"Город начинает лихорадить". Архитектор о том, как будет выглядеть Барнаул через 25 лет
Известный алтайский ученый Сергей Поморов в интервью amic.ru рассказал об Обском бульваре, новом ЦУМе и застройке Речного вокзала
Ученый Сергей Поморов – один из самых известных и уважаемых архитекторов-урбанистов в Алтайском крае. Более 40 лет назад он стал одним из основателей кафедры архитектуры в Алтайском государственном техническом университете, которая позже получила статус института архитектуры и дизайна. За это время его выпускники разработали сотни успешных проектов зданий и общественных пространств по всему миру. Журналист amic.ru Вячеслав Кондаков поговорил с Сергеем Поморовым (а он уже много лет не давал интервью) о том, как должен выглядеть Барнаул через 25 лет. Ученый уверен: краевая столица неизбежно будет расти вверх и в городе появятся небоскребы, как в Дубае. А еще архитектор рассказал, как необходимо застраивать правый берег Оби, когда можно будет уже погулять по Обскому бульвару и почему за 70 лет в Барнауле не построили такого же красивого здания, как "Дом под шпилем".
"Совершить градостроительную ошибку очень легко"
– По специальности вы градостроитель. Правильно ли, по вашему мнению, развивается Барнаул?
– Если говорить о современных тенденциях, то сегодня все города мира растут вверх. Еще 100-150 лет назад строили здания всего в несколько этажей, сейчас в большинстве прогрессивных стран возводят гигантские небоскребы. В Японии уже много лет мечтают приступить к проекту здания, которое бы "уходило" в небеса. Его высота может составить около 1,7 километра. В Саудовской Аравии уже сейчас строят небоскребы высотой чуть более километра. Даже в нашей столице появился целый район "Москва-сити" – самый высокий в Европе. Барнаул также не обошла стороной эта тенденция. На месте Речного вокзала построят самый высокий ЖК в городе, высотой 27 этажей. Изначально там вообще хотели возвести 45-этажный дом. Сейчас проект находится на стадии переработки и согласования. Вторая же противоположная тенденция – расползание застройки вширь. Малоэтажное жилье свойственно и Барнаулу: еще в 90-е у нас начали строить коттеджные поселки.
– Регулярно посещаю все заседания градсовета Барнаула и там в основном рассматривают только новые жилые комплексы. Школы, больницы, стадионы и другие социальные объекты у нас строят очень редко. Такое большое количество домов – нагрузка на инфраструктуру.
– Вы задаете справедливый вопрос, касающийся проблемы локальной застройки. "Поставили" где-то в городе жилой дом, а школы, детского садика или поликлиники рядом нет. Это неправильный подход. Поэтому многие архитекторы выступают против точечной застройки, призывают перейти к комплексной. И такие положительные примеры уже есть. Архитектор Алексей Квасов разработал очень симпатичный проект ЖК в Индустриальном районе. Все новые комплексы, которые планируют возвести в Барнауле, должны быть не хуже. Это правильный пример современной застройки с дополнительными общественными функциями, которые очень нужны горожанам. Но их пока мало.
"Переезд" на другой берег болезненный для любого российского города"
– Как вы оцениваете новый генплан Барнаула?
– Его принятие – большое событие для города. В генплане больше плюсов, чем минусов. Во-первых, мы наконец-то можем приступить к застройке правого берега Оби. Это фундаментальные изменения для Барнаула. В перспективе на правом берегу должен появиться целый район. Как он будет выглядеть – пока неизвестно.
– Но ведь разговоры о том, что на другом берегу Оби может появиться аналог Манхэттена, специалисты ведут уже лет 30. Красноярск или Новосибирск прекрасно развиваются на обеих сторонах реки. Что мешало сделать в Барнауле это раньше?
