Олеся Антонова и Максим Лазенков о работе юристов, медиаторах и том, почему они не любят наследников и некоторых коллег
0
208
Jusestarsbonietaequi
- Право есть искусство добра и справедливости.
Латинскаяпословица
Честно говоря, сколько я живу, примерно столько же я иуверена, что юристы - люди скучные и нудные, а адвокаты - наоборот, артистичныи блистают в судах во всем великолепии. Спасибо фильмам и сформировавшемусястереотипу. Так вот если он вдруг есть и у вас, то самое время его развенчать.
Работа юриста оказалась не просто интересной, но еще и невероятно сложной,многогранной, где каждый день тебя могут поджидать сюрпризы, причем не всегдаприятные.
А слушать людей, которые горят своим делом, буквально дышатим и при этом умудряются ловко балансировать между юридическими терминами ипростым человеческим языком так, чтобы собеседнику было понятно, о чем речь -двойное удовольствие.
Положа руку на сердце, скажу, что это было одно из моихсамых интересных интервью. Мы проговорили больше часа, и многое из сказанногопришлось сократить, но, уверена, вам будет так же интересно, как и было мне.
Знакомьтесь, Олеся АНТОНОВА и Максим ЛАЗЕНКОВ -юристы-медиаторы «Обнинского юридического центра».
СУРОВ
ЗАКОН, НО ЭТО ЗАКОН
- Как вы познакомились? И с чего началась ваша совместнаядеятельность?
Олеся А.: У нас случилось совместное представительство поодному сложному семейному спору, и мы очень удачно коллегиально отработали,грамотно распределив нагрузку на двоих. В основном, все наши коллеги имеютпрактический опыт работы в одиночку, что может создавать трудности дляклиентов, поэтому мы решили отказаться от традиционного пути и создать команду.
Сейчас работаем под торговым наименованием «Обнинский юридический центр», укаждого из нас отдельный предпринимательский статус и плюс в нашу командувходят еще два аутсорсинговых юриста, два действующих адвоката из московскойколлегии, адвокат из Обнинска. И так уже с 2018 года.
- Вы оба представились как юристы-медиаторы. Что такое юрист-медиатор ичем он отличается от обычного юриста?
Олеся А.: Львиная доля наших лет, проведенных в юриспруденции,пришлась на нахождение в судах, то есть наша основная работа - мы судебныеюристы, помимо того, что мы занимаемся сопровождением компаний и юрлиц. Решилив какой-то момент начать развивать тему примирительных процедур. Вообще, законо медиации существует с 2010 года, но он никому не был нужен потому, что небыло юридической силы этих договоренностей. Но в 2019 году законодатель принялпрогрессивное решение и внес изменения в Закон об исполнительном производстве.
У нас появилась норма, которая приравняла по исполнению нотариально заверенноемедиативное соглашение к решению суда. То есть мы, как юристы-медиаторы, вправесоздать решение по спору в виде медиативного соглашения, которое будет исполнятьсятак же, как судебный акт.
Максим Л.: Оно не подлежит обжалованию, вступает в силунемедленно, в суды больше бегать не надо.
- До знакомства с вами о юристах-медиаторах я вообще не слышала,признаюсь к своему стыду. Сейчас эта практика набирает обороты или все ещесырая для нашего общества?
Олеся А.: Набирает, плюс мы принимаем меры к ее развитию, и здесьнам помогает наша обнинская Торгово-промышленная палата. Создана коллегиямедиаторов, мы бесплатно проводим процедуры медиации - это наш личный вклад вразвитие без всяких грантов и субсидий. Мы также бесплатно консультируемстороны, которые заинтересованы в вопросе. Сейчас участвуем в социальном проекте,проводили пробный семинар в школе №7, посвященный медиации и урегулированиюконфликтов, буллингу. С нами в команде работают психологи-медиаторы.
МаксимЛ.: Кстати, когда в школе выступали - это было в каникулярныйпериод, и к нашему удивлению пришли все дети. Планировали пообщаться чутьбольше часа, в итоге почти два часа проговорили - очень высокаязаинтересованность у ребят.
