Забытые русские путешественники XVIII века
XVIII век отметился в русской географической истории прежде всего Великой Северной экспедицией. Начатая в декабре 1724 года по личному указу Петра I (Первая Камчатская экспедиция Витуса Беринга), она продолжилась в 1733–1743 годах, уже при Анне Иоанновне. Экспедиция состояла из семи самостоятельных миссий, двигавшихся вдоль Арктического побережья Сибири к берегам Северной Америки и Японии. Итогом этого широкомасштабного проекта стало издание первой полной географической карты Российской империи.
Василий Прончищев. Великая Северная экспедиция. 1735–1736
Один из участников Великой Северной экспедиции. Легендарная личность в среде российских полярников. Легендарная и романтическая. Гардемарин. Учился в Морской академии вместе с Семеном Челюскиным и Харитоном Лаптевым, которые также участвовали в этой экспедиции под его началом. А раньше, в 1722 году, принял участие в Персидском походе Петра. И внешне, кстати, был очень похож на императора.
Вместе с ним в экспедиции принимала участие его жена Татьяна. Для того времени это было настолько невероятно, что ее присутствие на корабле было неофициальным
Во время Великой Северной экспедиции отряд Прончищева, состоящий из 50 человек, выйдя в июне 1735 года из Якутска на парусно-гребной дубель-шлюпке «Якуцкъ», составил точную карту русла и устья реки Лена, карту побережья моря Лаптевых и открыл множество островов, лежащих к северу от полуострова Таймыр. К тому же группа Прончищева продвинулась на север гораздо дальше других отрядов: до 77° 29′ с. ш.
Но в историю освоения Арктики Прончищев вошел еще и благодаря романтической истории. Вместе с ним в экспедиции принимала участие его жена Татьяна. Для того времени это было настолько невероятно, что ее присутствие на корабле было неофициальным. В августе 1736 года во время одной из вылазок на полярные острова Прончищев сломал ногу и вскоре умер от осложнения, вызванного открытым переломом. Жена пережила его всего на несколько дней. Говорят, что скончалась от горя. Похоронили их в одной могиле на мысе Тумуль близ устья реки Оленёк (сегодня здесь находится поселок Усть-Оленёк).
Новым начальником отряда стал штурман Семен Челюскин, а после того, как он отправился с санным обозом в Якутск с отчетами экспедиции, его сменил Харитон Лаптев. Удивительно, но имена Челюскина и Лаптева гораздо ярче отразились в общественном сознании, чем имя их командира Прончищева. Правда, весной 2018 года на экраны выйдет фильм «Первые», в котором рассказывается о судьбе супругов Прончищевых. Роль Василия сыграет Евгений Ткачук (Григорий Мелехов в «Тихом Доне» и Мишка Япончик в одноименном сериале). Возможно, имя Прончищева еще займет достойное место в ряду других великих исследователей Арктики.
Федор Соймонов. Карта Каспийского моря. 1731
Жизнь этого человека так и просится на киноэкран. Он, так же как и Прончищев, участвовал в Персидском походе Петра I. Тоже был гардемарином. Но судьба его связала не с Арктикой, а с Каспием. Федор Соймонов вошел в историю России как первый русский гидрограф.
Как это ни странно, но вдоль и поперек знакомое нам сегодня Каспийское море в XVIII веке было еще сплошной терра инкогнита. Да, по нему издревле ходили лихие волжские люди — ушкуйники — в Персию за княжнами, чтобы бросать их за борт в набежавшую волну, ну и иным прочим товаром. Называлось это «ходить за зипунами». Но все это было сплошной самодеятельностью. Федор Соймонов первым нанес на карту Российской империи Каспийское море со всеми его заливами, мелями и полуостровами.
В Нерчинске и Иркутске Соймонов организовал первые в Сибири навигаторские школы, в которых преподавал лично. Затем в течение шести лет был губернатором Сибири
Также под его руководством был издан первый подробный атлас Балтийского моря и подготовлен к изданию атлас Белого моря, но тут начинается странное. Конечно же, это было связано с подковерными политическими играми. В 1740 году Соймонов был лишен всех чинов, сечен кнутом (!) и сослан на каторгу. Спустя два года Елизавета I вернула его на службу, но оставила в Сибири. В Нерчинске и Иркутске Соймонов организовал первые в Сибири навигаторские школы, в которых преподавал лично. Затем в течение шести лет был губернатором Сибири. В возрасте 70 лет ему, наконец, было позволено вернуться в Москву. Умер в возрасте 88 лет в своем имении под Серпуховом.
Интересный факт. Соймоновский проезд в Москве, недалеко от храма Христа Спасителя, назван в честь сына Соймонова, Михаила, личности в своем роде примечательной, одного из организаторов горного дела в России.
Савва Лошкин. Новая Земля. Середина XVIII века
Если предыдущие два наших героя были государевыми людьми и совершали свои путешествия по долгу службы, то помор Савва Лошкин, выходец из селения Олонец, действовал лишь на свой страх и риск. Он был первым человеком в истории освоения Русского Севера, который обошел Новую Землю с севера.