– Осваивать эту территорию очень трудно. Однако застройщики всегда видели в ней перспективу. Новый генплан развязал им руки. Сейчас со студентами мы начинаем рассматривать варианты того, как должен выглядеть правый берег города. Это полностью поменяет транспортную и инженерную инфраструктуру. Исторический центр города, который фактически сейчас расположен на окраине Барнаула, будет смещен. Это не значит, что уже завтра на правом берегу Оби вырастет новый район. Процесс не быстрый, но он неизбежный.
"Переезд" на другой берег болезненный для любого российского города. Считаю себя "зеленым" архитектором: человеком, который ставит природу на первое место, а не урбанистику. Нельзя просто взять и засыпать песком правый берег Оби, а потом строить там жилье. Такой процесс губительный. Там, в пойме Оби, уже сформирована своя экосистема, ее необходимо сберегать. Потенциальным застройщикам необходимо будет учитывать этот фактор. Рано или поздно настанет час Х, с какими-то утратами для живой природы всем нам придется смириться. Я сторонник строительства на другой стороне Оби в Барнауле, но не с помпезной бетонированной набережной. Конечно, за такой малонарушенной природной территорией придется ухаживать.
– Какие еще плюсы для города открывает новый генплан?
– Также в Барнауле жизненно необходимо построить дуговую дорогу в обход города. Новый документ также позволит решить проблему хранения и утилизации бытовых отходов. Плюсов очень много. Что касается минусов, то они несущественные для масштаба генерального плана. Наш институт направил разработчикам десять замечаний, которые мы просили исправить. Самый острый вопрос – решение транспортной проблемы двух частей города, разрезанной пополам железной дорогой.
– Уже много лет эксперты говорят о необходимости строительства подземного тоннеля под ж/д вокзалом. Якобы именно этот проект поможет разгрузить городские магистрали от пробок. Нужен ли этот проект?
– Этот проект заложен известным барнаульским архитектором Сергеем Боженко. С градостроительной точки зрения ж/д тоннель жизненно необходим Барнаулу. Да, придется потратиться. Необходимо будет посмотреть, где сделать двухуровневые развязки, и составить транспортную схему. Мы сейчас в институте на эти вопросы пытаемся найти ответы. На мой взгляд, для города наступило время перемен. Насколько мне известно, в РЖД тоже не против этого проекта. Осталось найти деньги на строительство тоннеля. Да, но не под зданием железнодорожного вокзала, а немного в стороне.
"Дом под шпилем" – это фирменный знак города. Новый бренд придумать сложно"
– Вы назвали себя "зеленым" урбанистом. Правильно ли понимаю, вы тогда выступаете против застройки территории Ковша и строительства там 16 новых высоток? Лично я как житель Барнаула давно мечтаю о создании там набережной и классного общественного пространства.
– Когда наш архитектурный институт только создали, мэр Владимир Баварин с главами районов города регулярно приезжали к нам в гости. Они советовались, как нужно развивать Барнаул. Помню, Владимир Николаевич попросил нас разработать проект развития территории Ковша и решить: нужна там застройка или нет. Баварин хотел создать на территории рядом с Ковшом красивую набережную со зданиями-символами для архитектуры города. Однако Владимир Николаевич трагически ушел из жизни, и с той поры многие архитекторы по-разному смотрели на территорию Ковша. Все, что сейчас происходит там, логично вписывается в стратегию решения проблем со строительством нового жилья в Барнауле. Однако этого не стоит делать за счет общественных пространств.
– Капитализм, получается, сейчас побеждает?
– Да, пока получается так. Я, например, выступал против строительства нескольких "домов-пластин" на улице Промышленной, которые полностью закрыли вид на речку. Это просто огромные бетонные ужасные стены. Кому от этих зданий стало хорошо? Только 0,5% населения Барнаула, живущих в этих домах. Остальные барнаульцы проиграли и их мнение никто не учитывал. Архитекторы и градостроители должны ответственнее подходить к тому, как развивать такие важные участки в Барнауле.
