Законодатели чуть было не обрекли коровники Карелии на вымирание
Вы когда-нибудь видели, чтобы коровы бежали чуть ли не наперегонки? А вот двадцать лет назад журналисты телеканала «Ника Плюс», архивом которого мы пользуемся при подготовке нашей рубрики, успели снять, как коровы мчатся в припрыжку. Это последнее стадо покидало ферму агрокомплекса им.Зайцева. Но не навсегда!
Пять километров быстрого бега вместе с телятницами и пастухами, и коровы оказались на пастбище. Своих телят им доведется увидеть снова лишь в сентябре. Впрочем, увидят ли? Судьба бычка незавидна. Их забивали на мясо в довольно юном возрасте. Однако, это происходило все реже. Мясная промышленность давно не приносила прибыли.
Депутаты карельского парламента, которые отвечали за агропромышленную политику, весной 2004 года договорились отменить свое решение по ограничению сбыта мяса в хозяйствах республики. Из-за этого ограничения наши сельхозпредприятия несли серьезные убытки. Тогда агрокомплекс им.Зайцева ликвидировал две фермы – в Верховье и в Низовье. Причина в том, что себестоимость производства мяса превышала его цену в два раза. Главный зоотехник Марина Овсянникова сообщила: «Мы сейчас приняли решение полностью закрыть выращивание бычков, бычки при рождении прирезаются. А телочки выращиваются, так как они при производстве окупают свою себестоимость за счет молока».
В начале 2004 года парламентский комитет по агропромышленной политике и развитию села принял решение ограничить сдачу мяса в хозяйствах республики. Агрокомплексу это решение обошлось в 460 тысяч рублей убытков. Восполнять их было некому. «Чем это вызвано? Чтобы заинтересовать хозяйства в выращивании мяса бычков и телок, не сдавать тощий скот. Многие хозяйства стремятся скинуть поголовье, не откармливают скот до нужных кондиций», - посетовал Александр Кривкин, заместитель председателя комитета по агропромышленной политике ЗС РК. А в хозяйствах были бы и рады откармливать, да нечем. И корма, и топливо, и энергия резко подорожали. Пришлось директорам хозяйств обращаться в парламент с просьбой отменить ограничения, а также увеличить госсубсидии на заведомо убыточное производство.
«К сожалению, не так быстро, как хотелось бы, растут цены на закуп молока. И соотношение меняется не в пользу производителей, - пояснил генеральный директор агрокомплекса им.Зайцева Виктор Васильев. – В этой ситуации, конечно, хозяйство испытывает недостаток средств. И производство не только мяса, но и молока становится убыточным». Хотя работницы фермы в приватной беседе выражали недовольство решениями своих начальников: мол, разбазарили хозяйство, и зарплату не дают, но специалисты уверяли, что, если депутаты прислушаются к аграриям, а министерство сельского хозяйства полученную дотацию в сто миллионов рублей потратит с умом, фермы еще ожидает долгая и счастливая жизнь. Зоотехник Овсянникова даже уверяла, что можно увеличить поголовье и прийти к прежним цифрам.
...
И лесные поселки Карелии переживали тогда не лучшие времена. Строились они в 50-е годы, когда в республике шла активная вырубка леса. А к началу нулевых леса поредели, лесорубы состарились, и оказалось, что они никому не нужны. За счет чего поддерживали жизнь в лесных поселках? Знакомиться с людьми отправился журналист телеканала «Ника Плюс», архивом которого мы пользуемся при подготовке нашей рубрики.
Николай Васильевич Шапкин пришел работать на делянку в Олонецкий леспромхоз в 1954 году. Забыть о том времени лесорубу было непросто – молодость, желание трудиться, все это вспоминалось с добром. Добрую половину поселка Верхний Олонец Николай Шапкин в 60-х годах построил собственными руками. И очень переживал, когда жизнь в поселке стала замирать. В 1995 году Олонецкий леспромхоз был на грани банкротства. В Верхнем Олонце закрылся клуб. Решалась судьба детского сада и школы. Выжить поселку помогла финская компания, которая купила акции «Олонецлеса». Управляющий Коткозерской волостной администраций Александр Сотников сообщил: «Сегодня школа поселка, детские сады, клубы, которые существуют на территории, все они развиваются только за счет предприятия «Олонецлес».
В Верхнем Олонце тогда жили 460 человек. Примерно половина из них – пенсионеры. Предприятие помогало им, чем могло. А нужны старикам в первую очередь были дрова. Директор предприятия Анатолий Шмялин рассказал: «Везде неблагоустроенное жилье в поселках. Пенсионеры проработали много лет. Все топят дровами. А кто, кроме нас, может поставить дрова пенсионерам? Считаю, что иначе нельзя, нужно помогать нашим пенсионерам». Остальные жители поселка работали в лесу, как их отцы и деды. Николай Шапкин считал, что лес по-настоящему кормит его односельчан, а не как девять лет назад: «Когда финн купил, лучше стало. Платить стали вовремя деньги людям. А до этого была задержка зарплаты».
Пока работает «Олонецлес», живут и лесные поселки, сделал вывод журналист. Это признавали и власти, и сами жители. А поселков на иждивении предприятия было тогда три, это сотни людей.
Таким было 14 июня ровно 20 лет назад. Отматывайте ленту памяти, вытащите из закромов разума — а что вы делали в этот день в 2004 году? Больше новостей из жизни Карелии 20-летней давности.
// фото freepik.com/ wirestock