ОМК представил новые возражения по итогам налоговой проверки, после которой с него хотят взыскать 302 миллиона
Daily уже рассказывала, что Олонецкий молочный комбинат в начале марта направил в карельское управление Федеральной налоговой службы (УФНС) свои возражения на 900-страничный акт налоговой проверки, которая проводилась в прошлом года на ОМК и в группе предприятий «Олония» в участием полиции, массовыми допросами сотрудников и масштабной выемкой документов и скорее походила на облаву на банду преступников, чем на обычную проверку.
В итоговом акте УФНС обвинило ОМК в налоговом преступлении — недоплате 302 млн рублей налогов в 2020—2021 годах благодаря дроблению бизнеса между комбинатом и магазинами «Олонии», хотя, как мы не раз отмечали, переработка молока и розничная торговля — это абсолютно разные виды деятельности, поэтому ни о каком искусственном дроблении здесь не может быть и речи. К тому же налоговая не представила в своем акте других необходимых доказательств для подобного обвинения — в частности, того, что ОМК, его владелец Ольга Раздрогина или менеджеры комбината создали сами или опосредованно магазины «Олонии» и осуществляют руководство их деятельностью, а те в свою очередь не вели и не ведут самостоятельную хозяйственную деятельность.
Рассмотрение возражений Олонецкого молочного комбината началось в налоговой 25 марта. К этой же дате ОМК подготовил вторую часть возражений на акт проверки (есть в распоряжении редакции), которая еще ярче показывает всю необъективность и предвзятость действий УФНС в отношении ведущего молочного комбината Карелии. Расскажем о самых важных из этих возражений.
Так, налоговая в своем акте сделала вывод о том, будто собственник и директор ОМК Ольга Раздрогина несамостоятельна (номинальна) в своей деятельности, что якобы подтверждают показания исполнительного директора Светланы Скворцовой о том, что Раздрогина нечасто приезжает на комбинат для сбора информации для рекламы продукции и на планерках не присутствует. Однако в действительности Скворцова ничего подобного не говорила, что не помешало налоговикам то ли по недосмотру, то ли преднамеренно фальсифицировать ее показания.
— Протокол допроса от 28.03.2023 № 25-21/3 не содержит ответ Скворцовой С.Б. в формулировке: «приезжает нечасто для сбора информации для рекламы продукции», а напротив содержится ответ «… приезжает нечасто, иногда я езжу в г. Петрозаводск. Там проходят обсуждения по финансово-хозяйственной деятельности АО «ОМК» — это и отчет о деятельности, получение разрешений, обсуждение ценовой политики». Таким образом, в акте проверки допущено намеренное искажение свидетельских показаний с целью обосновать выводы акта несуществующими обстоятельствами, — говорится в возражениях комбината.
Точно так же вывод УФНС о том, что Раздрогина не участвует в руководстве ОМК опровергается и другим фрагментом в показаниях Скворцовой, который налоговики тоже проигнорировали: «С конца 2021 года Раздрогина О.А. развила продажи продукции АО «ОМК». Все приобретение дорогостоящего оборудования я согласовываю с ней».
Сверх того, «несамостоятельность» Раздрогиной налоговая попыталась аргументировать ссылкой на бывшего юриста ОМК, которая работала на предприятии в 2014—2019 годах и имела полномочия для решения вопросов, связанных с работой комбината. Проблема этого «аргумента», однако, в том, что выдача доверенности юристу на представление интересов организации является нормальной практикой, а кроме того, в проверяемый период — 2020—2021 годы — эта юристка на ОМК уже не работала и никаких подтверждений того, что она представляла интересы комбината в этот период налоговая опять же не привела, ссылаясь лишь на давно недействующую доверенность 2017 года.