– Какие современные здания в Барнауле, по вашему мнению, могут попасть на поздравительные открытки через 25 лет?
– Если для человека 25 лет – огромный отрезок времени, то для города – это мгновение в истории. Последняя четверть века прошла для Барнаула в целом неплохо, хотя в городе превалирует массовая невыразительная застройка. Причина – экономические факторы, которые идут впереди паровоза. Архитектура же плетется где-то позади. За последние 25 лет в городе появилось несколько интересных проектов. Прежде всего, это ЖК "Три богатыря" архитектора Владимира Золотова на пересечении проспекта Ленина и улицы Партизанской. Могу выделить новое здание РАНХиГС, над которым работал наш известный архитектор Александр Деринг. Мне очень нравится проект Евгении Реутовой ЖК "Анастасия", который хорошо просматривается со стороны Нового моста, когда заезжаешь в Барнаул. Он делает силуэт города и выразительным, и узнаваемым. Выделю, пожалуй, новый сквер Медиков рядом со зданием АГМУ архитектора Артема Малыгина и ЖК "Лапландия" Алексея Квасова. Однако здания, которые могли бы стать новыми брендами Барнаула, как "Дом под шпилем", до сих пор не появились.
– А в чем причина? "Дому под шпилем" уже больше 70 лет. В отличие от советских архитекторов, сейчас у проектировщиков есть возможность ездить за границу и вдохновляться. В конце концов, можно в интернете посмотреть сотни зданий и создать на их основе что-то свое, уникальное.
– Это непростой, чрезвычайно сложный вопрос. Бренды формируются в умах, в сознании жителей города, а не архитекторов и не сотрудников администрации Барнаула. Интересные здания не перестали строить. Просто барнаульцы коллективно и подсознательно решили, что "Дом под шпилем" – это фирменный знак города. Новый бренд придумать очень сложно. Мне кажется, им после реставрации может стать бывший Сереброплавильный завод. Если мы не будем торопиться, создадим хороший архитектурный проект, то завод обязательно станет новым символом Барнаула.
– Вы говорите, что не нужно торопиться. Владелец бывшего Сереброплавильного завода Евгений Ракшин обещал, что в каком-то виде реконструкция завершится к 300-летию Барнаула. Успеют ли за пять лет?
– Думаю, за это время успеть бы подготовить проектно-сметную документацию. Наши студенты-выпускники под руководством маститых архитекторов сделали не менее десяти проектов. Во всех прослеживается одна тенденция: масштаб нового объекта на территории комплекса не должен быть больше, чем существующие фабрики, разве что чуть-чуть. В отреставрированной оболочке должна сохраниться актуальная городская функция. Тогда на бывшую "Спичку" в выходные обязательно потянутся барнаульцы, а эту прекрасную территорию от глаз горожан перестанет скрывать серый металлический забор.
– А что должно быть ядром нового комплекса? Кафе, магазины или арт-пространства?
– Безусловно, это должны быть объекты с разным набором функций: культурно-развлекательные пространства, рестораны, кафе, зеленые атриумы, воркшопы и так далее. Считаю, что нужно туда привнести и какую-то производственную функцию. Сейчас в Барнауле работает много мастерских ремесленников, швейников, декораторов, дизайнеров. Почему бы их не разместить под одной крышей Сереброплавильного завода? Во многих странах мира это всеобщая проблема: понять, как заставить здание жить в современности, в старую оболочку поместить новую функцию. Называется по-разному: "реновация", "модернизация", "ревалоризация". В Москве для выставок и инсталляций сделали музей современного искусства "Гараж". Кстати, это был проект великого русского архитектора Константина Мельникова. Нужно равняться на эти объекты.
