"22 июня ровно в 4 часа Киев бомбили, нам объявили, что началася война" - слова этой песни знает каждый, а автор, увы, почти забыт. Поэт Борис Ковынев уже полвека лежит на Ваганьковском кладбище, и некому зажечь в этот день на его могиле свечу.

Слова этого знаменитого стихотворения "Прощальная" (еще не песни) Борис Ковынев написал в первый день войны, их опубликовала газета Юго-Западного фронта. А 29 июня 1941 года солист окружного военного ансамбля песни и пляски Николай Немчинов впервые ее исполнил. Концерт состоялся прямо на Киевском вокзале, где матери и жены провожали солдат на фронт. Оркестр с музыкой заморачиваться не стал - сыграл вальс "Синий платочек" композитора Ежи Петерсбургского, и эта мелодия вполне подошла к стихам Бориса Ковынева.

Песня сразу полюбилась, разнеслась по всей стране. Вариантов ее множество - люди сочиняли к ней новые и новые строчки. Но первый куплет всегда оставался неизменным, он остался в памяти военного поколения как символ того самого первого, самого горького дня войны. Ведь 22 июня 1941 года кончилась мирная жизнь, внезапно и страшно.

Смерть с небес

Сейчас, через 75 лет после Победы, история Второй мировой войны на острие политики - попытки переосмыслить события часто оборачиваются стремлением переврать их, игнорируя документы и факты.

Вот что, например, я прочитал сегодня в блоге популярного оппозиционного церковного деятеля: "Киев бомбили" только в песне. В первый день для немцев главными целями были аэродромы и военные базы".

Ложь этой фразы легко опровергнуть: в Интернете выложено множество архивных документов, есть даже кадры кинохроники той самой первой бомбежки Киева. Над городом утром появились девятнадцать He 111 из бомбардировочной эскадры KG55 Greif. С высоты в две тысячи метров они сбросили около 90 осколочных и фугасных бомб. Их целью был не только аэродром Жуляны, и пострадали не только военные - мирные гражданские люди.

В Киеве во время первого авианалета гитлеровцев убито 25 человек, 76 получили ранения. Бомбами был разрушен литейный цех завода "Большевик", там погибла почти вся ночная смена. На пути киевского вокзала, заставленные поездами, тоже падали бомбы, и там тоже были жертвы. Моя мама Лидия Александровна Ильницкая пережила оккупацию на Киевщине, так что о бомбежках я знаю не только из архивных источников, но и со слов очевидцев.

"Войны не ждал никто, - вспоминает моя мама. -Враг напал внезапно, подло. Такого ужаса никогда не забыть и не простить!"

В социальных сетях полно рассуждений диванных стратегов, которые утверждают, что гитлеровцы в первый день войны щадили мирные объекты, приводят расчеты - мол, не могли в 4 утра бомбардировщики люфтваффе быть над столицей Украины.

Со временем бомбардировки, конечно, не всё в песне точно: авиаудар по Киеву 22 июня был нанесен около шести-семи часов утра. Время для песни поэт взял из радиообращения Молотова к советскому народу - нарком говорил о том, что враг напал в 4 часа утра без объявления войны. Так что не соврали ни Молотов, ни Ковынев, не до точной сверки часов агрессии тогда было. Зато сейчас историки установили, что обстрелы и бомбежки советской территории начались даже раньше.

Вот цитата из воспоминаний генерал-полковника Гейнца Гудериана: "22 июня в 2 часа 10 минут утра я поехал на командный пункт группы… В 3 часа 15 минут началась наша артиллерийская подготовка. В 3 часа 40 минут - первый налет наших пикирующих бомбардировщиков. В 4 часа 15 минут началась переправа через Буг".

В мемуарах маршала Георгия Жукова есть упоминание о том, что в 3 часа 7 минут ему сообщил о налете немецких самолетов командующий Черноморским флотом адмирал Филипп Октябрьский, затем аналогичные сведения поступили из Западного и Прибалтийских военных округов.

Обложка сборника стихов Бориса Ковынева

В 3 часа 40 минут бомбардировкам подверглись Севастополь, Минск, Каунас и многие другие города. От мин, сброшенных с парашютов над Севастополем, пострадали не корабли, а жилые здания и склады.

Официальное объявление о начале войны с СССР посол Германии Шуленбург сделал в Москве только в 5 часов 30 минут утра. В полдень весь советский народ услышал о начале войны из радиообращения наркома иностранных дел Молотова. Тогда он сказал пророческие слова:

"Наше дело правое. Враг будет разбит. Победа будет за нами".

Памятник поэту - песня

Борис Ковынев прожил свою жизнь скромно, печатали его мало, за гонорарами он не гонялся. На фронт он не попал из-за слабого здоровья, в эвакуации в Омске писал стихи для агитплакатов. Потом вернулся в Москву и словно затерялся в тени поэтов-фронтовиков. Даже своих костылей стеснялся - того, что инвалидность получил не за ранения, а из-за тяжелой болезни.

Последние десять лет Борис Ковынев был прикован к кровати, но стихов писать не бросил. Знаменитый "Авиамарш" ("там, где пехота не пройдет…") - тоже его.

Настоящая его фамилия - Ковань, он родом с Полтавщины, но детство провел в Тбилиси, а юность - в Москве. Критики не особо жаловали добрыми словами Бориса Ковынева, чаще ругали. Мол, стихи у него слишком простые, до примитивности. А вышло иначе: самые первые, самые пронзительные строчки о Великой Отечественной войне написал именно Борис Ковынев, и они стали песней, которую полюбил народ.

https://ren.tv/blog/grigorii-telnov/714278-kiev-bombili-nam-...