Раз берёзка, два полоска – будет туесок. Где берестянщик из Салехарда берёт материал для плетёночек

Как превратить верхний слой коры дерева в полезную вещь? Ответ на этот вопрос даст Андрей Швецов. Ямальцы знают его, как документалиста, автора и ведущего программы «С полем!» об охоте и рыбалке, но наш коллега ещё и мастер-берестянщик со стажем.

Для Андрея Швецова плетение из бересты — не просто любимое дело — оно решило его судьбу. Именно береста привела когда-то уроженца Няндомского района Архангельской области на ямальское телевидение, а ещё, и это самое главное, замечает умелец, помогла найти вторую половинку. Подробнее — в нашем интервью.

– Андрей Васильевич, когда возник интерес к ремеслу?

– Это случилось больше тридцати лет назад во время учёбы в государственном университете имени М. В. Ломоносова на историческом факультете. У нас было что-то вроде курсов дополнительного образования. Кто-то выбрал изготовление известной архангельской деревянной игрушки «Птица счастья», я же пошёл на плетение из бересты. Видел раньше работы, нравились, захотелось попробовать самому. Начинал с солонки, затем сделал вазочку, лапти. Занятий было всего семь, дальше осваивал самостоятельно. А потом и сам стал учить — в школе, в родной деревне, три года вёл кружок.

Андрей Швецов: «Никаких особых секретов у меня нет. Просто стараюсь делать хорошо, на совесть, чтобы не опозорить ремесло». Фото: Надежда Семёнова

– Вы делаете сувениры, предметы быта или то и другое?

– Могу всё, и даже женский купальник, но предпочитаю делать вещи утилитарные. Я — человек деревенский, а в деревне каждый предмет для чего-то.

У изделий из бересты много преимуществ. Они лёгкие и при этом очень прочные. Взять, например, пестерь, иначе — заплечную сумку, рюкзак. С ним удобно ходить на охоту, рыбалку, по ягоды-грибы. Или солонка. Она не разобьётся, если вы случайно её уроните. Ещё береста обладает бактерицидными свойствами: хлеб в такой хлебнице не черствеет.

Есть несколько способов изготовления изделий из бересты. Можно сшивать из цельных пластов, либо, что как раз я и применяю, плести из берестяных полос-лычек. Плетение бывает двух видов: прямое, как в ткачестве, и косое — с расположением лент под углом. По моему мнению, плетёные изделия крепче, та же корзина прослужит лет пятьдесят, а то и больше.

Береста влагостойкая, изделия можно мыть, но замачивать не рекомендуется. Фото: Надежда Семёнова

– С одной стороны, такие изделия экологичны, а с другой — если снять с берёзы бересту, то дерево погибнет.

– Если снять грамотно, не нарушив пробковый слой, то дерево не засохнет и береста за несколько лет нарастёт вновь.

Бересту традиционно заготавливают в начале лета, когда закончилось основное сокодвижение. В это время она легче отслаивается от пробкового слоя. Снимают пластом, делая вертикальный надрез и раскрывая, либо лентой по спирали. Я заготавливаю и так, и так. Нарезанные из пласта полосы использую для изготовления мелких изделий, а ленты, поскольку они длинные, хороши для плетения корзин, коробов, то есть чего-то большого.

Не каждая берёза подходит. Если дерево растёт на солнце, на открытом пространстве, то береста будет плохо тянуться, будет трескаться. Не годится и береста, взятая у берёз в болотистых местах. Лучше заготавливать материал с деревьев, растущих в умеренно влажных и умеренно тенистых местах.

В окрестностях Салехарда я подходящих берёз не видел, а вот в Шурышкарском и Красноселькупском районах, куда ездил на съёмки, береста то что надо и по качеству, и по цвету. Бывало, вечером все спят, а я сижу плету. Но обычно я привожу материал с родины.

Фото: Надежда Семёнова

– Когда вы вывели свои творения «в люди»?

– Ещё во время учительства. На дворе — непростые девяностые, зарплата маленькая, решил выставить несколько изделий на продажу. Сначала в Няндоме, а когда получилось, стал ездить на ярмарки в Архангельск. Там на меня вышла оптовая покупательница из Норвегии, пошли заказы. Особым спросом у норвежцев пользовались корзины и контейнеры с крышкой для бутербродов, этакие берестяные ланч-боксы.

Из школы я ушёл в охотники-промысловики, добывал медведя, куницу, белку, лося, а между вылазками в лес продолжал плести. В 2004 году получил долгожданное приглашение на Соловецкую ярмарку ремёсел — ежегодное большое мероприятие, на котором собираются мастера со всей страны.

Фото: Надежда Семёнова

Соловки — особое место для меня и моей супруги, там мы познакомились. Наталья приехала вместе с мамой в качестве туристов посмотреть местную архитектуру, а тут ярмарка. Будущая тёща, распознав во мне земляка, подошла поговорить, в разговоре спросила о хлебнице. Через несколько месяцев, в январе 2005-го мы с Натальей поженились. А хлебницу я тёще подарил, когда просил руки её дочери.

– Тогда же состоялся переезд на Ямал?

– Да, так и есть. Когда решили создать семью, встал вопрос, где обоснуемся. Я жил у себя в Няндомском районе, Наташа училась в Вологде. Стали думать, кто куда. И тут мой однокурсник Леонид Ефимов предложил работу на ямальском телевидении. Я приехал в Салехард в сентябре 2004-го, Наташа — в декабре. Несколько лет вёл вечернюю телепередачу для малышей, ещё была программа «Плетёночки». В ней поначалу рассказывал о бересте, потом стал приглашать косторезов, резчиков по дереву, других мастеров. А в 2009 году родилась программа «С полем!».

В Салехарде появились на свет три мои дочери — Маша, Таня и Аня. Поэтому этот город тоже важное, знаковое место для нас.

Плетению из бересты умелец научил жену и дочек. Теперь вся семья участвует в ярмарках.Фото: Надежда Семёнова

– С работой на телевидении береста отошла на второй план?

– Она осталась в моей жизни как хобби, как возможность участвовать в выставках-ярмарках. На Соловки мы ездим регулярно, но на Ямале я ещё не выставлялся. В этом году исправлюсь — решил участвовать в этнофестивале «Душа тундры». Как раз сейчас плету изделия для него.

Текст: Ирина Китаева

Журнал

«Ямальский меридиан», № 4

, 2023 г.