История партийного лидера, 22 года возглавлявшего Нурлатский район

Слух о том, что первый секретарь райкома выгнал комиссию обкома, разнесся быстро

Областной комитет партии в советское время – это высшая власть в республике. Фраза «к нам едет инструктор обкома» звучала как гоголевское «к нам едет ревизор» и приводила в трепет чиновников на местах.

К визиту работников обкома в городах и районах готовились тщательно, чтобы не ударить в грязь лицом.

Но иной раз случались казусы. Слух о том, что первый секретарь Нурлатского райкома партии Габбас Киямович Гиматдинов выгнал из района комиссию обкома во главе с секретарем по строительству, при этом даже указав примерное направление, куда бы им желательно отправиться, разнесся по республике быстро.

Дело было так. Казанская комиссия выступила против создания в Нурлатах строительной организации. Гиматдинов же настаивал на своем. В ходе спора все разгорячились, и руководитель Нурлат не сдержался. Как впоследствии вспоминал герой этой истории, дело серьезно запахло керосином. Но тогда ему удалось оперативно дозвониться до руководства обкома и убедить его в своей правоте. Обошлось.

После этого случая репутация Гиматдинова как отчаянно смелого руководителя стала еще прочнее. Он всегда старался говорить прямо, излагая свое мнение без излишней дипломатии, порою в ущерб себе. Сказывались характер и фронтовое прошлое.

«Гвозди бы делать из этих людей»

Габбас Гиматдинов – плоть от плоти дитя советской эпохи.

В феврале этого года ему исполнилось бы 100 лет.

Он родился 8 февраля 1925 года в селе Туйметкино, расположенном ныне в Черемшанском районе республики.

Его дед – крестьянин-середняк, отец – советский и хозяйственный работник, мама – домохозяйка. В 1920-е годы деда чуть было не раскулачили, спасло то, что сын – красноармеец. В семье – семеро детей, Габбас был старшим. Именно на его плечи легла забота о младших, когда в начале Великой Отечественной отца забрали на фронт.

На подростков его возраста свалилась непомерная ноша – днем работа на колхозных полях, ночью отвозили зерно на склады. Погрузка и разгрузка 50-килограммовых мешков своими силами. Утром вновь на поля.

В 1943 году восемнадцатилетнего паренька призывают в действующую армию. После «учебки» – командир отделения в десантной бригаде, затем в стрелковом полку. Летом 1944 года в ходе тяжелых боев на Карельском фронте Гиматдинов получает тяжелое ранение разрывной пулей в ногу.

Во фронтовых условиях получить необходимую помощь практически невозможно, и он уже с осложнениями попадает в госпиталь. Здесь сталкивается с вопиющим случаем халатности врачей. Раненому требуется операция, но ее не делают, хотя в истории болезни отмечают, что операция якобы проведена. Вместо этого готовят ампутацию ноги.

Над ним сжалилась медсестра, шепнувшая по секрету о ждущей бойца участи. Габбас собрался с силами, написал жалобу. И на него обратил внимание опытный военный хирург, прибывший в госпиталь с проверкой работы медучреждения. Этот хирург его и спас.

Ногу удалось сохранить, а значит, можно жить полноценной жизнью. Восстанавливался Габбас долго, но рана мучила всю жизнь. Напряжение, накопившееся в тот страшный период жизни, потом еще долго выплескивалось в виде взрывных эмоциональных всплесков.

Счастье, за которое нужно бороться

В конце 1945 года, демобилизовавшись из армии, Гиматдинов вернулся домой. Ему было только 20 лет. Родина встретила сурово.

«Нам казалось, что раз уж нам выпала удача выжить в этой войне, то впереди у нас только светлые дороги, – вспоминал Гиматдинов. – Но эйфория от победного конца войны при столкновении с действительностью быстро улетучилась. Нас, вчерашних воинов, дома ожидал другой фронт – разруха. Счастье, как мы его себе представляли, еще даже и на горизонте не брезжило. За него надо было бороться, добывать его трудовым потом и кровавыми мозолями».

