Власти могут выгнать Олонецкий молкомбинат из арендованных зданий в любой момент
Минимущество Карелии вместе с Фондом госимущества республики решили не заключать новый договор аренды с Олонецким молочным комбинатом на здания в Олонце, где предприятие работает больше 20 лет (ответы в адрес предприятия есть в распоряжении Daily). Такое решение оба ведомства приняли, несмотря на заверения главы Карелии Артура Парфенчикова, заявившего в декабре прошлого года о том, что он не видит никаких препятствий для перезаключения договора.
Прежний договор с ОМК действовал 15 лет и истек 1 апреля этого года. Предприятие неоднократно пыталось выкупить занимаемые здания по рыночной цене, а также продлить договор аренды на новый срок, но столкнулось с необоснованными отказами чиновников. На фоне тотальной приватизации в Карелии это как минимум выглядят как предвзятое отношение. Однако нельзя исключать, что за этим кроется и лоббирование чьих-то интересов, нацеленное на выдавливание одного из крупнейших переработчиков молока в Карелии с занимаемых рынков с целью последующего разорения.
С предложением заключить новый договор на 15 лет ОМК еще в январе обратился в Фонд госимущества Карелии, и арендодатель был обязан сделать это по закону. Со своей стороны ФГИ даже произвел оценку рыночной стоимости аренды зданий комбината, что обычно предшествует перезаключению договора. Однако в августе из Фонда госимущества пришел ответ о том, что ведомство не будет его перезаключать, а истекший договор аренды 2005 года продолжит действовать согласно Гражданскому кодексу неопределенный срок, пока фонд не решит его расторгнуть. Сделать это по закону ведомство может без пояснения причин в одностороннем порядке, уведомив арендатора за 1 месяц. Это означает, что по воле чиновников предприятие в любой момент могут попросить покинуть занимаемые помещения, что было бы невозможно при наличии нового договора.
В качестве причины отказа перезаключать договор аренды Фонд госимущества называет реконструкцию зданий, проведенную ОМК без согласования с арендодателем. Под этим подразумевается перенос ряда перегородок внутри помещений, изменение числа оконных и дверных проемов, а также присоединение к зданию комбината нескольких модульных помещений, которые, как уверяют на ОМК, могут быть легко демонтированы. Внесенные изменения были необходимы предприятию для модернизации производства и увеличения объемов выпускаемой продукции. По факту они являются неотделимыми улучшениями и увеличивают стоимость арендованного имущества, пояснила Daily юрист Олонецкого молочного комбината Наталья Поддубная.
Кроме того, в правительстве Карелии прекрасно знали об этих улучшениях. Их своими глазами видели посетившие ОМК весной 2019 года министр сельского хозяйства, вице-премьер Карелии Владимир Лабинов, а также непосредственный арендодатель — тогдашний министр имущественных и земельных отношений Карелии Сергей Щебекин. При этом в правительстве Карелии ни в тот момент, ни после не высказывали никаких претензий по поводу произведенных улучшений и не раз говорили о том, что договор аренды будет перезаключен на новый срок.
Об этом, в частности, заявили в феврале прошлого года в Заксобрании Карелии глава Минимущества Сергей Щебекин, выступавший в парламенте против включения предприятия в план приватизации. Тем не менее ОМК не только не дали выкупить тогда стены, в которых предприятие стабильно работает два десятка лет, но отказывают теперь и в заключении нового договора аренды.
Претензии по поводу произведенных улучшений на Олонецком молочном комбинате оценивают как предлог для того, чтобы объявить предприятие недобросовестным арендатором и отказать в новом договоре аренды. Больше того, нетрудно догадаться, что следующим шагом со стороны правительства Карелии может стать попытка выселить комбинат с занимаемых площадей. Чтобы не дожидаться этого, ОМК принял решение в судебном порядке обжаловать отказ в перезаключении договора аренды, потому что на кону стоит его будущее.
В ближайшее время Олонецкий молочный комбинат обратится в суд, — сообщила Daily юрист ОМК Наталья Поддубная. — Предприятие всегда вовремя и без пропусков вносило арендную плату. Иногда больше, чем нужно, и потом даже взыскивало переплату. Арендодатель был в курсе произведенных изменений, знал, что они необходимы для расширения производства, и не просил все вернуть в первоначальный вид. По факту он был в курсе происходящего. К тому же все изменения были сделаны за счет ОМК и в качестве неотделимого улучшения считаются собственностью республики.