ОМК хотят задушить неуплатной налогов по личной просьбе Парфенчикова? Федеральная налоговая не рискнула подписаться под обвинениями карельских налоговиков против комбината
В Арбитражном суде Карелии продолжается рассмотрение иска Олонецкого молочного комбината к региональному управлению Федеральной налоговой службы, которая обвинила ОМК в искусственном дроблении бизнеса с магазинами «Олонии» и уклонении от уплаты налогов на сотни миллионов рублей.
Напомним, что карельские налоговики прессуют комбинат с начала 2023 года, когда вместе с региональным МВД они устроили масштабную выемку документов и допросы работников ОМК и «Олонии», а вначале 2024-го выдвинули упомянутые обвинения на 302 млн рублей. На их основе в 2025 году Следком Карелии возбудил уголовное дело и провел уже самые настоящие массовые обыски — на ОМК и на квартире у его собственника Ольги Раздрогиной, в центральном офисе «Олонии» и у председателя совета директоров предприятий «Олонии» Галины Ширшиной, у гендиректора Олонецкого хлебозавода Анастасии Тимошенко и других сотрудников и менеджеров. Характерно, что всем этим карельский Следком занялся, не дождавшись, чем завершится процесс по иску ОМК, который рассматривается в арбитраже с декабря прошлого года.
Между тем, как стало известно Daily, в ходе этого процесса недавно выяснилось, что федеральная налоговая как конечная инстанция этой службы не готова подписаться под выводами карельских коллег. Ссылаясь на то, что эта история уже стала предметом рассмотрения в Арбитражном суде Карелии, ФНС попыталась переложить ответственность на Фемиду и не заявлять собственной позиции.
Такое поведение федеральной налоговой говорит само за себя, поскольку абсурдность выводов карельских налоговиков, как не раз констатировала Daily, лежит на поверхности. Обвинив ОМК в искусственном дроблении бизнеса с «Олонией», они напрочь проигнорировали, что у молокоперерабатывающего предприятия и розничных магазинов нет общих производственных процессов, которые можно было бы подвергнуть дроблению, а молокопереработка и торговля относятся к абсолютно разным видам экономической деятельности. Кроме того, в случае с ОМК и «Олонией» нет и других признаков дробления — одних и тех же собственников, руководителей, общего штата сотрудников, которые бы свободно перемещались между «раздробленными» предприятиями. Нет, в конце концов, и общих адресов регистрации, счетов в одном банке и т.п.
В то же время ничего существенного в подтверждение своих обвинений налоговая так и не представила — ни того, что владелец ОМК или его менеджеры создали и управляют хотя бы косвенно магазинами «Олонии», ни того, что магазины служат исключительно для реализации продукции ОМК. Ведь в проверяемый период 2020—2021 годов комбинат являлся для них лишь одним из сотен контрагентов (их было от 162 до 336), а его продукция в общем объеме товаров сети составляла всего 23%. В то же время ОМК реализовал через «Олонию» не больше 52-54% своей «молочки» и имел отношения со 160-175 контрагентами.
Очевидно, что поскольку обвинения карельских налоговиков не выдерживают никакой критики, то в Москве не захотели со всем этим связываться. Из этого факта также можно сделать еще один важный вывод — о том, что карельская налоговая, по-видимому, была несамостоятельна в своих действиях и отработала против ОМК по чьей-то настоятельной просьбе. Кто это мог быть, прикинуть тоже несложно, помню горячую «любовь», с какой глава Карелии Артур Парфенчиков относился и относится к Олонецкому молочному комбинату.
Ведь именно Парфенчиков на протяжении восьми лет своего губернаторства отказывал предприятию под различными предлогами в реконструкции и расширении, санкционировал молочный кризис 2021 года, когда ОМК был лишен значительной части сырья и едва не остановился, а также публичное называл его «мелким» и «умирающим».
После этого просто невозможно поверить в то, что карельские налоговики сами взяли и ополчились против предприятия и придумали для этого кучу небылиц — причем таких, что даже в федеральной налоговой предпочли умыть руки.