В разряд столь же несостоятельных и некорректных аргументов ОМК в своих возражениях отнес то, что налоговая сослалась на численность работников комбината и магазинов «Олонии» за 2019 год и на этом основании сделала вывод, что ОМК в 2020—2021 годах не мог пользоваться налоговой льготой по страховым взносам как предприятие среднего бизнеса и поэтому должен вернуть почти 32,9 млн рублей. В то же время на показатели проверяемого периода 2020—2021 годов УФНС почему-то ссылаться не стало, оперируя данными за более ранний срок, что тоже воспринимается как подтасовка.
Аналогично выглядят и утверждения налоговой о том, что ОМК использовал для магазинов «Олонии» отдельный прейскурант и продавал им продукцию по заниженным ценам, что будто бы позволило минимизировать налоговую базу по НДС и налогу на прибыль за счет передачи части добавленной стоимости «Олонии», которая не исчисляет эти налоги. Однако даже приведенные в итоговом акте прейскуранты для разных покупателей и сравнение указанных в них цен опровергают этот вывод УФНС и показывают, что он также притянут за уши.
Потому что, например, цена реализации одного из главных товаров ОМК — «Молоко 3,5%» — в 2020 году составляла для «Ленты» 55 рублей за литр, для «Агроторга» («Пятерочка») — 54,12 рубля, а для «Олонии» — 52,30 рубля, что говорит о несущественном, менее 5%, уменьшении цены по сравнению с другими покупателями. К тому же эта скидка вполне уместна и обоснована, поскольку магазины «Олонии», в отличие от других покупателей, осуществляют стабильный закуп всей линейки продукции предприятия, говорится в возражениях ОМК.
Более того, прейскурант, введенный комбинатом в 2021 году, показывает, что по таким товарам, как «Топленое молоко 4%», «Десерт фруктово-сметанный 10%» и «Творог 5%» цены для магазинов «Олонии» были даже выше, чем для некоторых других покупателей, — на 3,74, 1,39 и 3 рубля соответственно.
Еще лучше опровергается вывод о передаче добавленной стоимости «Олонии» и уходе ОМК от налогов с помощью такого маркера, как показатель совокупной налоговой нагрузки комбината (отношение уплаченных налогов к доходам) в сравнении со средним показателем по отрасли. Так вот в 2020 году этот показатель составлял для ОМК 4,13% — на 0,88% выше среднеотраслевого. При этом нагрузка по налогу на прибыль в тот год у ОМК была 2,24% — на 0,19% выше среднеотраслевой, а по НДС 1,90% — на 0,78% выше средней по отрасли.
Почти та же картина и по 2021 году: совокупный показатель налоговой нагрузки ОМК был 3,28% — на 0,46% выше среднеотраслевой, по налогу на прибыль 1,62% — на 1,05% выше средней, нагрузка по НДС была 2,12% — средняя по отрасли за тот год. С учетом таких данных обвинения в том, будто ОМК занизил налогооблагаемую базу и недоплатил налоги, явно несостоятельны…
Заметим еще раз, что это лишь наиболее существенные из второй части возражений Олонецкого молочного комбината на итоговый акт налоговой проверки. Но и их вполне достаточно, чтобы понять, что действия налоговиков, скорее всего, носят ангажированный характер и, вероятно, связаны с попытками передела молочного рынка Карелии.
Такие попытки, напомним, предпринимались и в 2017 году, когда Артур Парфенчиков только стал главой республики, и в 2021-м, когда он полностью поддержал и одобрил молочный кризис в республике — тогда региональный Минсельхоз лишил ОМК и «Славмо» значительной части молока и перенаправил его крупному вологодскому производителю, пытавшемуся освоить карельский рынок.
Создается впечатление, что на наших глазах предпринимается третья попытка — руками налоговой службы, которая в случае взыскания с ОМК 302 млн рублей якобы недоплаченных налогов вполне может арестовать счета и имущество комбината, а это приведет к его остановке и расчистке места для крупного игрока из-за пределов Карелии, который в очередной раз нацелился на «заход» в республику.