“Мой второй папа”: сыктывкарский психотерапевт, который лечит не таблетками, а словом и душой

Есть врачи, которые просто выписывают рецепты, а есть те, кто меняет саму реальность пациента. Психотерапевт Валерий Александрович Чураков относится ко второй категории. К нему приходят с болью, а уходят с новым мышлением. Его пациентка Екатерина, признается: после знакомства с ним она забыла о дорогостоящих частных психологах, потому что нашла “своего” доктора. В работе Валерий Александрович использует авторские модификации психотехник из разных психологических школ. После работы с ним понимаешь — нет ничего невозможного, все поправимо и решаемо. На сеансах этого замечательного врача можно вдоволь поплакать и посмеяться, а иногда просто поговорить по душам. Для Екатерины Валерий Александрович стал “вторым папой” — тем человеком, к которому она всегда может обратиться за помощью.

Знакомьтесь с историей удивительного доктора, номинанта конкурса “Народный врач — 2026”, которого пациенты называют не иначе как “чудом”.

— Как поняли, что быть врачом — ваше призвание? Расскажите, как вы к этому пришли и почему?

— К окончанию школы решил, что хочу работать с людьми. Была мысль поступить в педагогический институт, но мама-учительница отговорила. Пришлось поступать в медицинский, хотя таблеточную медицину и тогда и сейчас не люблю.

— Где учились? Ваш стаж работы?

— Учился в Нижнем Новгороде до 1979 года. Будучи студентом 1,5 года работал медбратом и 1,5 года врачом субординатором на скорой помощи. Начинал работать заведующим врачебной амбулаторией в селе Палевицы. Потом — психиатром-наркологом в СыктывдинскоЙ ЦРБ. Последние 40 лет работаю психотерапевтом. В целом в медицине я почти 50 лет.

— Что больше всего нравится в профессии врача?

— Узнавать о позитивных изменениях в жизни и здоровье тех, кому оказывал помощь.

— Есть ли смешные, забавные или трогательные истории и какие?

— Да, была, можно сказать трогательная история. Как-то шли в горах по леднику, фактически по снежному полю, гуськом. И вдруг исчезает девушка — на ее месте дыра в снегу. Покричали — откликается, бросили веревку, вытащили. Потом оказалось, что она провалилась в трещину в леднике, но упала на снежный мостик: то есть справа и слева смерть, а у нее ни царапины.

— Приходилось ли вам спасать людей вне работы?

— Ну, опять же ситуация в горах произошла. Приближаемся к перевалу, где-то под 5000 метров от уровня моря и видим лагерь туристов. Подходим к ним и первое, что слышим: “У вас есть врач?”. Оказалось, что руководитель той группы, считающий себя “железным человеком” повел людей будучи нездоровым. У него поднялась температура и он шел пока не упал в обморок. То есть, когда мы подошли, он уже лежал без сознания, в бреду. Ну, какое-то количество таблеток он проглотил — состояние не улучшилось. А у меня в аптечке была ампула гормональная, кортикостероид. Начал думать: попробовать, не попробовать. Решил уколоть. Вскоре человек пришел в сознание и мы его двумя группами, на носилках сделанных из ледорубов, веревок и палаток спустили вниз, то есть до “зеленки”.

Уже после похода я посмотрел в справочнике и оказалось, что препарат, который я вколол тому руководителю группы, противопоказан при таком состоянии, которое у него было. А буквально недавно я вспомнил этот случай и открыл уже современную инструкцию к лекарству. И узнал, что оно имеет прямые показания к применению в том случае. То есть, прошло с тех пор более 30 лет, медицина не стояла на месте и доказала эффективность препарата при таком состоянии. Получается, я все-таки спас тому человеку жизнь.

— Есть ли у вас мечта и какая?

— Передать свой опыт молодым людям (психотерапевтам, психологам).