История советского Хатико
Знаменитый японский пес Хатико почти 10 лет ждал своего умершего хозяина на вокзале. В СССР тоже был свой «Хатико».
1974 год. Москва. Аэропорт Внуково. Идет посадка пассажиров на самолет Ил-18, направляющийся в Норильск. Один из пассажиров у трапа о чем-то долго и бурно спорит с бортпроводником, а в это время рядом с ним на поводке мечется его немецкая овчарка.
Видно, что разговор идет совсем не так, как надеялся пассажир. В конце концов, сильно расстроенный, он отходит от бортпроводника, наклоняется к своей собаке и снимает ошейник. Овчарка, решив, что ее выпустили погулять, начинает радостно бегать по взлетно-посадочной полосе.
Она совершенно не замечает, как ее хозяин поднимается на борт, трап убирают, дверь закрывают, и самолет готовится к взлету. Наконец опомнившись, ошарашенная собака кидается вдогонку ускоряющемуся Ил-18 и потом долго смотрит ему вслед, пока тот окончательно не скрывается из виду. Так началась история, тронувшая сердца миллионов советских людей.
.
Брошенный друг
Как позже выяснилось, у хозяина не было ветеринарной справки на животное и он просто бросил его в аэропорту. На два года Внуково стал для собаки постоянным прибежищем.
Обустроившись в районе стоянки самолетов, немецкая овчарка ежедневно прибегала на взлетно-посадочную полосу. Запомнив форму Ил-18, она бросалась к каждому прилетающему самолету этой модели, ожидая, что именно на нем наконец-то вернулся самый дорогой для нее человек.
Вскоре на метавшуюся собаку обратили внимание летчики и сотрудники аэропорта. Сначала ее пытались поймать, но безуспешно. Осторожная овчарка никому не мешала, и в нарушение всех правил персонал Внуково взял ее под свою опеку.
Собаку подкармливали, хотя близко ни к кому она не подходила. Пытаясь выяснить кличку животного, перебирали разные варианты. Овчарка стала реагировать на Альму и Алму, и в итоге ее окрестили Пальмой.
Собака ежедневно и упорно, несмотря ни на снег, ни на дождь выслеживала самолеты Ил-18. Кто-то из техников вспомнил о сцене разбирательств ее хозяина с бортпроводником у трапа самолета, но подробностей выяснить не удалось.
В конце концов один из летчиков Вячеслав Валентей отправился с историей удивительной овчарки в редакцию «Комсомольской правды». «Если бы не Валентей, никто не узнал бы о Пальме», — вспоминал журналист и фотограф Юрий Рост.
Рост отправился во Внуково, чтобы лично познакомиться с необычным псом. «Теперь все мы ее подкармливаем», — рассказывал ему сотрудник аэропорта: «Но она из рук не берет и близко никого не подпускает. Кроме Володина, техника. С ним вроде дружба, но и к нему идти не хочет. Боится, наверное, самолет пропустить».
.
Новый дом
Вскоре в «Комсомольской правде» вышла заметка о Пальме под названием «Два года ждет», в которой содержался призыв к оставившему собаку хозяину: «Может быть, эту заметку прочтет человек, когда-то улетевший в "Ил-18" и, вероятно, решивший, что та, которую он по несчастью оставил, уже забыла его. Пусть этот человек срочно возьмет отпуск, достанет денег и летит в Москву».
История Пальмы всколыхнула всю страну. В редакцию стали поступать тысячи писем, в которых люди выражали желание забрать столь преданного и верного пса себе.
Нашелся и хозяин собаки, улетевший работать на Север. В письме он оправдывался, что «проблемы навалились, закрутился, забыл». Однако никакого желания и намерения возвращаться мужчина не высказал. Не упомянул он и настоящей клички овчарки, которая так и осталась Пальмой.
Собаке стали искать нового хозяина, и в итоге остановились на кандидатуре киевлянки Веры Котляревской, доценте педагогического института и праправнучке известного украинского поэта Ивана Котляревского. Она основательно подошла к делу приручения боязливой овчарки.
Взяв отпуск на месяц, Вера поселилась во Внуково. Ежедневно навещая собаку, она вскоре смогла завоевать ее доверие.
В конце концов у Котляревской получилось дать Пальме снотворное. На следующий день к своему большому удивлению овчарка проснулась в незнакомой квартире в столице Советской Украины.
Пальма не проявила никакой агрессии и паники. «Очень уравновешенная собака, с устойчивой нервной системой и стойкой привычкой к человеку и дому. Дома подошла к спящей дочке, полизала щеку и осторожно взяла зубами за ушко», — отмечала Котляревская в своем дневнике. Тем не менее, она все время пыталась сбежать, поэтому балкон и окна пришлось все время держать закрытыми.
Лишь спустя полгода Пальма успокоилась и окончательно приняла новый дом и новую хозяйку, которой подарила всю свою любовь и преданность.
БОРИС ЕГОРОВ