«Чтоб я хоть еще раз к вам?! Никогда!» Как стражи порядка запугали карельских фермеров

В Петрозаводском городском суде продолжают рассматривать дело известного в республике фермера Ираиды Шалак, которую обвиняют в создании целой мошеннической схемы с получением грантов. Ей предъявляют десятки миллионов рублей ущерба, десятки введенных в заблуждение людей, годы обмана. Казалось бы, чиновники должны всем сердцем радеть за то, чтобы такого человека надолго упекли за решетку, а они... просят оставить ее в покое. На последнем судебном заседании выяснилось, почему.

Напомним, что, согласно обвинительному заключению, за пять лет Ираида Шалак целых 13 человек вынудила получить и отдать в ее распоряжение свои гранты, чем причинила правительству Карелии ущерб в размере 22 миллионов 247 тысяч 981 рубля.

Представитель потерпевшей стороны — правительства Карелии — еще до начала судебного разбирательства предоставила в суд ходатайство о прекращении уголовного дела в отношении подсудимой. Оно до сих пор не разрешено судом. Во время своего допроса сотрудница Министерства сельского и рыбного хозяйства Карелии Мария Першина в очередной раз заявила, что чиновники выводы следствия не поддерживают.

— Мы с этой позицией не согласны. Мы, правительство Республики Карелия, не усматриваем события преступления, — сообщила Першина.

Она лично знает практически всех фермеров, имена которых фигурируют в уголовном деле.

— Они являются получателями мер поддержки по линии отдела, который на данный момент я возглавляю. Отчетность они приносят. Они должны пять лет отчитываться, — сообщила Першина. — Но я хочу сразу подчеркнуть, что в одном из событий преступления, за 2019 год, есть фермер Горбачев Илья Николаевич. Так вот, он вернул грант (а это 7 миллионов рублей, которые до сих пор в уголовном деле Шалак — прим. авт.) Уже давно. И отчетность он не сдает. С ним я не сталкивалась.

— А вернул почему? — уточнила прокурор.

— По собственному желанию. Ему не выставлялись никакие претензии. Когда началось это дело, начались обыски. Он на тот момент еще не начал расходование средств гранта и принял решение вернуть его. Если честно, испугавшись продолжить свою деятельность.

Представитель потерпевшего подробно рассказала, что это были за гранты, из-за которых Ираида Вяйновна в свое время провела три недели за решеткой и рискует провести там еще до 10 лет, кому и за что их давали, и главное — как контролировалось их использование.

Так, например, контролировали использование гранта «Агростартап»:

— Казначейство не переведет деньги на коров, если направление гранта «клубника». Нам фермеры сдают отчетные документы. Мы проверяем отчеты. Отчетность сводная сдается в Министерство сельского хозяйства РФ. Отчитываются фермеры в течение 5 лет и по сей день. Кроме общей отчетности, есть еще бухгалтерская отчетность. Она тоже идет в РФ. Все анализируется там.

Далее, если к фермеру вопросов нет и все отчеты в срок предоставлены, то выездная проверка проводится в плановом режиме.

— Это по истечении срока освоения средств гранта — 18 месяцев, — пояснила сотрудница минсельхоза. — Следующая проверка идет на пятый год реализации гранта. Чтобы проверить, что никто ничего никуда не продал, что деятельность продолжает осуществляться, что работники имеются. Кроме того, мы проводим мониторинг на постоянной основе исполнения фермерами обязательства по созданию рабочих мест.

***

— Мы считаем, что правительству Карелии не нанесен ущерб. Мы считаем, что деятельность Ираиды Вяйновны по помощи в подготовке по дальнейшему составлению отчетности является деятельностью по развитию кооперации, — пыталась донести суть своей позиции Мария Першина, объясняя, что подобного требовал федеральный центр: чтобы отчетностью занимался кто-то один, потому что фермерам сложно.

Адвокат Ираиды Шалак уточнил у сотрудницы министерства, выезжали ли ее коллеги в Олонецкий район, чтобы лично проконтролировать использование грантов. И они выезжали. Проверяли, чтобы всё было в наличии. И чтобы это всё было отражено в имеющихся документах. Всё фотографировали. Все номера на технике сверяли. А кроме официальных проверок, было еще немало и обычных визитов министра сельского хозяйства в кооператив.

— И глава республики выезжает к нашим фермерам, — сообщила Першина.

— Высказывались ли какие-либо претензии главой или министром сельского хозяйства по порядку исполнения грантов? — уточнил защитник.

— Никогда. Единственная претензия, которая была в прошлом году и сейчас, — это то, что и глава, и министр просят Ираиду Вяйновну и весь кооператив, и всех фермеров продолжать участвовать в мерах поддержки по нашей линии. Потому что кооперативу тяжело без господдержки. Но люди боятся прийти к нам за поддержкой в связи с настоящим уголовным делом. Хотя деньги есть.

По словам Марии Першиной, Российская Федерация выделяет Карелии деньги с условием, что в год будут поддержаны шесть кооперативов.

— А я не могу найти эти шесть, потому что они боятся создаваться. Есть люди, которые с удовольствием бы объединились, но они боятся на фоне этой истории. А это наше обязательство. Если мы его не исполним, у нас не будет денег на агропромышленный комплекс республики, — пояснила чиновница и в очередной раз отметила, что никаких претензий к «Олонец-Агро» (где Ираида Шалак является заместителем председателя) у ее ведомства нет. Кроме той, что фермеры начали обходить Минсельхоз стороной.

***

Кроме «Олонец-Агро», в Карелии вот уже несколько лет существуют еще два кооператива. И именно про них постоянно напоминали представителю потерпевшей стороны, явно пытаясь указать на то, что есть и те, кого история с Шалак совершенно не испугала. Да и бояться-то, по версии стороны обвинения, нечего, если все делаешь в соответствии с законом.

— Люди, которые ответственно ко всему относятся, они больше всех и боятся, — ответила Мария Першина. — Параллельно с этим уголовным делом нас, Министерство сельского хозяйства, тоже проверяли. И нам было выдано представление о том, что мы не ведем работу по взысканию средств грантов по нарушению условий. К этим людям тоже выезжали правоохранительные органы. И мы обратились в суд, и мы все эти дела проиграли. Потому что у нас не было оснований с них что-либо взыскать. Поэтому мы и не шли. Тем не менее у нас было представление прокуратуры. И эти фермеры, как только они дождались своих пяти лет завершения деятельности, сразу закрыли свои хозяйства, исполнив обязательства, со словами: «Чтоб я хоть еще раз к вам?! Никогда!»

Такие вот чудесные последствия у истории с трехлетним преследованием Ираиды Шалак. Если верить представителю Минсельхоза, сотрудникам ведомства понадобилось несколько лет, чтобы снова активизировать деятельность по кооперации.

Правда, все эти рассказы никакого впечатления на прокурора не произвели.

— Это обычные люди. Для многих вступление в кооперацию, в тот же «Олонец-Агро» — это, по сути, было спасение от алкоголизма. И, конечно, они шли туда с мыслью, что им помогут. Что кооператив поможет сдать какие-то документы, какие-то бумаги. Это их право. В этом суть кооперации — помочь этим людям, — предпринимала попытку за попыткой донести свою мысль Мария Першина.

— Но надо же еще и работать…

— Работать на земле — они работают все. Производить продукцию — они производят все. Я говорю о том, что у них возникают трудности только с одним вопросом — с оформлением бумажек.

В этом деле, конечно, еще разбираться и разбираться. Пока невозможно уловить, с чего сотрудники полиции взяли, что Шалак — мошенница.

Мы будем держать вас в курсе событий.