Не прошло и года

Ведомство Радионовой наконец решило взыскать с КТК компенсацию за разлив нефти в Черном море.

Авария на морском терминале под Новороссийском произошла в августе прошлого года. Однако судиться с «Каспийским трубопроводным консорциумом» (АО «КТК-Р») за 5,3 млрд рублей Росприроднадзор решился только в конце февраля. Зимой глава ведомства Светлана Радионова выражала готовность встречаться с представителями КТК и вести некий «конструктивный диалог». После разлива дизеля под Норильском в 2020-м она вела себя совсем иначе. Что за двойные стандарты на фоне ущерба природе?

20 апреля Арбитражный суд Краснодарского края планирует рассмотреть иск Черноморо-Азовского управления Росприроднадзора к АО «Каспийский трубопроводный консорциум». Претензии заявлены на сумму 5,3 млрд рублей. Со времени аварии на Черном море прошло 8,5 месяцев, а государство положенной компенсации так и не получило. Всё это даёт повод подозревать существование неких подводных течений, влияющих на расторопность госпожи Радионовой.

7 августа на терминале КТК под Новороссийском был допущен масштабный разлив нефти при загрузке греческого танкера Minerva Symphony. Ущерб, нанесенный экологическим системам, стал яблоком раздора между надзорным ведомством и компанией. КТК оценил площадь загрязнения в 200 кв. м., в то время как Росприроднадзор ссылается на данные Института океанологии РАН, по которым надо вести речь о 80 квадратных километрах. «Версия» подробно об этом рассказывала.

400-кратная разница в оценках напрямую влияет на размер компенсаций, которые предстоит выплатить компании. Поэтому весь этот сыр-бор понятен и объясним. Наверное, КТК выгодно затягивать решение вопроса, настаивая на фиксации как можно меньшего объема выброса нефти.

Росприроднадзор еще в прошлом году оценил ущерб в 4,5 млрд руб. и предложил возместить его добровольно. Естественно, в КТК эта сумма оспаривалась (консорциум говорит о 350 млн руб.), равно как и методика расчета ущерба, применяемая ведомством Радионовой.

Пикировка в СМИ свидетельствует, что стороны пытались встретиться и каким-то образом договориться. В январе пресс-служба КТК сообщала, что компания предлагала провести встречу 3 декабря 2021 года, но якобы ответа от Росприроднадзора не последовало. «Мы готовы к конструктивному диалогу», – подчеркивал представитель КТК.

В Росприроднадзоре упирали на то, что сами предложили «обсудить» с КТК размер ущерба и именно сами «давно готовы к диалогу». При этом Светлана Радионова отвергала предположения о торге с нефтяниками. «Вопрос достижения договоренностей не стоит», – констатировала она. Однако этот тезис не вяжется с происходящим. Если она не хотела договариваться, почему в информационном поле обе стороны убеждали общественность в необходимости «конструктивного диалога»? Неужели ждала, что нефтяники добровольно попрощаются с несколькими миллиардами рублей?

Встреча сторон состоялась 25 января. По ее итогам консорциум сообщил, что достигнута договоренность «о проведении консультаций». О дальнейшем ходе переговоров не сообщала ни одна из сторон.

И вот, Черноморо-Азовское управление Росприроднадзора подало иск к КТК на сумму 5,3 млрд руб. Исковая сумма отличается от оценки ущерба: она больше на 0,8 млрд руб. Может быть, это случилось потому, что не удалось «договориться» и Радионова ударила по КТК так сильно, как было возможно?

В этом деле есть еще одна бросающаяся в глаза несуразность.

Росприроднадзор подал иск против Каспийского трубопроводного консорциума 25 февраля, когда прошло более полугода с момента аварии, приведшей к выбросу нефти в Черном море. Сам иск предполагают начать рассматривать 20 апреля – через 8,5 месяцев.

Долго это? Сравните сами.

29 мая 2020 года случилась авария на ТЭЦ-3, принадлежащей Норильско-Таймырской энергетической компании (НТЭК), входящей в группу «Норникель» Владимира Потанина.

Ведомство Радионовой подало иск против компании 10 сентября (через 3,5 месяца после инцидента). 5 февраля Арбитражный суд Красноярского края удовлетворил иск, а 10 марта НТЭК уже выплатила 146,2 млрд руб. в счет возмещения экологического ущерба, вызванного аварией на ТЭЦ.

Получается необычный временной диссонанс. В деле КТК стороны заговорили о необходимости встречаться, вести диалог и, возможно, о чем-то договариваться, спустя 3-4 месяца после аварии. После экологической катастрофы в Норильске за то же время Росприроднадзор уже успел подать на НТЭК судебный иск.

В середине февраля этого года (прошло полгода после выброса нефти) глава Росприроднадзора говорила: «Мы уже пять месяцев ждем ответов от компании».

В случае с КТК, таким образом, ведомство Светланы Радионовой проявляло или странную неторопливость, или в этом деле могут иметься некие подводные течения, о которых можно только догадываться.

Роман Валевский

“Версия”