С чего начать? Прежде всего, Габбас решил послушать совета мамы и жениться. Любимая девушка Надия работала в Казани, туда он и направился. Уже здесь случайно узнал о возможности поступить на партийную учебу. Подал документы в обком партии и поступил. А уже в завершение обучения женился. С супругой они прожили долгую совместную жизнь. Вместе – более полувека, 51 год. Вырастили четырех дочерей, одна из которых стала геологом, а трое – врачами.

Сразу после свадьбы Гиматдинова направляют на хлебозаготовки, где в глухой деревне пришлось организовывать голодных колхозников, у которых уже давно выгребли все амбары и запасы, на сбор колосков, оставшихся в припорошенных снежком полях.

Таким экстремальным трудом обеспечивались дополнительные нормы сдачи хлеба, спущенные в республику из центра. Потом – год учительства в Лашманской средней школе. Вскоре сообразительного и энергичного парня замечают в руководстве и приглашают на работу в Черемшанский райком партии. Здесь он – заведующий отделом пропаганды, второй секретарь по сельскому хозяйству. В эти же годы Габбас поступает и в Казанский педагогический институт.

Смекалка председателя

После ряда назначений на сложные участки работы Габбаса в 1956 году в числе «тридцатитысячников» направляют руководить отстающим колхозом «Ленинский путь» в село Старый Кувак Шугуровского (ныне Лениногорского) района республики.

Если бы хозяйство было отстающим – еще полбеды. Оно разваливалось. Приехав на место, а дело было ранней весной, Гиматдинов обнаружил, что коров кормить просто нечем. Ослабевшие животные находились в стадии истощения, а до первой зеленой травы было еще далеко. Из критической ситуации выход был только чрезвычайным: сняли солому со всех крыш домов и, предварительно отмыв в проруби и ошпарив кипятком, кормили этим скотину. Коров подвязали ремнями к стойкам, чтобы максимально сберечь их силы. Стадо удалось спасти.

А дальше Гиматдинов смог заинтересовать людей.

«Сначала народ накорми, а уж потом спрашивай с него, – таков был один из полученных мной на практике, неопровержимый никакими доводами идеологии, жизненный урок», – делился он позднее своими принципами работы. Внедрил новые кормовые культуры, пошло в рост животноводство. На следующий год «Ленинский путь» вошел в число семи колхозов-миллионеров республики. Буквально через два года опыт колхоза уже начали изучать партийные комиссии, статья о нем вышла в республиканской печати.

Первый секретарь

Заслуги Гиматдинова по восстановлению доброй репутации колхоза с громким названием не остались незамеченными, и уже в 1958 году начинается его продвижение по партийной лестнице. Молодой хозяйственник оправдывал доверие: первый секретарь райкома партии Тюлячинского района, затем руководитель Сабинского, Куйбышевского райкомов, парторг обкома КПСС по Арскому производственному управлению. Время было динамичное, по всей стране шла кадровая ротация, инициированная Хрущевым, укрупнялись и разукрупнялись районы, создавались и упразднялись совнархозы.

Гиматдинов просился на хозяйственную работу, «на землю», и в январе 1965 года его направляют в Октябрьский (ныне Нурлатский) район с задачей провести отчетную партконференцию. А в итоге избирают первым секретарем райкома партии.

Октябрьский район в середине 1960-х был одной из отстающих по всем показателям территорий. Инфраструктуры нет, производительность труда низкая, в управленческом звене – нездоровая психологическая атмосфера. Гиматдинов увидел здесь, по его словам, «запустение» и непролазную грязь. «Возникла апатия, три-четыре месяца ходил в депрессии, ни за что не могу взяться», – рассказывал он много позднее.

Только через год выпала возможность пообщаться с первым секретарем Татарского обкома партии Фикрятом Табеевым. Табеев был недоволен. Разговор сложился напряженный. Но Гиматдинов смог аргументированно изложить свой план развития района и добился поддержки от первого лица.