ЗАКОН НА
ВАШЕЙ СТОРОНЕ, А КАК РЕШИТ СУД - ПОСМОТРИМ
- На медиаторов где-то специально учатся или достаточно подвешенногоязыка для того, чтобы быть успешным, кхм, переговорщиком?
ОлесяА.: очень много заведений, десятки просто, где можно пройтипереквалификацию. И кто угодно быть медиатором тоже не может. Есть требования:нужно быть старше 25, иметь высшее образование, пройти профподготовку. И на нашвзгляд, так как процедура медиации тесно сопряжена с правовой областью,медиация без юриста в каком-либо статусе невозможна. Так как именно медиаторвыступает гарантом законности.
МаксимЛ.: Я немного вернусь к предыдущему вопросу и добавлю, что вЕвропе такая система очень продвинута, у нас она только начинает набиратьпопулярность. Люди пока еще привыкают, некоторые побаиваются, но на самом делемедиация -очень удобная, конфиденциальная и экономная вещь.
- Как вы оцениваете опыт работы со школьниками? Было ли сложно?
ОлесяА.: Без психологов у нас бы не получилось так хорошо всеорганизовать. Наша миссия как юристов касалась разъяснения детям их прав,обязанностей, уголовной ответственности. Психологи же проводили игры, скажемтак, разряжали обстановку. Хочу еще сказать, что в школах существует огромныйпробел в подаче материала о правовых нормах. То есть мы хотим, чтобы дети чтилизакон, но не рассказываем, что происходит в правовом поле. Пример приведу, в2017 году проводилось анкетирование учащихся 9-11 классов в школах Обнинска,так вот очень многие ответили, что если они в 16-летнем возрасте что-тоукрадут, то их максимум поругают в детской комнате полиции. Однако это далеконе так - в этом возрасте уже наступает уголовная ответственность. И можно понезнанию очень легко испортить свое будущее.
МаксимЛ.: Правового воспитания действительно не хватает. Кроме того,законодательство в РФ сложное, постоянно обновляется и достаточно строгое. Дажеюристу трудноуследить за всеми новинками. Бывает так, что по восемь раз в годвносятся изменения в положения одной статьи. Работа юриста связана с постояннойдинамикой и использованием цифровых систем.
Олеся А.: Еще добавлю. Вместе с психологами Светланой НАРУКОВОЙ иЕленой РАЕВСКОЙ мы разработали программу семинара - 4 блока по 20 минут.
Планируем предложить ее во всех школах города. Рассчитана она на учащихся 9-11классов. То есть мы хотим повышать правовую грамотность подростков.
-Какие еще современные методы используете? Может быть, заседания судов вонлайн?
ОлесяА.: Да. Кстати, мы были первыми в городе, кто сталиспользовать цифровые средства для консультирования клиентов, в том числе ииногородних. Мы активно развиваем участие в судебных процессах по ВКС, чтобыэкономить деньги людей. Судебная система давно современная, не надо юристам иадвокатам никуда летать, можно все проводить онлайн.
- Совершенно праздный вопрос задам. Сколько длится вашрабочий день? Потому что пока у меня складывается ощущение, что вы вообще неспите никогда.
МаксимЛ: Вы почти угадали.
Бывает, что и в пять утра встаем, бывает, что и в одиннадцать вечеранужно срочно куда-то выехать. День расписан буквально по минутам.
Олеся А.: Плюс ко всему огромное количество письменной работы.
Качественная работа юристане в красивых словах, а в том, чтобы обеспечитьдостаточную письменную позицию, чтобы она легла в материалы дела, то есть этовсе нужно подготовить и напечатать. Поэтому некоторые дни мы по 12 часов можемпросто писать. Так, кстати, не все коллеги делают. Многие ленятся заниматьсяписаниной, поэтому, когда берешь, например, какого-то клиента после другогоюриста, просишь предоставить документы, бумаги, аудиозаписи с судов, а ничегонет! Приходится буквально вслепую идти в таких случаях. Юрист - этосвоеобразный писатель, и очень важно не лениться.
