Как защититься от «абсолютно предотвратимого» рака
Вирус папилломы человека (ВПЧ) — причина 80% случаев рака шейки матки, рака вульвы, у мужчин — рака полового члена. Бывают также случаи, когда при прохождении родовых путей инфицированной матери заражается ребенок, что может привести к респираторному папилломатозу гортани.
«Дойти до осмотра»
При этом ВПЧ — не приговор. Его обнаружение вовсе не означает, что обязательно разовьётся рак, но принимать меры все равно нужно. Какие?
Об этом рассказали на пресс-конференции по профилактике патологии шейки матки, связанной с ВПЧ, ее диагностике и методах лечения профессор Научного центра акушерства, гинекологии и перинатологии имени академика В.И.Кулакова Инна Аполихина (Москва), которая приехала поделиться своим опытом с якутскими коллегами, а также главврач Республиканской клинической больницы N3, доктор медицинских наук Ольга Татаринова и врач-гинеколог высшей квалификационной категории РКБ-3 Татьяна Борисова.
Для начала — что такое ВПЧ.
— Это высококонтагиозный вирус, даже презерватив не всегда защищает, — пояснила профессор Аполихина. — Он внедряется в эпителий шейки матки, влагалища, вульвы, а если еще были какие-то повреждения, достигает глубоких слоев.
Этот вирус становится не только причиной рака шейки матки (РШМ), но и поражает все нижние отделы генитального тракта и наружные половые органы — вульву, влагалище.
Близлежащие органы также подвержены этим вирусам, которые могут стать причиной, в частности, рака анального отверстия.
Различные типы вируса вызывают орофарингеальные раки — это проблема уже для стоматологов и лор-врачей.
Помимо канцерогенных типов, есть неканцерогенные — эти типы вызывают генитальные и другие бородавки, а также респираторный папилломатоз гортани у детей, который, требует многолетнего наблюдения у лора, потому что после иссечения папиллом они опять формируются, и это большая проблема.
ВПЧ передается половым путем, бытовым — редко. Каждый половой партнёр повышает риск заражения.
Но я ещё раз повторяю: ВПЧ — это не рак, нужны и другие факторы — курение, частая смена партнёров.
РШМ не развивается сиюминутно, на это может уйти около 10 лет, вот почему мы говорим, что это абсолютно предотвратимое заболевание, и если оно обнаружено на стадии предрака и даже ранних стадиях рака, мы можем сохранить репродуктивный орган, и женщина может в дальнейшем родить.
Раки «молодеют», и в последнее время
РШМ страдают женщины репродуктивного возраста, в том числе и нерожавшие.
Из регионов к нам приезжает огромное количество женщин с диагнозом РШМ и беременностью сроком 9-10 недель, которую на местах зачастую рекомендуют прервать. А мы эту беременность сохраняем, одновременно проводя лечение пациентки, родоразрешаем ее и отправляем домой уже с ребенком.
У нас также ведётся научная работа по отслеживанию развития таких детей, и это нормальные дети.
Но здесь самое главное — чтобы женщина вовремя дошла до профессионального осмотра. Но женщины не приходят, и мы теряем дебют заболевания, а это самое страшное.
Раз в три года
— В советское время каждая женщина после 18 лет ежегодно должна была сдавать мазок на раковые клетки, — продолжает Инна Анатольевна. — Но когда в 1977 году предположили связь РШМ с ВПЧ, а в 2008-м немецкий ученый Харальд цур Хаузен получил Нобелевскую премию за выявление этой связи, после крупномасштабных исследований по всему миру стали внедряться новые технологии.
В 2020 в России приняты единые клинические рекомендации (впрочем, они скоро будут пересматриваться), в соответствии с которыми каждая женщина после 25 лет должна проводить скрининг, до 30 лет — раз в три года показаны цитологические исследования.
К слову, до 30 лет не рекомендуется смотреть ВПЧ, так как в молодом возрасте этот вирус часто сам по себе уходит из организма, самоэлиминируется, как мы говорим.
Но после 30 лет женщина раз в три года в обязательном порядке должна пройти цитологическое исследование или же раз в пять лет — так называемое ко-тестирование, когда к цитологическому исследованию добавляется диагностика ВПЧ. Таким образом мы, с одной стороны, более углубленно исследуем женщину, с другой — сокращаем расходы здравоохранения.