«Антикризисная стратегия» Гиматдинова

Начали с восстановления кирпичных заводов. Уже через год заработало больше десятка предприятий и район вышел на производство 7-8 миллионов штук кирпичей в год. Свой кирпич – это возможность строительства нужных объектов. За последующие годы были построены более ста животноводческих ферм, 40 школ, 30 домов культуры, десятки объектов общепита, торговые комплексы в центральных усадьбах хозяйств. Активно возводилось жилье.

Вот в это время Гиматдинов и поставил перед обкомом вопрос о создании собственного строительного подразделения. Обком прислал комиссию, с которой поначалу не удалось найти общий язык. А с секретарем обкома по строительству Троицким, которого Гиматдинов тогда практически выгнал из района, они впоследствии помирились и неплохо сотрудничали.

Отдельной болью нурлатцев были дороги, точнее их отсутствие. Черноземная почва весной и осенью, летом после дождей превращалась в труднопроходимое болото. Гиматдинов сумел договориться с железнодорожниками, в район начали целыми составами поставлять уральский щебень. Привлек нефтяников, наладили работу битумной установки. Дело пошло.

Сумели договориться о постройке путепровода и грузовой платформы на железнодорожной станции Нурлат. Убедили союзное министерство перенести в республику строительство объектов, запланированных к возведению в Куйбышевской области и Башкирии.

Как-то к Гиматдинову заехал в гости начальник Куйбышевской железной дороги. Говорит: «Специально приехал посмотреть на первого секретаря райкома, который дал 1:0 первому секретарю Башкирии».

На глазах менялся райцентр, город Нурлат. На месте деревянных домиков вырастали панельные многоэтажки, строились дороги и площади, школы и больницы. Нурлат постепенно становился настоящим красивым городом.

Одной из ключевых задач Гиматдинова стало развитие сельского хозяйства, пребывавшего в плачевном состоянии. Имея плодородный чернозем, хлеборобы получали всего 12-13 центнеров зерна с гектара. Прежде всего взялись за обучение механизаторов, развернули среди них соревнование, сумели материально стимулировать. Занялись повышением плодородия земель. Результат не заставил себя долго ждать. Через десять лет урожайность зерновых удвоилась.

Главный ресурс в любом деле – это, конечно, люди и, прежде всего, руководители хозяйств. Гиматдинов сумел собрать профессиональный состав, отсеять нерадивых и дать дорогу активным, энергичным и авторитетным лидерам.

Общая командная работа привела к впечатляющим показателям. Вслед за земледелием подтянулось животноводство, выросло поголовье и надои молока. Росла выручка хозяйств и благосостояние колхозов.

Руководители хозяйств становились орденоносцами, за опытом сюда приезжали делегации из многих районов республики и из соседних республик и областей.

По итогам 8-й пятилетки в апреле 1971 года Габбас Гиматдинов был удостоен звания Героя Социалистического Труда.

К середине 1980-х годов Октябрьский район по уровню как произведенной, так и реализованной сельскохозяйственной продукции занимал первое место в республике.

«Жесткий, но справедливый»

Габбас Гиматдинов отличался достаточно жестким стилем руководства, но человеком был отзывчивым и справедливым. За хорошую работу благодарил всегда, в беде не бросал никого. По отзывам коллег, всегда стремился помочь в трудной ситуации.

Вот что пишет о нем первый Президент Татарстана Минтимер Шаймиев: «Отношение к нему было уважительное, может быть, даже настороженно-уважительное. По правде говоря, его побаивались. Он всегда говорил прямо, никогда ни с кем не заигрывал, был довольно властным. С его мнением считались; по сути, дело-то он имел всегда напрямую с первым секретарем областного комитета партии, с председателем правительства республики».

У Минтимера Шаймиева с Гиматдиновым сложились добрые отношения. Он навсегда запомнил помощь Гиматдинова, оказанную в трудную минуту. Так получилось, что Шаймиев, будучи инструктором Татарского обкома партии, находился в Нурлате, когда пришло известие о кончине его отца. Добраться на похороны до родного Актаныша за день было никак нельзя. И Гиматдинов тогда договорился с нефтяниками и отправил Шаймиева в Актаныш на вертолете. Этих вертолетов тогда в республике были считаные единицы. Но авторитет и слово Гиматдинова много значили.