ЗАКОН ЧТО
ДЫШЛО - КУДА ПОВЕРНУЛ, ТУДА И ВЫШЛО
- Сколько времени занимает подготовка дела?
Максим Л.: Очень много. Первый этап - ознакомление сверсией клиента и теми, документами, что у него есть. Далее проверкадействующего законодательства и судебной практики. И даже если у тебя двамесяца назад был абсолютно аналогичный процесс, все равно нужно проверить,потом что, как сказали выше -законодательство очень динамично. Как раньшеработали по кодексу 20 лет назад, такого сейчас нет. Никаких алгоритмов. Каждоедело уникально и индивидуально, даже если оно как две капли воды похоже на твоепредыдущее.
- Ну вот мы и пришли к скрупулезности и дотошности. Получается, онивсе-таки важны для юриста?
ОлесяА.: Конечно. Вы не представляете, как много строится намелочах. И как они на самом деле важны, порой играя решающую роль. Вот,например, с 2009 года человек бьется. Незаконно установлена площадка для сбораТБО. В силу того, что нормативная база сложная, его отпихивают. Больше десятилет заявитель ничего не может добиться. И потом приходит к нам. И мы начинаемсобирать всю нормативку, видим нарушения. Фактическипишем инструкцию. Выезжаемна места. Нужно понимать, на какие моменты ставить акценты, какие учитыватьтонкости. У нас на самом деле масса работы на местах, мы выезжаем на земельныеучастки, сами чуть ли не с линейкой ходим по ним, фотографируем со всехракурсов, если это какие-то коммунальные споры, можем даже нарисовать схемутруб для суда. Нам важно и нужно грамотно донести свою позицию, учесть всенюансы. Это правда очень сложно, и мало кто так заморачивается. Наша же позиция- нужно максимальное погружение.
- То есть клиент, придя к вам, может быть заранее уверен, что деловыгорит?
Максим Л.:Нет, конечно. Запомните, юрист не может даватьникаких гарантий, если вам кто-то говорит, что точно будет выигрыш - бегите оттакого специалиста, вас, скорее всего, просто разводят на деньги. Юрист видитсильные и слабые стороны, может анализировать, говорить о шансах, ногарантировать стопроцентную победу - никогда. В конце концов, именно судпринимает финальное решение и бывает так, что по аналогичным делам онивыносятся разные.
В СУДЕБНЫХ
ДЕЛАХ ПОСПЕШНОСТЬ ПРЕСТУПНА
- Что, простите?
Максим Л.: Трактовать одну и ту же норму законодательстваразные судьи могут по-разному. И в обоих случаях будут правы!
Олеся А.: Далеко ходить не будем, вот пример. Суд рассматривал искодного собственника к фонду капремонта Калужской области о признаниинезаконными отчислений и точно такой же иск, но от группы людей - из того жеподъезда. Мужчине отказали, группе - нет. Казалось бы - никакой разницы. Один итот же дом, одни и те же права, только номера квартир разные - двапротивоположных акта. И это нормальная практика. Решение суда всегдаобосновано.
- Как говорила Алиса - «все чудесатее и чудесатее». Вот вы сказали, чтоподготовка к суду занимает много времени, а бывало такое, что к вам прибегали ипросили срочно взяться за дело?
Олеся А.: Бывало и бывает. Причем у нас есть дела, которые мы беремпринципиально - все, что касаются социально незащищенных слоев. Некоторых людейконсультируем бесплатно. Некоторым делаем скидку. Мы так для себя решили, когданачинали работать, что нельзя только брать, нужно и отдавать, помогать людям иподдерживать их. Еще, например, в период мобилизации мы бесплатноподготавливали разъяснения для работодателей, проводили каждую субботубесплатные встречи вместе с психологами.
-А есть дела, за которые вы принципиально не возьметесь?
