Притчин: «Казахстан – одна из самых привлекательных стран для российских инвестиций»

28 ноября в Оренбурге состоится ХVIII Форум межрегионального сотрудничества России и Казахстана. Ожидается, что президенты двух государств – Владимир Путин и Касым-Жомарт Токаев – обратятся к участникам по видеосвязи. Делегации стран возглавят зампредседателя Правительства РФ Алексей Оверчук и зампремьер-министра – министр торговли и интеграции РК Серик Жумангарин. Многочисленные эксперты и представители регионов России и Казахстана обсудят на форуме актуальные вопросы торгово-экономического сотрудничества. О том, как развивается российско-казахстанское партнерство в настоящий момент, о достигнутых успехах и неизбежных трудностях Ia-centr.ru рассказал кандидат исторических наук, старший научный сотрудник Центра постсоветских исследований ИМЭМО РАН Станислав Притчин. - Какова динамика отношений России и Казахстана, основные проблемы и риски?  - На протяжении 30 лет союзничества Россия и Казахстан накопили большой опыт взаимодействия, для которого была сформирована солидная нормативно-правовая база. Две страны сыграли основополагающую роль для интеграционных процессов на постсоветском пространстве – сначала в рамках ЕврАзЭс, Таможенного союза, Единого экономического пространства и теперь Евразийского экономического союза. Казахстан и Россия – ключевые участники ОДКБ. Это страны с наиболее глубоким уровнем проработки межрегиональных вопросов, с высоким уровнем взаимозависимости в экономическом плане. Внешняя картинка наших отношений максимально благоприятная. К сожалению, как у любых соседей с высокой степенью взаимозависимости, у России и Казахстана тоже не бывает без сложностей. Мы видим, что в последнее время всплывает много негативных моментов, дискуссий, тенденций во внутренней политике обоих государств. Наши отношения стали несколько волнообразными из-за вопросов внутренней и внешней политики, которые по-разному воспринимаются обществом России и Казахстана. Та же специальная военная операция вызвала целую волну обсуждений в РК. Наблюдаются изменения парадигмы внутренней политики в Казахстане. Страна постепенно переходит от концепции многонациональности к моноэтничности, с опорой на титульный казахский этнос – численность казахов в РК по переписи 2021 года составила 70,4 %. Меняются акценты во внутренней, языковой, культурной политике. Мы видим установку на максимальное продвижение казахского языка и уменьшение пространства для русского языка. К сожалению, эти процессы порой проходят не без конфликтов. Как правило, активисты национально-патриотического сектора Казахстана требуют снижения зависимости от России, сокращения взаимных программ – вплоть до выхода из ЕАЭС. Такие призывы могут возникнуть даже по незначительным поводам. Часто подобные информационные волны возникают после выступления какого-нибудь российского депутата (подчас маргинального) или ведущего телепередачи, вызвавшего резонанс в информационном поле Казахстана. При этом казахстанское медиапространство остается вне фокуса российской общественности. Хотя и там порой появляются негативные оценки и лозунги, которые неизбежно стали бы поводом для претензий и ухудшения отношений, если бы попали в российские медиа. Мы должны признать, что на нынешнем этапе взаимоотношения наших стран остаются уязвимыми к разного рода кризисам. Это требует серьезной работы как со стороны правительств, так и общественных активистов, экспертов. - В 2021 году объем ПИИ из России составил $1,9 млрд. Какие сферы экономики Казахстана по-прежнему привлекают российский бизнес? - Если смотреть на номенклатуру инвестиций, то заметная их часть приходится на энергетический сектор, металлургию, химическую и финансовую отр Ia-centr.ru​_асли. Российские компании активно работают в Казахстане, на повестке дня стоит ряд крупных совместных проектов в пограничной зоне Каспия. «Лукойл» совместно с казахстанскими партнерами осваивает нефтегазовое месторождение Карачаганак, активно взаимодействует с Казахстаном российская компания «Газпром». Тесно сотрудничают с казахстанским сектором российские металлотрейдинговые компании. Кроме того, между странами есть активное взаимодействие по космосу – это не только Байконур, но и совместная программа «Байтерек». Есть совместные программы в атомной сфере, потому что Казахстан является лидирующим игроком в сфере добычи урана. Россия, в свою очередь, держит первенство по строительству и снабжению топливом атомных электростанций по всему миру. Ряд компаний активно взаимодействуют вдоль самой протяженной в мире границе между нашими странами. С точки зрения инвестиционной привлекательности Казахстан остается одной из самых привлекательных стран постсоветского пространства. В РК действует очень продвинутая и либеральная система регистрации бизнеса, налогообложения и таможенного регулирования. Соответственно, для российских компаний использование юрисдикции Казахстана очень выгодно. С одной стороны, дело в географической близости, а с другой – в механизмах параллельного импорта, который позволяет обходить санкционные ограничения. Условно, российская компания переводит офис в Казахстан и уже оттуда может экспортировать свою продукцию без ограничений. Естественно, это выгодно и для Казахстана – так создаются новые рабочие места, растёт налогооблагаемая база. - Насколько успешным оказался механизм параллельного импорта в контексте взаимоотношений двух стран? - Ситуация остается противоречивой. С одной стороны, казахстанские власти официально заявляют, что не станут помогать России обходить санкции. Официальные лица в Казахстане отмечают, что правительство страны тесно работает с Министерством финансов США, чтобы не попасть под вторичные санкции. Реальная ситуация такова: объем взаимной торговли