Плюс современный тренд — исследование онкомаркеров, и у РШМ такие онкомаркеры есть. Когда к цитологии добавляется диагностика ВПЧ и определение онкомаркеров, мы можем проводить прогноз заболевания, а наша задача, как мы помним, выявлять его как можно раньше и предложить щадящее лечение, сохраняя репродуктивный орган.
Таким образом, профилактикой РШМ занимаются не онкологи, а гинекологи, врачи первичного звена, кабинеты диспансеризации.
— Мы сейчас внедряем новые методы, — рассказала главврач РКБ-3 Ольга Татаринова. — Один из них — ранний скрининг РШМ с применением современных технологий: ВПЧ-диагностика не по двум генотипам, а по четырнадцати.
Также у нас начат научно-исследовательский проект по выявлению РШМ не только в Якутске, своим пилотным проектом мы планируем охватить три района — Среднеколымский, Нюрбинский и Горный, скорее всего, возьмем еще и близлежащие.
— Самые отдаленный от Якутска населенный пункт находится в 3189 км, самый отдаленный от райцентра — в 400 км, — напомнила о наших расстояниях Татьяна Борисова. — По этой причине при общем снижении смертности и заболеваемости РШМ, выявление на ранних сроках у нас ниже, соответственно, повышена и смертность от него.
— Поэтому мы провели пилотный проект, предложенный ВОЗ для тех стран, где нет организованного скрининга, а у нас его нет, — продолжила мысль Инна Аполихина. — Речь идёт о самозаборе мазка.
После участия в этом проекте 455 городских и сельских женщин из Липецкой области стало очевидно, что когда мазок берет сама женщина, диагностика столь же эффективна, как в том случае, когда его берет врач/медсестра. Разницы нет, выявляемость одинаковая, и мы будем активно внедрять инструменты самозабора.
Что спасет от ВПЧ
— Эффективный охват профилактическими обследованиями — 80%, и мы должны добиться такого охвата, — подчеркивает Инна Аполихина. — Разумеется, необходимо сказать и о том, что, хотя на сегодня нет средства от вируса, есть возможность защититься от него. Речь идёт о вакцинации.
Да, корпорации антипрививочников не дремлют. В 2006 году, когда началось испытание вакцины от ВПЧ, в общественном транспорте (сейчас уже не вспомню, какого региона) пускали бегущую строку, что население лишают репродуктивного потенциала, что эта прививка ведёт к бесплодию. Кстати, здесь мы не были одиноки — ангажированные статьи выходили, к примеру, в Австрии.
Но за моей спиной 26 международных исследований, в ходе которых мы отчитываемся буквально по каждой запятой. Контроль жесточайший, база данных — мировая. Если бы были какие-то нежелательные явления, связанные с прививкой, ее бы немедленно отозвали.
Привиться от ВПЧ можно до 45 лет, но самый высокий процент эффективности — конечно, до сексуального дебюта. Важно защитить девочек и мальчиков, пока они не встретились с ВПЧ — это ведь проблема не только женщин, но и мужчин. Я всегда говорю: как танго — для двоих, так и сексуальное здоровье — это здоровье в паре.
Мы давно бьемся, чтобы вакцина от ВПЧ вошла в календарь прививок, чтобы для подростков она была бесплатной. Сейчас это решается.
Кроме профилактической вакцины, в мире уже используется и лечебная, но в России ее нет — обе эти вакцины зарубежные.
Однако в нашем центре мы уже работаем над этим.
Это возможно и в изоляции: своя прививка от ВПЧ есть на Кубе, и биотехнологии там на высочайшем уровне благодаря тому, что Фидель Кастро строил целые институты.
В нашей сфере тоже есть удачный пример импортозамещения: цитологический инструмент для диагностики «Эндобраш» различной модификации выпускает предприятие в Казани.
В завершение же нашего разговора хочу отметить, что наш центр открыт к сотрудничеству: я и мои коллеги не только проводим практические семинары в регионах, в случае необходимости мы можем дать и телемедицинские консультации по РШМ, достаточно только набрать НМИЦ АГП имени Кулакова.
P.S. Кроме поликлиники по месту жительства, все необходимые обследования наши женщины могут пройти в клинике «Белая роза».
Фото автора.