Олеся А.: Мы не берем людей, если позиция человека несоответствует нашей морали, принципам и убеждениям. Бывает, например, к намприходят наследники, родители которых много лет болели, буквально сгнивали и имбыло все равно, а после их кончины они захотели долю. И когда мы спрашиваем,когда в последний раз видел отца или мать, и слышим «ну не знаю, за год досмерти» и потом выясняется, что и палец о палец не ударили - с такими мы несотрудничаем.
Максим Л.: еще есть категория мам, которые приходят итребуют, чтобы отец не общался с ребенком, причем преследуя больше своиинтересы, чем чада. Мы пытаемся донести, что речь не о вас, у ребенка естьправо видеть обоих родителей. И если нас не слышат - прощаемся. Но хочусказать, что отказов немного было за всю практику - около четырех раз всего.
- Не могу не вспомнить тут историю Ольги Мед, чьего ребенка спасали и чьюисторию мы писали газете «Неделя Обнинска» от самого начала и до конца.
Олеся А.: Здесь я хочу сказать, что параллельно история решаласьнами как юристами с использованием механизмов судебной защиты, и рядом жерешалась история с помощью СМИ - гражданского общества. Системы одинаковоэффективно сработали.
ГДЕ
ГОВОРЯТ ФАКТЫ, НЕТ НАДОБНОСТИ В СЛОВАХ
- А расскажите про самое свое громкое дело, пожалуйста.
Олеся А.: Не можем озвучивать подробности, к сожалению.
Недавно было сложное дело, связанное с засекреченными технологиями. Но! Дело мывыиграли. Другую историю расскажу, как вытащили фактически вообще из низов. ВЖуковском районе живет многодетная семья. В один прекрасный день к ним приходятприставы и просто вышвыривают их из дома. Пять лет спустя после этого событияони попали к нам - когда в законную силу вступило уже все, что только могловступить. Мы начинаем ломать голову, консультируемся с отставными судьями,коллегами, нам все говорят, что абсолютная безнадега. Но. Мы придумали сложнуюсхему иерархической отмены решений суда. В итоге семья вернулась в свой дом. Авыселили их потому, что отец семейства в свое время взял какие-то левые кредитыпод фантастические проценты и заложил тайком дом, ему навыносили за его спиноймножество решений. Вот и все. Мы использовали тонкости применения правовых норми смогли выйти на отмену судебных актов.
- Я представляю, как эти люди были вам благодарны.
Максим Л.: Нас на самом деле очень часто и всегда искреннеблагодарят. Вы знаете, я же долгое время работал в правоохранительных инадзорных органах. Так вот нигде не слышал так много слов благодарности, хотяказалось бы - мы все просто делаем свою работу.
Олеся А.: Для нас лучшая благодарность - когда нассоветуют, а это происходит постоянно.
- Вы дружите семьями или ваши отношения строго рабочие?
Максим Л: Дружим, встречаемся время от времени и оченьстараемся не говорить о работе. Потому что если начинаем, там уже нас неостановить. По-хорошему, мы трудоголики, очень любим свое дело и максимальнопогружены в него.
- И последний вопрос. Как вы считаете, много ли на рынке хороших юристов?
Олеся А.: Мало, хороших специалистов мало. Хорошийспециалист это ведь не тот, кто просто отучился и получил диплом, это человек,который постоянно проходит переквалификацию во всех сферах, то в ЖКХ, то вмиграционном праве и так далее. Юрист - человек, который постоянно учится, какмы говорили, законодательство динамично, нужно за всем успевать. И у оченьмногих не хватает на это сил или желания.
- Максим Сергеевич, Вам персональный вопрос. Почему Вам нравитсяработать с Олесей Викторовной?
- Онамощный специалист, очень грамотный, таких профессионалов, я уверен, в нашейсеверной агломерации нет. Она умеет подавать материал, быть грамотнымпедагогом, плюс ко всему она всегда очень честная.
- А Вам чем работа с Максимом Сергеевичем нравится?
- Мысошлись, как пазлы. Максим отлично дополняет мою педантичность своей динамикой,плюс у меня есть ощущение надежного плеча. Он умеет успокаивать, и я знаю, чтомне всегда есть на кого положиться.