"Речной вокзал нужно было сохранить. Однако со временем я пересмотрел свою позицию"
– Сотрудник вашей кафедры Артем Малыгин сделал проекты для сквера Медиков, парков "Центральный", "Юбилейный", бывшего парка имени Ленина, а сейчас работает над концепцией будущего парка за ТРЦ "Европа". Все эти проекты очень похожи друг на друга. На этом фоне парк "Изумрудный", над которым, в частности, трудились ваши выпускники Максим Максименко и Андрей Атаджанов, заметно отличается. Нужно ли приглашать работать над знаковыми проектами архитекторов из других городов страны, чтобы не строить однотипные здания или общественные пространства?
– Я сторонник реализации потенциала местных архитекторов. Они лучше знают градостроительную ситуацию изнутри. У нас на Алтае отличная школа. Выпускники института архитектуры и дизайна подарили Барнаулу много замечательных архитектурных объектов, в том числе и парк "Изумрудный". Таких сильных архитектурных кафедр, как у нас в "политехе", в стране не так много. К нам не просто поступить, а многие выпускники работают по всему миру. Недавно директор издательского дома "Алтапресс" Юрий Пургин сказал мне: "Если в городе есть своя архитектурная школа, то этому городу повезло". Я с этим мнением согласен. Однако в мировой практике сейчас, наоборот, все популярнее приглашать архитекторов даже не из другого города, а из другой страны. Во многих продвинутых странах работают модные всемирно известные архитекторы. Иногда у них получаются очень успешные проекты. В России такая практика есть только в Москве и Санкт-Петербурге.
– Вы говорили, что в Барнауле редко появляются новые здания, которые становятся брендом города. Может ли им стать строящийся ЖК на площади Сахарова?
– Это городской центр, место пересечения транспортных и пешеходных потоков. Там в будущем появится плотная застройка, которая неизбежно повлияет на трафик. С другой стороны, безусловно, это будет новый крупный объект, который привлечет внимание всех жителей города. Над проектом работал архитектор Сергей Чобан, который известен своим высотным комплексом "Федерация" в Москве. Это как раз положительный пример, когда заказчик привлекает приглашенного известного специалиста, а не обращается к местным авторам. Говорить о том, как Сергей Чобан "чувствует" пульс Барнаула, пока преждевременно. Насколько мне известно, проект сейчас немного пересматривается. Уверен, что он станет лучше.
– Как вы оцениваете проект двух небоскребов на месте Речного вокзала? Знаю, что многим урбанистам он не нравится. Нужно ли застраивать берег Оби высотками? В Майами, например, рядом с водой всегда строят самые роскошные отели и небоскребы.
– Скажу откровенно: изначально я критически относился к высотной застройке на этом участке. В моем понимании Речной вокзал нужно было сохранить. Однако со временем я пересмотрел свою позицию. К нам на кафедру обратились представители компании "Селф" с просьбой разработать концепцию набережной, которая бы примыкала к площади Баварина. Необходимо переосмыслить эту часть города, а, возможно, и дать предложения по благоустройству набережной вдоль речки Барнаулки до территории бывшего Сереброплавильного завода. Что касается самого проекта ЖК на месте Речного вокзала, то его авторы поступили правильно, когда понизили высоту зданий. С точки зрения градостроительства, важные городские магистрали должны замыкаться каким-то значимым объектом. Надо изучать, как две башни на Речном будут просматриваться с разных ракурсов, особенно с проспекта Ленина.
– Глобальные перемены ждут и площадь Советов. Вам нравится новый проект ЦУМа?
– Когда город растет вверх – это признак времени. Город становится современным. Небоскребы у нас будут строить. Другое дело, в каких местах их возводят. В Париже, например, для высоток существует отдельный район Дефанс. Это правильный подход: все же такие объекты должны появляться в срединной части или на окраине города, но не в историческом центре рядом с памятниками архитектуры. Новый проект ЦУМа влияет на будущий Обской бульвар, который должен начинаться от здания администрации Алтайского края и примыкать к берегу Оби. Согласно классической ансамблевой схеме, у бульвара должны быть симметричные фланги, а застройка – одинаковой по стилю. Новое здание ЦУМа эту концепцию нарушит.
