Нас превращают в колонию Таджикистана? "Халяль" лепят даже на стиральный порошок

Пометки "Халяль" массово появляются на упаковках продуктов. Дошло до того, что промаркировали даже пирожное брауни. То же самое с молочкой, макаронами, яйцами, бытовой химией и т. д. Мы всё еще живём в России или уже нет?

Недавно член СПЧ Марина Ахмедова опубликовала письмо, в котором семья описывает типичную ситуацию. В воскресенье они приезжают в одну из крупных торговых сетей города за продуктами и обнаруживают, что на пирожном, которое всегда покупали, стоит штамп "Халяль".

Это что, шаурма? Или, может быть, мясо? Почему мы должны в России видеть это на полках магазинов? Почему тогда нет православных тортов, православных отделов с продуктами? Я считаю, что идёт ущемление не приезжих, а именно русских и православных. Мой брат погиб на войне не ради того, чтобы здесь нас превратили в криптоколонию Таджикистана или Узбекистана. Что происходит?

– вопрошает отправитель письма.

А зачем это на бытовой химии?

Сейчас такие штампы ставят буквально на всём: колбасе, яйцах, сахаре и даже на стиральном порошке. С точки зрения сторонников подобной практики, ничего дурного в ней нет. Дескать, халяльная продукция – это прежде всего строгий контроль качества.

Например, когда речь идёт о мясе, то контроль на всех этапах: от отбора животного до его содержания и получения продукта.

Но если это просто биологически чистая продукция, то зачем тогда подчёркнуто религиозная составляющая? Ислам, полумесяц, шрифт в стиле арабской вязи?

С этим вопросом "Новороссия" обратилась к историку и популяризатору русской кухни, шеф-повару Максиму Сырникову. По его словам, повсеместная "халялизация" продуктов выгодна в первую очередь тем, кто стремится размыть идентичность русского народа, который даже согласно Конституции является государствообразующим.

А самое обидное, что мы здесь опять "впереди планеты всей". Например, во Франции, где много уже коренных мусульман во втором поколении, в их мясных лавках всегда есть свинина. Я бывал в разных городах страны и обращал внимание. Они продают её наряду с телятиной и говядиной. Сами не едят, но продают – и ничего плохого в этом не видят. У нас же боятся даже в помещение занести свинину,

– в беседе с "Новороссией" поделился шеф-повар.

Казалось бы, при чем тут ДУМ

По его словам, если продукция "халяльная", следовательно, в её изготовлении принимали участие служители культа, животное особым образом забивали, а условная колбаса проходила некий дополнительный контроль.

Разумеется, это удорожает продукт для конечного потребителя – не обязательно мусульманина. И здесь открывается ещё одно измерение "халялизации" – коммерческое. В России выдачей сертификатов на халяльную продукцию занимается Духовное управление мусульман.

То самое, члены которого замешаны в огромном количестве скандалов, о чём "Новороссия" писала неоднократно. Сегодня в активе ДУМ РФ значатся шесть прокурорских предостережений. Это больше, чем у всех остальных религиозных организаций России, вместе взятых.

Добавим к ним 41 имама и муфтия, чьи фамилии значатся в рядах экстремистов и террористов, а также на форзацах запрещённых в России книг.

На сайте, связанном с ДУМ Татарстана, указан алгоритм действий, чтобы стиральный порошок или сахар получил штамп с полумесяцем. Это целое дело! Сначала изучают актуальность получения сертификата, потом работают с документами, специальная комиссия обязательно выезжает на производственную площадку, и лишь потом, после множества проверок, выдаётся свидетельство. Конечно же, не бесплатно. В среднем сертификат стоит от 15 тысяч рублей и выше.

Люди верховного муфтия ДУМ Равиля Гайнутдинова на выдаче этих сертификатов получили 225 млн выручки только за прошлый год. Но я, честно говоря, не знаю, чем руководствуются люди, которые ставят эти штампы на свою продукцию. Такое ощущение, что они попадают под действия мошенников. Ведь даже с точки зрения ислама давать статус "халяль" чему-то, кроме продуктов питания, абсурдно. Это просто очень прибыльный бизнес,

– в беседе с "Новороссией" отметил религиовед Роман Силантьев.

Получается, есть выгодный бизнес, есть его клиенты – миллионы мигрантов, навязывающих окружающим свои нормы поведения и потребления, а вот мнения русского большинства как бы и нет. Их никто не спрашивает.

Я считаю, что крупные производители, получающие этот халяльный штамп, просто индифферентны. Им кто-то что-то сказал, предложил получить сертификат, а они "не хотят никого обидеть" и поэтому бездумно лепят себе эти штампы, руководствуясь принципом "как бы чего не вышло",

– заметил Сырников.

И вот мы уже видим, как с каждым годом на прилавках становится всё больше продукции, одобренной экспертами ДУМа, а куда ни взгляни – везде пышут жаром "восточные бистро". Парадоксально, но в России непросто найти общепит с русской кухней, зато на каждом перекрёстке стоит "узбечка".

Проблема не в том, что заведения русской кухни запрещают открывать. Не думаю, что есть какие-то злодеи, которые блокируют открытие таких общепитов. Просто рестораторы сами не хотят этим заниматься. Почему-то боятся рисковать, хотя у нас в Новосибирске уже 15 лет прекрасно работают рестораны русской кухни. Конечно, русская кухня действительно сложнее восточной, и не так просто найти повара, а в случае с "узбечкой" – поваров хоть отбавляй, но это не повод забывать о своей традиции,

– отметил Максим Сырников.

В чём суть?

Выходит, что, с одной стороны, русских людей окружает чуждая "халялизация", которой нет не только в странах Европы, но даже в Средней Азии. А с другой стороны, культурный код размывают вездесущая шаурма и восточные забегаловки.

По словам Максима Сырникова, ситуацию может изменить только жёсткая позиция государства. Рестораторов необходимо убедить в том, что в русскую кухню можно и нужно вкладывать деньги.

Для этого необходимы преференции и льготы для таких заведений, а также жёсткий контроль "узбечек", где нередко о санитарных нормах даже не слышали.

Русская кухня – это элемент национальной традиции наряду с костюмом, языком и историей, и если мы окончательно откажемся от неё в пользу "халяля", то сами не заметим, как станем колонией Таджикистана.

Автор: Андрей Ревнивцев