- Право есть искусство добра и справедливости.
Латинскаяпословица
Честно говоря, сколько я живу, примерно столько же я иуверена, что юристы - люди скучные и нудные, а адвокаты - наоборот, артистичныи блистают в судах во всем великолепии. Спасибо фильмам и сформировавшемусястереотипу. Так вот если он вдруг есть и у вас, то самое время его развенчать.
Работа юриста оказалась не просто интересной, но еще и невероятно сложной,многогранной, где каждый день тебя могут поджидать сюрпризы, причем не всегдаприятные.
А слушать людей, которые горят своим делом, буквально дышатим и при этом умудряются ловко балансировать между юридическими терминами ипростым человеческим языком так, чтобы собеседнику было понятно, о чем речь -двойное удовольствие.
Положа руку на сердце, скажу, что это было одно из моихсамых интересных интервью. Мы проговорили больше часа, и многое из сказанногопришлось сократить, но, уверена, вам будет так же интересно, как и было мне.
Знакомьтесь, Олеся АНТОНОВА и Максим ЛАЗЕНКОВ -юристы-медиаторы «Обнинского юридического центра».
СУРОВ
ЗАКОН, НО ЭТО ЗАКОН
- Как вы познакомились? И с чего началась ваша совместнаядеятельность?
Олеся А.: У нас случилось совместное представительство поодному сложному семейному спору, и мы очень удачно коллегиально отработали,грамотно распределив нагрузку на двоих. В основном, все наши коллеги имеютпрактический опыт работы в одиночку, что может создавать трудности дляклиентов, поэтому мы решили отказаться от традиционного пути и создать команду.
Сейчас работаем под торговым наименованием «Обнинский юридический центр», укаждого из нас отдельный предпринимательский статус и плюс в нашу командувходят еще два аутсорсинговых юриста, два действующих адвоката из московскойколлегии, адвокат из Обнинска. И так уже с 2018 года.
- Вы оба представились как юристы-медиаторы. Что такое юрист-медиатор ичем он отличается от обычного юриста?
Олеся А.: Львиная доля наших лет, проведенных в юриспруденции,пришлась на нахождение в судах, то есть наша основная работа - мы судебныеюристы, помимо того, что мы занимаемся сопровождением компаний и юрлиц. Решилив какой-то момент начать развивать тему примирительных процедур. Вообще, законо медиации существует с 2010 года, но он никому не был нужен потому, что небыло юридической силы этих договоренностей. Но в 2019 году законодатель принялпрогрессивное решение и внес изменения в Закон об исполнительном производстве.
У нас появилась норма, которая приравняла по исполнению нотариально заверенноемедиативное соглашение к решению суда. То есть мы, как юристы-медиаторы, вправесоздать решение по спору в виде медиативного соглашения, которое будет исполнятьсятак же, как судебный акт.
Максим Л.: Оно не подлежит обжалованию, вступает в силунемедленно, в суды больше бегать не надо.
- До знакомства с вами о юристах-медиаторах я вообще не слышала,признаюсь к своему стыду. Сейчас эта практика набирает обороты или все ещесырая для нашего общества?
Олеся А.: Набирает, плюс мы принимаем меры к ее развитию, и здесьнам помогает наша обнинская Торгово-промышленная палата. Создана коллегиямедиаторов, мы бесплатно проводим процедуры медиации - это наш личный вклад вразвитие без всяких грантов и субсидий. Мы также бесплатно консультируемстороны, которые заинтересованы в вопросе. Сейчас участвуем в социальном проекте,проводили пробный семинар в школе №7, посвященный медиации и урегулированиюконфликтов, буллингу. С нами в команде работают психологи-медиаторы.
МаксимЛ.: Кстати, когда в школе выступали - это было в каникулярныйпериод, и к нашему удивлению пришли все дети. Планировали пообщаться чутьбольше часа, в итоге почти два часа проговорили - очень высокаязаинтересованность у ребят.