– Проекту Обского бульвара уже более 80 лет и когда его реализуют – неизвестно. Есть ли вообще какие-то перспективы, что это произойдет при нашей жизни?
– Проект бульвара "передают" из рук в руки уже не одно поколение. Однако я все равно верю, что Обской бульвар у нас появится. Даже если через 25–30 лет, что для города всего лишь мгновение. Нужно посмотреть, например, на опыт Китая, где я иногда бываю. Там такие проекты реализуют быстро: бульдозеры сносят целые кварталы старого одно-двухэтажного жилья и на этом месте возводят высотные общественно-жилые комплексы повышенной комфортности. Мы с вами живем не в Китае, у нас много юридических аспектов. Вряд ли городская власть снесет целые кварталы, пусть даже с ветхими домами. Начнутся скандалы из-за владельцев земельных участков, которые не захотят переезжать.
– Как вам идея убрать трамвайное кольцо с площади Свободы и создать там новую площадь, которая может заменить функции площади Сахарова? Куда можно перенести это кольцо?
– Эта идея была заложена в концепцию развития туркластера "Барнаул – горнозаводской город". Когда мы со студентами изучали, куда можно перенести транспортные пути, основным вариантом была площадь Спартака-2. Там тесно, но других вариантов пока нет. Это непростая задача для руководства города: решить транспортную проблему на площади Свободы. Конечно, нужно убрать трамваи с улицы Ползунова. Из-за них постоянно "потряхивает" здание филармонии – проект известного русского архитектора Ивана Ропета. В перспективе улицу Ползунова можно было бы благоустроить и сделать ее более пешеходной, при этом сохранив место и для автомобилей. Этот проект точно нуждается в реализации и только улучшит наш город.
– Вы автор концепции "Барнаул – горнозаводской город". Этому проекту же больше десяти лет. Как оцениваете его результат?
– "Барнаул – горнозаводской город" – исключительно важный и одновременно долгоиграющий проект. Помню, когда только об идее развивать туризм в Барнауле заявили власти, то все начали шутить и не верили в такой проект. В итоге город из федерального бюджета получил сотни миллионов рублей, на эти деньги мы построили важные объекты. Прежде всего, у нас появилась пешеходная улица Мало-Тобольская. Часть работ – коммуникации и ливневые канализации – незаметны для большинства. Завершиться проект должен к 2028 году. Необходимо из парка "Центральный" запустить канатную дорогу в Нагорный парк. Тогда мы создадим единый пешеходный закольцованный маршрут по старой части Барнаула.
О чем еще рассказал Сергей Поморов
О работе градсовета:
Сейчас они проходят не так, как в советское время. Тогда градсовет создавался при главном архитекторе города и имел рекомендательную функцию. Сегодня в России осталось очень мало городов или регионов, где сохранилась ставка главного архитектора. В Алтайском крае с этим все хорошо: Виктор Дмитриевич Четошников прекрасно справляется со своей работой.
О главных градостроительных ошибках в Барнауле:
Когда на проектных магистралях или красных линиях бездумно ставят здания. В результате город начинает лихорадить: появляются автомобильные пробки, заторы. Жить становится некомфортно. В некоторых странах мира специальные архитекторы следят за тем, чтобы не было градостроительных ошибок. Если необходимо – сносят здание, расширяют дороги.
Совет молодым архитекторам:
Всегда нужно думать, прежде всего, о создании комфортной городской среды. А уже потом переживать за застройщика, для которого чаще важнее построить как можно больше квадратных метров. Увы, есть случаи, когда заказчик обращается к молодым архитекторам и просит его руками изуродовать Барнаул. Чтобы я посоветовал таким молодым архитекторам? Бежать от такого заказчика, искать другого. Как на войне: либо ты выжил, либо нет. Архитектор не должен предавать свою профессию исключительно ради денег.