е». «И я стал снимать всё подряд – пейзажи, цветы, соревнования, людей. Так мне интересно было! Людей – в особенности», –
вспоминал Дмитриев. Он тоже вступил в фотоклуб «Новатор», получал призы на конкурсах, оборудовал домашнюю студию. Так постепенно хобби стало основной работой, а затем и сутью жизни.
Да, он был яростным и ревностным, строгим и к себе, и к коллегам, и вряд ли найдётся троицкий фотограф, кого бы он хоть раз да ни распекал за ошибки в кадрах. «Зрителю не важно, был у тебя хороший фотоаппарат, плохой, был свет, не было света. Ты повесил работу на выставке. Всё! Ты должен отвечать за неё полностью», – говорил он в такие моменты.
Мир менялся, плёнка сменилась на цифру, «Зенит» – на Nikon, а дядя Миша успевал за временем, осваивал обработку в «Фотошопе», следил за техническими новинками. Соперничать на равных с теми, кто втрое вас моложе, – дело серьёзное, но ему удавалось, и организаторы регулярно звали его на съёмки. А ещё чаще он приходил сам, из интереса и в надежде – вполне обоснованной, – что окажется нужен. «Миша воспринимался как вечный, без возраста, почти мистический персонаж нашего Троицка, который был везде и всегда, который в своих архивах хранил столько событий, и мы надеялись когда-нибудь получить отдельные фото и увидеть себя молодыми и счастливы-
ми», – пишет руководитель «Креативной среды» Елена Привалова. Было интересно видеть, как загоралось его лицо от вида удачного кадра на экранчике фотоаппарата, а счастливее всего он выглядел, когда вручал какому-нибудь из героев напечатанную фотографию из своего архива. Эта радость да-рить – и не требовать ничего взамен – то, что делало его не просто автором неких кадров, которые можно оценивать по меркам ремесла ли, искусства ли, а одним из тех «духов места», без которых город невозможен. Он принёс себя в дар – и сейчас это место свободно.
Владимир МИЛОВИДОВ,
фото Николая МАЛЫШЕВА