ЗАКОН НА
ВАШЕЙ СТОРОНЕ, А КАК РЕШИТ СУД - ПОСМОТРИМ
- На медиаторов где-то специально учатся или достаточно подвешенногоязыка для того, чтобы быть успешным, кхм, переговорщиком?
ОлесяА.: очень много заведений, десятки просто, где можно пройтипереквалификацию. И кто угодно быть медиатором тоже не может. Есть требования:нужно быть старше 25, иметь высшее образование, пройти профподготовку. И на нашвзгляд, так как процедура медиации тесно сопряжена с правовой областью,медиация без юриста в каком-либо статусе невозможна. Так как именно медиаторвыступает гарантом законности.
МаксимЛ.: Я немного вернусь к предыдущему вопросу и добавлю, что вЕвропе такая система очень продвинута, у нас она только начинает набиратьпопулярность. Люди пока еще привыкают, некоторые побаиваются, но на самом делемедиация -очень удобная, конфиденциальная и экономная вещь.
- Как вы оцениваете опыт работы со школьниками? Было ли сложно?
ОлесяА.: Без психологов у нас бы не получилось так хорошо всеорганизовать. Наша миссия как юристов касалась разъяснения детям их прав,обязанностей, уголовной ответственности. Психологи же проводили игры, скажемтак, разряжали обстановку. Хочу еще сказать, что в школах существует огромныйпробел в подаче материала о правовых нормах. То есть мы хотим, чтобы дети чтилизакон, но не рассказываем, что происходит в правовом поле. Пример приведу, в2017 году проводилось анкетирование учащихся 9-11 классов в школах Обнинска,так вот очень многие ответили, что если они в 16-летнем возрасте что-тоукрадут, то их максимум поругают в детской комнате полиции. Однако это далеконе так - в этом возрасте уже наступает уголовная ответственность. И можно понезнанию очень легко испортить свое будущее.
МаксимЛ.: Правового воспитания действительно не хватает. Кроме того,законодательство в РФ сложное, постоянно обновляется и достаточно строгое. Дажеюристу трудноуследить за всеми новинками. Бывает так, что по восемь раз в годвносятся изменения в положения одной статьи. Работа юриста связана с постояннойдинамикой и использованием цифровых систем.
Олеся А.: Еще добавлю. Вместе с психологами Светланой НАРУКОВОЙ иЕленой РАЕВСКОЙ мы разработали программу семинара - 4 блока по 20 минут.
Планируем предложить ее во всех школах города. Рассчитана она на учащихся 9-11классов. То есть мы хотим повышать правовую грамотность подростков.
-Какие еще современные методы используете? Может быть, заседания судов вонлайн?
ОлесяА.: Да. Кстати, мы были первыми в городе, кто сталиспользовать цифровые средства для консультирования клиентов, в том числе ииногородних. Мы активно развиваем участие в судебных процессах по ВКС, чтобыэкономить деньги людей. Судебная система давно современная, не надо юристам иадвокатам никуда летать, можно все проводить онлайн.
- Совершенно праздный вопрос задам. Сколько длится вашрабочий день? Потому что пока у меня складывается ощущение, что вы вообще неспите никогда.
МаксимЛ: Вы почти угадали.
Бывает, что и в пять утра встаем, бывает, что и в одиннадцать вечеранужно срочно куда-то выехать. День расписан буквально по минутам.
Олеся А.: Плюс ко всему огромное количество письменной работы.
Качественная работа юристане в красивых словах, а в том, чтобы обеспечитьдостаточную письменную позицию, чтобы она легла в материалы дела, то есть этовсе нужно подготовить и напечатать. Поэтому некоторые дни мы по 12 часов можемпросто писать. Так, кстати, не все коллеги делают. Многие ленятся заниматьсяписаниной, поэтому, когда берешь, например, какого-то клиента после другогоюриста, просишь предоставить документы, бумаги, аудиозаписи с судов, а ничегонет! Приходится буквально вслепую идти в таких случаях. Юрист - этосвоеобразный писатель, и очень важно не лениться.
