Карелия решила продать крупное предприятие, подаренное Москвой. Когда-то его возродил Лужков

Республика выставила на продажу 100% акций торгового дома «Карельский гранит» в Кондопоге, который в прошлом году был подарен республике мэрией Москвы. Однако едва карельские власти успели получить права на предприятие, как включили его в план приватизации и выставили на аукцион.

Стоит напомнить, что ТД «Карельский гранит» возник на базе разорившегося Кондопожского камнеобрабатывающего завода после визита мэра Москвы Юрия Лужкова, который посетил республику в 1998 году. Столичные власти заинтересовались тогда развитием горнодобывающего комплекса Карелии, после чего наладили камнеобработку в Кондопоге. Продукция «Карельского гранита» использовалась в России и за рубежом, включая такие знаковые объекты, как Московский метрополитен.

Однако правительство Карелии почему-то не захотело развивать подаренное столицей предприятие, которое вполне могло бы приносить прибыль. 27 ноября Минимущество Карелии объявило аукцион по продаже ООО ТД «Карельский гранит» с уставным капиталом без малого 60,3 млн рублей. В собственность организации входят участок камнеобработки (здание ангарного типа), блок зданий складского хозяйства, склад пиломатериалов, металлический ангар, станция подачи воды, канализационная и насосные станции, станция биологической очистки, шламоотстойник, административно-бытовой комплекс и проходная. Всё это выставлено на продажу по начальной цене 60,6 млн рублей.

Надо сказать, что это не первый пример, когда Карелия легко расстается со своей собственностью. В сентябре прошлого года за миллиард с небольшим рублей республика сбыла с молотка 43,88% акций холдинга «Кареллеспром», который в последнее время работал с прибылью. Республиканские власти также регулярно пытаются продать Суоярвский хлебозавод и Толвуйский с Ведлозерским совхозы. На продажу каждый год выставляются еще участки земли, здания, строения и сооружения, учебные суда и самолеты Ан-2. Кажется, что республика полностью хочет освободиться от всего имущества, хотя бы отдаленно связанного с реальным сектором экономики.

Однако, несмотря на явную тенденцию к тотальной распродаже, в политике правительства Карелии есть одно необъяснимое исключение. Речь идет об Олонецком молочном комбинате — одном из двух ведущих переработчиков молока в Карелии. На протяжении ряда последних лет ОМК безуспешно пытался воспользоваться правом многолетнего арендатора на выкуп зданий в Олонце, где размещается его производство, чтобы провести их реконструкцию, поставить дополнительное оборудование и увеличить объемы производства. По сути, от выкупа зданий зависит развитие и будущее предприятия.

Однако всякий раз комбинат сталкивался с необоснованными отказами чиновников. Они даже придумали схему, которая позволяет обосновывать такие отказы — внесли недвижимость в уставный капитал Фонда госимущества Карелии, который используется в качестве обеспечения для участия республики в федеральных программах вроде ипотечного кредитования.

Неоднократные обращения к Артуру Парфенчикову директора ОМК Галины Ширшиной ничем не закончились. Поначалу губернатор пообещал встретиться с ней и обсудить продажу зданий, попросив перед этим подготовить бизнес-план на ближайшие годы. Однако когда документ был готов и отправлен в правительство, Парфенчиков сделал вид, что никакой договоренности не было. Вместо этого он стал предлагать ОМК выкупить один из убыточных государственных совхозов и заняться не только переработкой молока, но и его производством. Более того, в этом году чиновники отказались перезаключать с ОМК договор аренды на здания на новый срок. После этого предприятие оказалось в подвешенном состоянии — прежний договор по Гражданскому кодексу считается возобновленным на неопределенное время, но чиновники имеют право расторгнуть его без объяснения причин, известив ОМК об этом за один месяц.

О причинах столь странного подхода к продаже госимущества и к успешным местным производителям остается только догадываться. Возможно, власти просто хронически не переваривают бизнес, который от них ни в чем не зависит и не идет на поклон по любому поводу. На такие мысли наводит как раз то, что ОМК сталкивается с препятствиями едва ли не во всем, а другим инвесторам уже отдали и готовы отдать крупные республиканские активы вроде «Кареллеспрома» или Кондопожского камнеобрабатывающего завода со всем их имуществом.

Но если эти предприятия представляют из себя реальную ценность и пользуются спросом при продаже, то здания Олонецкого молочного комбината, кроме него самого, вряд ли кому-то еще могут понадобиться. Отказывая ОМК в их продаже, правительство Карелии, с одной стороны, подталкивает комбинат к поиску других помещений и переезду со всем оборудованием, а с другой — рискует однажды остаться с никому не нужными голыми стенами, которые будут стоять и разрушаться, как остовы многих исчезнувших предприятий в республике.