Лошкин — личность почти мифологическая, но любой уважающий себя северный моряк знает его имя несмотря на то, что единственным официальным источником, рассказывающим о его трехлетнем путешествии, является рассказ Федота Рахманина, записанный в 1788 году членом-корреспондентом Петербургской академии наук Василием Крестининым. Даже годы путешествия Саввы Лошкина нам точно не известны. Одни исследователи считают, что это начало 1760-х годов, другие — что 1740-х
Николай Челобитчиков. Малакка, Кантон. 1760–1768.
Пока одни осваивали Север, другие двигались на юг. Купец Николай Челобитчиков из города Трубчевска Орловской губернии в 1760–1768 годах совершил совершенно уникальное путешествие по Юго-Восточной Азии, которое, увы, осталось не оцененным его современниками. Скорее всего, он был первым русским, посетившим Малайский полуостров и достигнувшим по морю, а не по суше, китайского Кантона (ныне Гуанчжоу).
Свое путешествие купец Челобитчиков совершил с совершенно практической целью и, похоже, не придавал ему никакого исторического значения. Он подрядился за 300 руб. поехать в Калькутту и взыскать четырехтысячный долг с застрявшего там греческого купца
Свое путешествие купец Челобитчиков (хотя правильнее было бы назвать его коллектором) совершил с совершенно практической целью и, похоже, не придавал ему никакого исторического значения. Он подрядился за 300 руб. поехать в Калькутту и взыскать четырехтысячный долг с застрявшего там греческого купца, который должен был эту сумму его землякам. Пройдя через Константинополь, Багдад и Индийский океан, он достиг Калькутты. Но оказалось, что должник уже умер, и Челобитчикову пришлось возвращаться на родину невероятно кружным путем: через Малакку, которой в то время владели голландцы, китайский Кантон и английский остров Святой Елены (!) в Лондон, а затем в Лиссабон и Париж. И, наконец, в Петербург, где побывал в первый раз в жизни.
Об этом удивительном путешествии трубчевского купца стало известно сравнительно недавно, когда в Центральном государственном архиве была обнаружена челобитная, которую он отправил в 1770 году на имя Екатерины II, с просьбой о переводе его в петербургское купечество. В ней он достаточно подробно описал свой маршрут. Удивительно, что его отчет абсолютно лишен какой-либо пафосности. Свое девятилетнее путешествие он описывает достаточно скупо, как какую-нибудь загородную прогулку. И предлагает себя в качестве консультанта по торговле с восточными странами.
Филипп Ефремов. Бухара — Тибет — Кашмир — Индия. 1774–1782
Дальнейшая судьба Челобитчикова остается неясной (скорее всего, его послание до императрицы так и не дошло), а вот служилый человек, унтер-офицер Филипп Ефремов, десятилетие спустя совершивший похожее путешествие, был представлен Екатерине II и даже возведен ею в дворянское достоинство.
Приключения Филиппа Ефремова начались в июле 1774 года, когда он был взят в плен пугачевцами. Бежал, но был захвачен киргизами, которые продали его в рабство бухарскому эмиру
Приключения Филиппа Ефремова начались в июле 1774 года, когда он был взят в плен пугачевцами. Бежал, но был захвачен киргизами, которые продали его в рабство бухарскому эмиру. Ефремова принуждали принять ислам и подвергли жесточайшим пыткам, но он не предал христианской веры, и тогда эмир, восхищенный его мужеством, сделал его своим сотником (юз-баши). За участие в нескольких битвах он получил большой надел земли, но все равно мечтал о возвращении на родину. Купив поддельный паспорт, он опять бежал. Все дороги на север были перекрыты, поэтому он пошел на юг. Через Тибет и Кашмир, закрытые для европейцев, он попал в Индию, а оттуда в Лондон, где встретился с русским консулом, который представил его прямиком пред ясны очи Екатерины.
Позднее Ефремов служил переводчиком в Азиатском департаменте Министерства иностранных дел, а в 1786 году вышло первое издание его путевого дневника: «Российского унтер-офицера Ефремова, ныне коллежского асессора, девятилетнее странствование и приключения в Бухарии, Хиве, Персии и Индии и возвращение оттуда чрез Англию в Россию, писанное им самим». В конце XVIII века книга стала бестселлером и пережила три издания, но к середине XIX века была почти забыта, как и ее автор. Ныне тетрадь, прошедшая с Ефремовым полмира, хранится в рукописном отделе Пушкинского Дома.
P. S. Вскоре по стопам Челобитчикова и Ефремова отправились множество других путешественников. Самые известные из них — это Герасим Лебедев, первый русский индолог, основавший в 1790-х годах в Калькутте первый в Индии драматический театр европейского образца, армянские купцы Григорий и Данил Атанасовы и грузинский дворянин Рафаил Данибегашвили.