ЗАКОН ЧТО
ДЫШЛО - КУДА ПОВЕРНУЛ, ТУДА И ВЫШЛО
- Сколько времени занимает подготовка дела?
Максим Л.: Очень много. Первый этап - ознакомление сверсией клиента и теми, документами, что у него есть. Далее проверкадействующего законодательства и судебной практики. И даже если у тебя двамесяца назад был абсолютно аналогичный процесс, все равно нужно проверить,потом что, как сказали выше -законодательство очень динамично. Как раньшеработали по кодексу 20 лет назад, такого сейчас нет. Никаких алгоритмов. Каждоедело уникально и индивидуально, даже если оно как две капли воды похоже на твоепредыдущее.
- Ну вот мы и пришли к скрупулезности и дотошности. Получается, онивсе-таки важны для юриста?
ОлесяА.: Конечно. Вы не представляете, как много строится намелочах. И как они на самом деле важны, порой играя решающую роль. Вот,например, с 2009 года человек бьется. Незаконно установлена площадка для сбораТБО. В силу того, что нормативная база сложная, его отпихивают. Больше десятилет заявитель ничего не может добиться. И потом приходит к нам. И мы начинаемсобирать всю нормативку, видим нарушения. Фактическипишем инструкцию. Выезжаемна места. Нужно понимать, на какие моменты ставить акценты, какие учитыватьтонкости. У нас на самом деле масса работы на местах, мы выезжаем на земельныеучастки, сами чуть ли не с линейкой ходим по ним, фотографируем со всехракурсов, если это какие-то коммунальные споры, можем даже нарисовать схемутруб для суда. Нам важно и нужно грамотно донести свою позицию, учесть всенюансы. Это правда очень сложно, и мало кто так заморачивается. Наша же позиция- нужно максимальное погружение.
- То есть клиент, придя к вам, может быть заранее уверен, что деловыгорит?
Максим Л.:Нет, конечно. Запомните, юрист не может даватьникаких гарантий, если вам кто-то говорит, что точно будет выигрыш - бегите оттакого специалиста, вас, скорее всего, просто разводят на деньги. Юрист видитсильные и слабые стороны, может анализировать, говорить о шансах, ногарантировать стопроцентную победу - никогда. В конце концов, именно судпринимает финальное решение и бывает так, что по аналогичным делам онивыносятся разные.
В СУДЕБНЫХ
ДЕЛАХ ПОСПЕШНОСТЬ ПРЕСТУПНА
- Что, простите?
Максим Л.: Трактовать одну и ту же норму законодательстваразные судьи могут по-разному. И в обоих случаях будут правы!
Олеся А.: Далеко ходить не будем, вот пример. Суд рассматривал искодного собственника к фонду капремонта Калужской области о признаниинезаконными отчислений и точно такой же иск, но от группы людей - из того жеподъезда. Мужчине отказали, группе - нет. Казалось бы - никакой разницы. Один итот же дом, одни и те же права, только номера квартир разные - двапротивоположных акта. И это нормальная практика. Решение суда всегдаобосновано.
- Как говорила Алиса - «все чудесатее и чудесатее». Вот вы сказали, чтоподготовка к суду занимает много времени, а бывало такое, что к вам прибегали ипросили срочно взяться за дело?
Олеся А.: Бывало и бывает. Причем у нас есть дела, которые мы беремпринципиально - все, что касаются социально незащищенных слоев. Некоторых людейконсультируем бесплатно. Некоторым делаем скидку. Мы так для себя решили, когданачинали работать, что нельзя только брать, нужно и отдавать, помогать людям иподдерживать их. Еще, например, в период мобилизации мы бесплатноподготавливали разъяснения для работодателей, проводили каждую субботубесплатные встречи вместе с психологами.
-А есть дела, за которые вы принципиально не возьметесь?