наших стран в 2022 году увеличился в разы. Во многом это следствие роста параллельного импорта через Казахстан. Видимо, новые правила устраивают и крупный бизнес, западный в том числе. И не вызывают серьёзных противоречий даже у властей США, которые могли бы выдвинуть Казахстану претензии по поводу параллельного импорта. Для России, естественно, это окно возможностей, потому что санкции не позволяют напрямую поставлять определенные категории товаров. Соответственно, параллельный импорт выгоден для всех, в том числе и для третьих игроков. - Стоит ли ожидать сокращения поставок нефти по КТК в связи с диверсификацией казахстанских нефтяных маршрутов? - Здесь ситуация тоже не столь однозначная. Россия является ключевым партнёром Казахстана по экспорту казахстанского сырья. Это и КТК (Каспийский трубопроводный консорциум) - нефтепровод Тенгиз-Новороссийск, в который построен для транспортировки сырья с месторождения Тенгиз, также туда частично закачивается нефть с месторождения Кашаган. Россия тесно сотрудничает с Казахстаном по одному из крупнейших в мире газоконденсатных месторождений Карачаганак, конденсат из которого отправляется на оренбургский газоперерабатывающий завод. Это и нефтепровод Атырау-Самара. В целом номенклатура складывается так, что 80-90% экспорта казахстанской нефти идёт на мировые рынки через территорию России. Здесь есть объективные и субъективные сложности. Объективные факторы - проблема климата и риски, связанные с серьезной нагрузкой на инфраструктуру. Из-за сильных штормов в Новороссийске на нефтеналивных терминалах регулярно случаются аварии, а условия санкций не всегда позволяют оперативно найти оборудование для замены вышедших из строя агрегатов. Сейчас нет возможности использовать КТК на полную мощность, поскольку часть нефтеналивного оборудования в Новороссийске отключено в связи с режимом ремонта. Субъективные факторы - это трения в российско-казахстанских отношениях. Также нельзя не отметить и экологические проблемы, когда после аварии с разливом нефти новороссийский суд постановил временную приостановку работы КТК. Здесь есть и вопрос хозяйственного взаимодействия, потом что КТК в полной мере не несёт ответственность за последствия той экологической аварии. То есть конфигурация проблемы достаточно сложная. В этих условиях Казахстан объявил программу диверсификации экспортных потоков. Однако, нужно понимать, что наши партнеры при попытке ее реализовать столкнутся с серьёзными ограничениями. - С какими? - КТК был построен под тенгизскую нефть и в перспективе под кашаганскую, его мощность достаточно большая. Любые обходные маршруты через Азербайджан, через перевал и Каспийское море в экономическом плане не могут полноценно конкурировать с линией Каспийского трубопроводного консорциума. Эти маршруты будут гораздо дороже. Они потребуют серьезных инвестиций, чтобы наладить полноценные поставки, причем речь об объемах, гораздо меньших, чем на КТК. Чтобы прокачивать хотя бы до 10 млн тонн нефти через Азербайджан, например, по маршруту Баку-Тбилиси-Джейхан, необходимо сформировать серьёзную инфраструктуру. В самом Казахстане потребуется постройка нефтепровода до терминала Курык. Кроме того, нужно расширить мощности самого порта, увеличить танкерный флот. Трубопровод Баку-Супса, который рассматривается в качестве потенциального направления, тоже имеет ограничения по мощности и требует серьёзного ремонта, так как долгое время не используется Азербайджаном. Его основные поставки идут по линии Баку-Тбилиси-Джейхан. Даже при серьёзных многомиллиардных инвестициях, которых может и не быть, полноценной диверсификации не произойдёт. В этом случае даже через пять-шесть лет у Казахстана получится перенаправлять в Азербайджан лишь небольшую часть добываемой нефти. С учётом перспективы расширения нефтедобычи на том же Кашагане, сделать это будет еще сложнее. Поэтому, в любом случае, КТК будет нести основную нагрузку по транспортировке казахстанской нефти. - В 2021 году Россия стала ключевым торговым партнером Казахстана, объем двусторонней торговли составил $24,2 млрд. Сохранится ли эта тенденция? - По большей части да. По итогам первых месяцев 2022 года положительная динамика сохранилась и, возможно, за счёт параллельного импорта объемы торговли будут расти и в дальнейшем. Экономические показатели остаются тем индикатором, который лучше других отражает реальный уровень взаимодействия Казахстана и России. - При этом значительная часть двусторонней торговли (больше 70% товарообмена) приходится на приграничные регионы. Что можно сказать о значении межрегионального сотрудничества для партнёрства двух стран? - У нас самая протяженная в мире граница. По ее линии расположены 12 субъектов Российской Федерации и прилегающие к ним промышленно развитые области (Свердловская область, Республика Татарстан, Красноярский край). С казахстанской стороны с ними граничат 8 областей. В 2010 году Евразийский банк развития опубликовал статистику о влиянии российско-казахстанского сотрудничества на формирование ВВП. В результате исследования оказалось, что около 80% казахстанского ВВП формируется в пограничных с Россией районах, для российского ВВП это 20%. Мы видели, что закрытие российско-казахстанской сухопутной границы серьёзно сказалось на работе малого и среднего бизнеса в приграничных зонах, поскольку трансграничные сделки оказались затруднены. Приграничное сотрудничество вносит очень серьёзный вклад в двусторонние отношения. При этом в значительной степени оно завязано не на решениях центральных правительств, а на работе региональных властей и местного бизнеса. Разные налоговые условия в юрисдикциях двух стран дают возможность малому и среднему бизнесу легально заработать на этой разнице, учитывая наличие единого таможенного пространства.