Шатры для выбора. В Нягани все участки для голосования разместили на улицах
Председатель участковой избирательной комиссии №73 по городу Нягани Лариса Ткачук рассказала «АиФ-Югра», как прошёл первый день голосования по поправкам в Конституцию страны.
Безопасность – это главное
Екатерина Лосецкая, «АиФ-Югра»: Лариса Эдуардовна, во многих городах Югры голосование проходит в помещениях, а в Нягани установили специальные шатры на улице, это было сделано ради безопасности?
Лариса Ткачук: Безусловно, мы исходили из принципа, что жизни и здоровью гражданина ничего не должно угрожать. Была сделана разметка, людям на входе выдаются в закрытом пакете маска, перчатки и ручка, у них замеряют температуру. Есть антисептики, на входе в шатёр лежат специальные антибактериальные коврики. Шатры достаточно просторные, люди не сталкиваются между собой и минимальное время находятся в закрытом помещении. На всех волонтёрах, членах избирательной комиссии, наблюдателях также имеются СИЗы – вплоть до защитных экранов, масок, перчаток.
– Как прошёл первый день голосования на вашем участке?
– Наш участок – один из самых больших в городе. По спискам у нас закреплено 2495 человек, это жители нескольких центральных микрорайонов. Что нас поразило – уже без десяти двенадцать перед шатром собрались люди – около 10 человек, чтобы проголосовать. Приходили в основном семьями, много людей было в обед и после шести вечера, когда у жителей заканчивался рабочий день. Всем участникам викторины «Моя Конституция» волонтёры выдавали подарки.
– Как много наблюдателей работало в вашем шатре? Есть ли какой-то регламент по их количеству?
– Нет, но на нашем участке дежурили по 4 наблюдателя от различных политических партий. Они, конечно, очень внимательно следили за всем происходящим. Работали сменами, чтобы иметь возможность отдохнуть и согреться. Нас от избиркома тоже четверо. Кто-то отвечает за бюллетени, кто-то – за учетные книги. Помимо этого, на участке работают и полицейские, а ночью шатёр охраняют сотрудники частного охранного агентства, чтобы не было актов вандализма.
Личный выбор
– Сколько всего проголосовало на вашем участке людей и когда будут считать их голоса?
– За первый день на нашем участке проголосовало около 10%. По итогу дня при всех наблюдателях бюллетени достали из урны и пересчитали количество, важно было, чтобы оно совпадало с количеством людей, что приходили к нам согласно спискам. Когда всё совпало, мы поместили все бюллетени в специальный сейф, что ночью охраняет полиция под видеокамерами. Считать голоса мы будем только после восьми вечера первого июля. Все вместе.
– По вашим ощущениям, люди голосовали за или против поправок?
– В основном за. Есть люди, которые нигде не афишировали, как будут голосовать. Они могли говорить, что за, а проголосовать против, а могли наоборот. Это интрига и личный выбор каждого, результаты которого мы узнаем лишь после окончательного подсчёта голосов.
– Вас коллеги охарактеризовали как эксперта в области образования, вы обсуждали поправки с коллегами, со своей семьей?
– Безусловно, особенно до начала выборов. Бывали разговоры на кухне. Людям очень интересно их будущее и их законы. Курс, что будет впереди. Поэтому так важно прийти и проголосовать. Высказать своё личное отношение к происходящему.
– Голосование проходит на фоне пандемии коронавируса, как голосуют те, кто находится на карантине?
– Люди подавали заявки на голосование дома заранее. И, конечно, указывали причину: если это инвалид – одна причина, а вот если контактный человек в карантине – это другая. Сегодня, 26 июня, мы как раз планируем такие квартиры обойти в средствах защиты. Что, называется, в полном обмундировании – в халатах, масках, экранах и полностью бесконтактным способом. Мы приходим, на расстоянии смотрим паспорт, оставляем у двери бюллетень, маску, перчатки и ручку. Человек голосует и опускает бюллетень в специальную переносную урну, не касаясь её. Мы проходили обучение через специальные ролики и у медицинских специалистов, о том, как правильно надо работать с такими людьми, которые находятся под подозрением. Так что шанс заразиться минимален.