Семья

Каким бы одаренным ни был человек, многое в формировании характера определяет семья. Не зря говорят, что человек – это на 50 процентов гены и на 50 процентов воспитание. В нашем случае точно так и есть. Работоспособность, собранность, воля, внутренняя дисциплинированность, умение добиваться результатов – эти качества рода Гиматдиновых передались всем шести братьям и сестре. Габбас, Саяс, Гаяз, Анас, Шаукат, Диас и сестра Каусяр. Всю жизнь они чувствовали поддержку и внимание друг друга, старались не ударить в грязь лицом, оправдать громкую фамилию.

Все состоялись в жизни. К примеру, Саяс Гиматдинов поначалу волею судьбы оказался в Калининской (ныне Тверской) области, где дорос до заместителя председателя облисполкома. Затем Татарский обком партии попросил вернуть своего уроженца на родину. В республике Саяс фактически создал с нуля и многие годы возглавлял объединение «Татовощпром».

Не менее показателен и вклад в развитие республики Анаса Гиматдинова, выбравшего профессию нефтяника. Начав электриком нефтепромыслового оборудования, он прошел трудовой путь до должности заместителя генерального директора «Татнефти», 20 лет отвечал за ее кадровую и социальную политику.

Здесь уместно сказать, что и Габбас Гиматдинов имел прямое отношение к становлению нефтяной отрасли республики.

Аргументы для министра

Именно Габбас Гиматдинов стал инициатором создания «Нурлатнефти», внесшей затем огромный вклад в развитие района. И даже сумел спасти Нурлатское управление разведочного бурения от расформирования. Эта памятная для нефтяников история случилась в 1978 году. В Альметьевск прилетел министр нефтяной промышленности СССР Николай Мальцев. Решили заглянуть по дороге в Нурлат, познакомиться с базой буровиков. Прилетели на вертолете, пересели на уазики. Добрались до места, а выйти из машины невозможно. Непролазная грязь. Министр в офисных ботинках. Будучи человеком жестким и вспыльчивым, Мальцев разозлился не на шутку. Тут же на месте дал указание уволить заместителя начальника управления, а затем распорядился упразднить и управление.

Вины нефтяников здесь не было. Средств на обустройство дорог и баз тогда не выделялось.

Что делать? Пришлось Гиматдинову спасать ситуацию. С Мальцевым, гендиректором «Татнефти» Булгаковым и Табеевым уединились за обеденным столом. Что там говорил Гиматдинов, какие аргументы приводил – доподлинно неизвестно, но министра уговорил. Управление оставили в покое. Гиматдинов даже убедил министра создать «Нурлатнефть». Так писалась история района и нефтяной отрасли республики.

Улица Гиматдинова

В 1987 году Габбас Гиматдинов вышел на пенсию. Остался в родном Нурлате, отказавшись переезжать в Казань, где ему предлагали квартиру. Первым секретарем райкомов партии он работал на протяжении 29 лет, из них 22 года в Нурлат-Октябрьском районе.

Его не стало 2 января 1997 года.

Фикрят Табеев так вспоминал о нем:

«За долгие годы работы к нему не было никаких претензий. Хотя, надо сказать, характер у него был далеко не покладистый; его прямота и честность порой некоторых ввергали в шок. Но он болел за дело, был человеком необычайно трудолюбивым, обязательным, умел ставить задачи и воплощать их в жизнь, умел отстаивать свою позицию. Он никогда слов на ветер не бросал».

В 2004 году в Нурлате установили памятник Гиматдинову на улице, носящей его имя. На нем написано: «Эта улица названа в честь Гиматдинова Габбаса Киямовича, почетного нефтяника СССР, Героя Социалистического Труда, более 20 лет возглавлявшего Нурлатский район и город Нурлат».

При подготовке очерка использованы открытые источники, а также материалы и фото из книги «Гиматдиновы. Воспоминания. Очерки. Фотографии». Серия «Замечательные люди Татарстана». Под общ. ред. д.и.н. Д.Р. Шарафутдинова. – Казань: Рухият, 2009.