Якутский хирург со стажем более 50 лет: «Я верил в свои силы при проведении, казалось бы, безнадежных операций»

У 84-летнего детского хирурга Ахмеда Варфоломеева было тяжелое детство, он вырос в печали по сестрам, которым не могли помочь. В военное и послевоенное время в Якутии остро не хватало врачей, дети умирали даже от незначительных болезней. И наш герой, доктор медицинских наук, профессор кафедры педиатрии и детской хирургии Медицинского института СВФУ Ахмед Романович, в 14 лет осознал, что хочет спасать детские жизни, передает SakhaDay.

– Все в моей жизни шло к тому, чтобы я стал детским хирургом. С малых лет я знал только одну профессию врача. Я родился четвертым ребенком, до меня трое братьев не пережили младенчество.

Мои родители хоть и были неграмотные, но решили назвать меня иностранным именем, чтобы обмануть судьбу, и я выжил. Так меня назвали Ахмедом.

Затем при мне умерли четыре сестренки. Конечно, эти обстоятельства тоже сыграли свою роль. Одна сестра сгорела за три дня, когда мне было 8-9 лет. Она кричала от боли, сидела у меня на руках и просила гладить живот, но врача или фельдшера не было. Наверное, у нее была непроходимость кишечника. Приходила только медсестра, ставила уколы утром и вечером. Однажды я заигрался и пришел поздно вечером, а ее уже не было в живых. Она приснилась мне – встала из гроба и ударила по лицу: «Почему ты не помог, не пришел?» Этот сон оставил большой осадок…

Когда мне было 14 лет, моя сестра Роза, младше меня на 11 месяцев, умерла от болезни печени. Это был большой удар, отец сделал все возможное, чтобы спасти ее, но делать операцию уже было поздно.

С тех пор я начал читать про медицину, биографию хирургов. В 7 классе написал сочинение, что хочу быть врачем-хирургом и спасать жизни. В то время была очень высокая детская смертность. Женщины рожали 20-25 раз, иногда умирали все дети… Врачей, фельдшеров сильно не хватало. Я и сам был слабый, много болел – постоянно ангина, температура, лимфадениты. Брат на три года младше меня тоже сильно болел.

Школа – производство – вуз

Мне нравилось учиться, учителя у нас были очень хорошие. Я закончил Верхневилюйскую среднюю школу им. И. Барахова. В Союзе была система школа – производство – вуз. Без работы на производстве разрешали поступать только 5% отличников. Я поступил в Благовещенский мединститут после двух лет работы на производстве и полугода подготовительных курсов. В молодости думал, зачем нам два года производства, только время теряем! Но по прошествию лет понимаю, что это школа жизни. В Благовещенске мне очень понравился мягкий климат, максимум –20 С зимой. В 1960-е в Якутске было очень опасно ходить одному, а там можно было спокойно гулять по ночам.

Я был легкоатлетом, абсолютным чемпионом школы по борьбе, как раз тогда была очень развита вольная борьба. В течение шести лет участвовал в спортивных соревнованиях Благовещенска. Декан была преподавателем физкультуры, очень любила меня. Из Якутии нас было 15 студентов, закончили 9 человек.

И я один вернулся со значком окончания института – я очень гордился красным ромбиком со змеей, носил его! Каждый праздник, день рождения мы собирались землячеством, более 100 человек. 2 мая устраивали Ысыах, спортивные состязания, жили дружно и весело.

В 27 лет меня назначили главным врачем. Я не дурак, но страха никогда не чувствовал абсолютно. Столько видел случаев, один мог драться с 20 -ю парнями. Я верил в свои силы, в казалось бы безвыходных операциях я был спокоен. Самоуверенность очень помогает! Например, когда я стал абсолютным чемпионом школы по вольной борьбе, я сбросил 5 килограммов за неделю. Все время парился, не ел. И в день соревнования меня шатало, никаких сил не было, а там были такие парни! Но я всех победил. Затем те парни, у которых я выигрывал, стали абсолютными чемпионами республики.

«Оперируй, ты должен спасти жизнь!»

10 июня я приехал в родной Верхневилюйск. Мест не было, но я настоял, что должен работать в родном городе. Хорошо, что министром был Прокопий Андреевич Петров, тоже верхневилюйский, сказал, что что-нибудь придумают. Тогда главврачом Верневилюйской ЦРБ был мой старший друг Захар Спиридонович Герасимов, закончивший наш институт за два года до меня. Как раз в больнице не было хирурга, а я не мог оперировать, потому что не было удостоверения и опыта. Я поставил диагноз аппендицит бухгалтеру, толстому дяденьке. Захар говорит: «Ахмед, не надо рисковать!». А я ответил, что смогу. В итоге я вызвал санавиацию и улетел с пациентом в Нюрбу к опытным хирургам.

Оказалось, что никакого аппендицита нет. Но раз мы прилетели, нюрбинский хирург постарался удалить хоть какой-то отросток, но даже слепую кишку не нашел. Спустя 10 дней он еще раз пожаловался на боли. Выяснилось, что у него слепая кишка находится слева, а не справа. Отросток был припаян к селезенке, уже лопнувший, гнойный. Не смогли спасти. Вот, если бы я залез туда, то карьера бы закончилась. Никакого хирурга Варфоломеева бы не было.

Первую операцию провел после получения удостоверения. Привезли девочку 5 лет с непроходимостью кишечника. Хотели отправить санавиацией, но случилась непогода. Я сказал: «Я ни разу не оперировал». Ответили: «У тебя есть удостоверение. Оперируй, ты должен спасти жизнь человека!» Девочка выздоровела. Вышли заметки в газетах, что появился хороший молодой хирург. Эта девочка впоследствии стала врачом и часто рассказывает нашу историю.

О наследии

Две мои дочери тоже стали известными врачами. Если бы у меня был мальчик, то обязательно бы сделал из него хирурга. А какой хирург из девушки? Поэтому я не вел с ними беседы насчет будущей профессии. Но тут сыграл личный пример. В доме всегда было много медицинской литературы, им было интересно. Надя хотела стать учительницей, как мама. Люба, можно сказать, сама выбрала. Когда они мне сказали, что хотят в мед, я не возразил. Какой отец возразит, если дочери хотят ту же профессию, которую я люблю всю жизнь! Я думаю, это подарок судьбы. Они у меня всегда хорошо учились, закончили школу с золотой медалью, молодцы!

Я очень доволен своей жизнью и работой, как будто кто-то всегда вел меня. Я очень много занимался с молодыми хирургами, особенно детскими, воспитывал детских анастезиологов, травматологов, реаниматологов. Я знаю, что все мои студенты дорожат знакомством со мной, до сих пор советуются. Все знали, что студенты у меня превыше всего, я брал всех, хоть четвертыми-пятыми ассистентами. Раньше студентам было очень трудно пробиться к больным, в операционные кабинеты. А у меня все было по-другому.

*** *** ***

Благодарим за информацию «Золотой фонд: «Наш профессор» Северо-Восточного федерального университета им. М. К. Аммосова.