Олеся А.: Мы не берем людей, если позиция человека несоответствует нашей морали, принципам и убеждениям. Бывает, например, к намприходят наследники, родители которых много лет болели, буквально сгнивали и имбыло все равно, а после их кончины они захотели долю. И когда мы спрашиваем,когда в последний раз видел отца или мать, и слышим «ну не знаю, за год досмерти» и потом выясняется, что и палец о палец не ударили - с такими мы несотрудничаем.
Максим Л.: еще есть категория мам, которые приходят итребуют, чтобы отец не общался с ребенком, причем преследуя больше своиинтересы, чем чада. Мы пытаемся донести, что речь не о вас, у ребенка естьправо видеть обоих родителей. И если нас не слышат - прощаемся. Но хочусказать, что отказов немного было за всю практику - около четырех раз всего.
- Не могу не вспомнить тут историю Ольги Мед, чьего ребенка спасали и чьюисторию мы писали газете «Неделя Обнинска» от самого начала и до конца.
Олеся А.: Здесь я хочу сказать, что параллельно история решаласьнами как юристами с использованием механизмов судебной защиты, и рядом жерешалась история с помощью СМИ - гражданского общества. Системы одинаковоэффективно сработали.
ГДЕ
ГОВОРЯТ ФАКТЫ, НЕТ НАДОБНОСТИ В СЛОВАХ
- А расскажите про самое свое громкое дело, пожалуйста.
Олеся А.: Не можем озвучивать подробности, к сожалению.
Недавно было сложное дело, связанное с засекреченными технологиями. Но! Дело мывыиграли. Другую историю расскажу, как вытащили фактически вообще из низов. ВЖуковском районе живет многодетная семья. В один прекрасный день к ним приходятприставы и просто вышвыривают их из дома. Пять лет спустя после этого событияони попали к нам - когда в законную силу вступило уже все, что только могловступить. Мы начинаем ломать голову, консультируемся с отставными судьями,коллегами, нам все говорят, что абсолютная безнадега. Но. Мы придумали сложнуюсхему иерархической отмены решений суда. В итоге семья вернулась в свой дом. Авыселили их потому, что отец семейства в свое время взял какие-то левые кредитыпод фантастические проценты и заложил тайком дом, ему навыносили за его спиноймножество решений. Вот и все. Мы использовали тонкости применения правовых норми смогли выйти на отмену судебных актов.
- Я представляю, как эти люди были вам благодарны.
Максим Л.: Нас на самом деле очень часто и всегда искреннеблагодарят. Вы знаете, я же долгое время работал в правоохранительных инадзорных органах. Так вот нигде не слышал так много слов благодарности, хотяказалось бы - мы все просто делаем свою работу.
Олеся А.: Для нас лучшая благодарность - когда нассоветуют, а это происходит постоянно.
- Вы дружите семьями или ваши отношения строго рабочие?
Максим Л: Дружим, встречаемся время от времени и оченьстараемся не говорить о работе. Потому что если начинаем, там уже нас неостановить. По-хорошему, мы трудоголики, очень любим свое дело и максимальнопогружены в него.
- И последний вопрос. Как вы считаете, много ли на рынке хороших юристов?
Олеся А.: Мало, хороших специалистов мало. Хорошийспециалист это ведь не тот, кто просто отучился и получил диплом, это человек,который постоянно проходит переквалификацию во всех сферах, то в ЖКХ, то вмиграционном праве и так далее. Юрист - человек, который постоянно учится, какмы говорили, законодательство динамично, нужно за всем успевать. И у оченьмногих не хватает на это сил или желания.
- Максим Сергеевич, Вам персональный вопрос. Почему Вам нравитсяработать с Олесей Викторовной?
- Онамощный специалист, очень грамотный, таких профессионалов, я уверен, в нашейсеверной агломерации нет. Она умеет подавать материал, быть грамотнымпедагогом, плюс ко всему она всегда очень честная.
- А Вам чем работа с Максимом Сергеевичем нравится?
- Мысошлись, как пазлы. Максим отлично дополняет мою педантичность своей динамикой,плюс у меня есть ощущение надежного плеча. Он умеет успокаивать, и я знаю, чтомне всегда есть на кого положиться.