На окраине Олонца, там, где река Мегрега делает крутой изгиб, расположился финский концентрационный лагерь для военнопленных и гражданского населения. Высокая изгородь колючей проволоки в 2—3 кола отделяет его от внешнего мира. Каждый день ранним утром финские солдаты выгоняли из лагеря на работу измученных людей. Они еле волочили ноги от недоедания и болезней. Многие падали. Тогда на них обрушивались плети, пинки. Кто не мог встать — так и умирал на дороге. Люди гибли сотнями от голода и побоев.

Об этом рассказал нам 75-летний олончанин Василий Петрович Вилкин. Всё же, что творилось в самом лагере, финские фашисты тщательно скрывали, никого не подпуская близко. Только немногочисленные документы, оставленные финнами при поспешном отступлении, да самый лагерь, его строения — немые свидетели злодеяний, — дают представление о кровавой драме, разыгравшейся здесь.

В лагере первоначально находилось около 5.000 пленных. Среди них было много жителей карельских деревень, загнанных финнами в лагерь. Отступая, финны угнали с собой всего 600—700 человек. Где же остальные? Финны расстреливали пленных группами по 5—20 человек, расстреливали в одиночку. Здесь финские бандиты замучили верную дочь советского народа Анастасию Звездину. Здесь погибли Филиппова, Осипов и сотни других товарищей.

В бараках, в одной из нар мы обнаружили запрятанную в щель записку. Вероятно, из-за боязни быть обнаруженным, пленный не указал своей фамилии. Голос безвестного товарища звучит из лагеря смерти, напоминая о долге мести. «Товарищи из Красной Армии, — говорится в записке, — не попадайте в плен! Здесь голод и холод, бьют. Кто был, тот не забудет никогда. Умирало в день по сорок, и пятьдесят человек...».

Лагерь № 8 для советских граждан находился в лесу, в стороне от дороги Олонец—Видлица. Сюда финны согнали из Лодейнопольского, Подпорожского и других районов сотни русских семей, не успевших эвакуироваться при отходе частей Красной Армии в 1941 году. Более 4.000 человек всех возрастов ютились в грязных бараках и клетушках. Крыши протекали, в окнах не было стекол. Заключенных заставляли работать в мастерских, где чинилось солдатское обмундирование, изготовлялись ботинки на деревянных подошвах. Рабочий день длился 14 часов. Хлеба выдавали на день всего 100 граммов. Били за всё: за минутное опоздание на работу, за отсутствие старания. 25 ударов дубинкой было обычным наказанием. Среди освобожденных теперь из лагеря людей не оказалось почти ни одного, кто бы не был избит дубинкой или не сидел в карцере. Отлучка из лагеря каралась расстрелом. Строго настрого запрещалось без спроса начальства ходить в соседний барак. Люди гибли от истощения, непомерной работы, избиений.

Освобожденные советские люди рассказывают, как страстно они ждали спасения. Когда в лагерь стала доноситься уже канонада, всех охватило страшное возбуждение. Шестеро юношей — пятнадцатилетний Иван Порфиненко, восемнадцатилетние Анатолий Сахаров, Алексей Ларионов, Владимир Кабаченков, Александр Толчанов и девятнадцатилетний Николай Голубев бежали из лагеря. Они решили организовать партизанский отряд и двигаться навстречу Красной Армии. Юношам удалось раздобыть только две гранаты. С их помощью они намеревались достать остальное оружие. На лесной дороге смельчаки напали на большую группу отступающих финнов. Но гранаты подвели — они не взорвались. Финны изловили юных партизан и учинили над ними кровавую расправу: отрезали пальцы, выкололи глаза, пробили черепа.

Бойцы N соединения, освободившие заключенных из лагеря, разыскали изуродованные трупы. Перед их погребением состоялся траурный митинг, на котором присутствовали бойцы, офицеры, жители окружающих деревень и освобожденные из лагеря. Сестра погибшего героя Александра Порфиненко, обращаясь к бойцам, сказала:

— Прошу я вас, отомстите вы за смерть моего брата! Он бежал из лагеря навстречу Красной Армии. Но белофинские бандиты его поймали, вырезали ему горло, прокололи штыком грудь, пробили голову. Смерть, беспощадная смерть фашистским гадам!

Советские воины поклялись над прахом замученных жестоко отомстить финским убийцам.

// Капитан Н.Новиков. КАРЕЛЬСКИЙ ФРОНТ. (По телеграфу).